Приют - Алиса Бодлер

– Где Ада?! – потрясываясь от холода, непривычно бойко выкрикнул он. – Куда вы увели Аду?!

Но настоятельница не желала отвечать.

Когда ребята доковыляли до нужной двери, Александра открыла дверь в комнату и грубо впихнула туда воспитанников.

– Доброй ночи, – не распаляясь на набожные прощания перед сном, бросила женщина. – Еда на тумбочке.

Дверь захлопнулась.

– Она заперла нас! – в панике выкрикнула Тина.

Боузи поспешил помочь девочкам согреться. Недолго думая, он сдернул с пустующей кровати Самсона одеяло и накинул на Тину. А затем то же самое проделал с постелью Тига, укутывая Иви.

– Что ты делаешь?! – продолжала протестовать сестра-близняшка. – Его могут привести на ночь! Под чем же он будет спать?

– Его не приведут, Тина, – мрачно отозвался мальчик. – Обтирайся, иначе заболеешь.

Единственной неоспоримой истиной, произнесенной за этот день сестрой Александрой, было то, что еда в действительности ждала их на тумбочке. И это было кстати – испытанное в ванной отнимало последние силы, и организм умолял восполнить их любым возможным способом.

Правда, на привычное понимание ужина все предложенное походило мало.

В прозрачной глубокой посудине было намешано что-то неясное, сплошь бело-розового оттенка. Рядом на плоском подносе соседствовали три ледяных блинчика, оставшиеся после сегодняшнего завтрака. Боузи, теперь бессознательно взявший на себя ответственность за сестер, осмелился поднести неопознанную смесь к лицу и принюхаться.

– Как будто бы… рыба… – неуверенно шепнул он и нырнул пальцем в тарелку, собираясь отцепить от массы кусочек.

– Фу! Давай ложкой! – воскликнула Тина.

– А ты ее тут видишь? – невесело отозвался мальчик.

Сковырнув небольшое количество неопознанной массы, Боузи отправил это в рот.

– Рыба и рис, – пожав плечами, заключил он. – Но как это есть – я не знаю.

Иви, все это время пребывавшая в уже знакомом другим детям анабиозе, скинула с себя одеяло. А после подошла к тумбе, положила один блинчик себе на руку и нырнула им в глубокую тарелку, собирая начинку как в мешочек.

– Вот так, – с грустной улыбкой сказала девочка.

Глава 2

С тех пор как история Бодрийяров отошла на задний план, я чувствовал, что разглядываю самого себя со стороны.

Я был зациклен на своем внутреннем мире так долго, что порой не замечал очевидного. Не задумывался о том, что окружающие были чем-то намного большим, чем просто неигровые персонажи, вынужденны коммуницировать со мной согласно сценарию. У каждого из них была жизнь. Было прошлое. Их роль в этом мире никогда не ограничивалась целью помочь малознакомому парню в дурацкой шапке. Это я был тем самым неигровым персонажем для них. Но не наоборот.

Увидев Мисти из архива вживую, я был не просто поражен вполне естественной метаморфозе голоса из телефонной трубки. Я в очередной раз убедился в том, что, несмотря на сгоревший вместе с воспоминаниями особняк, продолжаю бродить в трех соснах.

То, что эта крупная женщина с аккуратным каре и старомодными очками в пятнистой оправе была знакома с Джереми, я уже знал. Последний, словно лишний раз подтверждая то, что являлся в городском архиве совсем нередким гостем, чувствовал себя как дома.

Пока Мисти что-то печатала на клавиатуре стационарного компьютера, Оуэн бродил вдоль читательских рядов, касался полок с папками в открытом доступе и просто трогал что попало. Эта его привычка меня раздражала, но на самом деле лишь свидетельствовала о том, что пятьдесят три года в его паспорте реальному внутреннему возрасту совсем не соответствовали. Казалось, дай этому человеку волю, и он непременно поставит всех на уши шутки ради. Переоденется в старика и начнет отплясывать тренды из социальных сетей, например.

Главный зал архива, в котором мы и поджидали «конец рабочих часов» Мисти, давно требовал ремонта. Зеленая краска на стенах начала превращаться в подобие контурных карт: вся их поверхность была испещрена обилием трещин. Высокие стеллажи – весьма добротно выполненные, но во многом косые и уставшие – еле выдерживали под собой натиск ящиков с бумагами и молили о пощаде. А поверхности столов и скамеек, предназначенные для изучения материалов посетителями, были исчерчены куда хуже учебных парт.

Местные сотрудники будто бы пытались скрыть этот нелицеприятный факт, стыдливо прикрывая столешницы обилием новеньких пользовательских компьютеров.

Последние модели гаджетов выглядели весьма и весьма насмешливо в таком антураже.

– Ты ищешь что-то конкретное? – не выдержал и наконец обратился к дяде я. – Или просто лапаешь все подряд?

– Боишься, что оставлю отпечатки пальцев? – игриво ухмыльнувшись, бросил мне в ответ Оуэн. С тех пор как я вмешался в их с матерью отношения пару часов назад, он заметно приободрился и вернулся к прежней модели поведения. Ну, хоть кому-то я приносил подобие пользы.

– Ты хоть когда-нибудь перестанешь отвечать вопросом на вопрос?

– Когда ты перестанешь ходить с таким лицом – обязательно.

Мисти подняла на нас недовольный взгляд:

– Господа, я понимаю, что у нас не библиотека. Но попросила бы тишины.

Я виновато кивнул, а Джереми лишь захихикал. Его пышущей энергетике трикстера можно было только завидовать. Прежде чем архивариус вновь обратила на нас внимание, прошло не менее получаса.

– Еще раз озвучьте все, что знаете. В виде списка ключевых слов, пожалуйста.

– Гм… Психологический эксперимент, Escape, Камерон, Ким Стефферсон, Флемминг, психиатрическая клиника Святого Иоанна, Винский университет… – задумчиво начал перебирать я.

– Приют сестры Александры, – завершил за меня Джереми.

– Даты? – уже набирая на клавиатуре нами сказанное, уточнила Мисти.

– Ну… Там большой разброс… – я почесал в затылке.

– Даты, мистер Оуэн? – видимо, посчитав меня абсолютно безнадежным, обратилась к дяде Мисти.

– У нас вилка[17]. Пусть будет середина девятнадцатого века, девяностые двадцатого и… Боузи, в каком году ты родился?

– Записали как в девяносто девятом… – закатил глаза я.

– И нулевые двадцать первого. – Джереми обаятельно улыбнулся. – К слову, Мисти, тебе очень идет эта стрижка!

– Не перегибайте, – без тени эмоций отозвалась архивариус. – Ставка в час для вас по-прежнему двойная.

– Ну что ты, я готов и на тройную.

– Пять минут тишины, – скомандовала Мисти.

Я сел за один из читательских столов и зарылся в телефон. Джереми приземлился напротив. В противовес своему поведению с девушкой – со мной он был абсолютно серьезен.

– Сильно переживаешь за Иви? – чуть слышно прошептал он.

– Ты делаешь вид, что тебе интересно, или правда интересуешься?

– Боузи, да что на тебя нашло? Стресс буквально откатывает тебя на несколько месяцев назад, а я вроде давно не «мистер Буква».

– Не могу поверить, что все это снова происходит, – я закрыл глаза руками. – Не могу поверить, что Константин может быть причастен к этому. Не могу поверить, что Иви так плохо, а я ничем