Условие Эвелин - Бетти Райт

— Кстати о ланче, — сказал он.

Ее неуверенность как рукой сняло. Вики была голодна, и страсти следовало пока отойти на второй план. Не стоит подгонять события…

— Так-то лучше. Интересно, в меню есть суп из плавников?

— Хочешь сказать, что нужно съесть акулу, прежде чем она проглотит меня? Похвальная предусмотрительность. — Джек улыбнулся и взглянул на солнце. — Ланч уже должен быть готов. Несись скорее в столовую, Виктория Линкольн!

— Для вас я Вики Эском, сэр, — кротко произнесла она и, пока он усваивал сказанное, так рванула вперед, что оказалась за столом задолго до того, как подошел Джек.

А к тому времени, когда стемнело, она уже могла плавать. Правда, недалеко, но успевала сделать с полдюжины гребков, до того как начинала идти ко дну. Ее просто распирало от гордости.

— Я умею плавать! Я умею плавать! — выкрикивала она за обедом, и ее братья изумленно переглядывались.

— Ты ведешь себя как десятилетняя.

— Я чувствую себя как десятилетняя.

— А вот в десять лет, — медленно произнес Генри, с удовольствием оглядывая сестру, — ты вела себя так, словно тебе все тридцать. — Он с улыбкой признательности повернулся к Джеку. — Ты даже не представляешь, как много для нас значит то, что Вики встретила тебя.

Джек улыбнулся, хотя на душе у него было тяжело. Видя, как радуются Генри и Рон их браку, он чувствовал себя неуютно. Почему? Я ведь заплатил за это, убеждал себя Джек. Заплатил за жену. Так почему же я чувствую себя последним подлецом?.. Потому что они считают, что я сделал это по любви, а это не так. Через двенадцать месяцев я уйду. К Сибил.

Сибил никогда не выйдет к обеду с прилипшими к носу песчинками, с босыми ногами и с сияющим от счастья лицом, на котором нет и следа косметики, вдруг подумал Джек, глядя на прелестную смеющуюся Вики. Вот и хорошо. Сибил будет практичной рассудительной женой.

Вики протянула ему большую клешню краба. Она, казалось, не замечала его удрученного состояния.

— Это существо защищает свою территорию даже после смерти. Я не могу достать мясо.

Джек не удержался от улыбки. Вики была по уши в крабовом соке, и удовольствие, которое она получала от еды, было очевидно для каждого.

— Давай-ка его сюда. — Джек с ловкостью расколол панцирь. Достав кусочек сладкого мяса, он не смог побороть искушения и поднес его Вики к самым губам. Не сводя с него взгляда, она втянула его в себя, и…

И внезапно момент обрел откровенно эротическую окраску. Словно издали послышалось легкое покашливанье Генри.

— Гмм… простите, мы вам не мешаем?

— Нет, — сказала Вики, покраснев до корней волос. — Я… Спасибо.

— Не за что. — Джек старался скрыть собственное глубокое смущение, но не вполне удачно. — Для меня это не составляет никакого труда — равно как и обучение плаванию.

Вики решительно отодвинула свою тарелку.

— Плавать гораздо тяжелее, чем перетаскивать с места на место книги в библиотеке, — заявила она, и в ее голосе звучало еще большее смущение, чем то, которое испытывал Джек. — Я пойду спать.

— Но на десерт фрукты в сиропе!

Рону не верилось, что она может уйти от такого, и Вики тепло посмотрела на брата.

— Уверена, что тебе не составит труда съесть мою порцию. В крайнем случае тебе поможет Джек. — И тут она заметила, как Джек на нее смотрит. — С-спокойной ночи.

Вики поспешила ретироваться. А Джек остался с ее братьями, которые выжидающе уставились на него. Как он мог разочаровать их?

— Думаю, я тоже пойду, — сказал он, и они одобрительно улыбнулись. Ведь именно так должен проходить медовый месяц.

Когда Джек дошел до коттеджа, Вики была уже в ванной, и поэтому ему оставалось только лежать и слушать, как она там плещется. Он так живо представлял ее себе, словно дверь в ванную была открыта. Он знал, как это могло бы быть…

Большая белая ванна была установлена на небольшом возвышении посреди крошечного внутреннего дворика, одна из сторон которого открывалась в сторону моря. В ней было два мягких подголовника, на одном из которых могла бы покоиться голова Джека. Они могли бы наслаждаться теплой водой и любоваться лунной дорожкой… Но одна половина пуста, думал Джек. Моя половина. А вторую занимает Виктория.

Виктория… Он позволил разгуляться воображению. Прелестная обнаженная Виктория в хлопьях мыльной пены, смывающая песок и соль со своего изумительного тела. Вики, одна занимающая ванну, рассчитанную на двоих.

Виктория! Не Вики. И выброси эти мысли из головы! Ты совсем спятишь — если уже не спятил, с отчаянием сказал себе Джек и, поднявшись, вышел прогуляться.

Если обойти коттедж и приблизиться к нему со стороны моря, можно увидеть… Нет! Проклятье, он превращается в какого-то вуайериста.

Джек намеренно зашагал в другую сторону, к административному домику, откуда доносились смех Генри и Рона и шлепанье карт по столу.

Он не может идти туда. Что он им скажет? Нельзя ли к вам присоединиться? Ваша сестра принимает ванну, и это сводит меня с ума? Они сочтут его сумасшедшим. Славные мальчишки, которые думают, что он влюблен в их сестру. А это чушь. Он ни в кого не влюблен!

Но он определенно вожделеет к ней. Вот оно! Он нашел ответ! Похоть. Он просто хочет ее. Он испытывает такое возбуждение, какого не испытывал никогда в жизни, и тот факт, что она его жена…

Нет, Виктория для него никто. И поэтому меньше всего ему хотелось бы осложнить ее предстоящий уход.

Но знает ли он, чего хочет? Он знает, чего не хочет. Обязательств. На самом деле ему вообще не нужен никакой брак. Он и на Сибил решил жениться только потому, что мать мечтает понянчить внуков, да и ему мысль о детях не неприятна. Не помешала бы и хозяйка дома, чтобы жизнь обрела свои берега. Это казалось ему вполне достойным основанием для брака. Рассудительность. Не похоть.

Следовательно, ему нужно вернуться в коттедж, улечься на свою сторону кровати, за горы подушек, и сразу же уснуть.

Но… сначала, пожалуй, стоит принять холодный душ.

Возвратившись в коттедж, Джек нашел Вики лежащей в постели, в одной из тех неприличных ночных рубашек, которые они купили в Лондоне. Ее до пояса укрывала простыня, которая ничуть не скрывала прелестных выпуклостей груди. Рыжие локоны живописно рассыпались по подушке. Глядя на нее, Джек изо всех сил старался не застонать.

Под холодным душем ему пришлось стоять долго. Когда он вышел, Вики лежала в полутьме. Горела только настольная лампа с его стороны кровати. Вики еще не спала и улыбнулась ему в слабом свете, когда Джек проходил мимо. Только одному небу было известно, с каким трудом давался ему каждый шаг!