Остров-судьба - Дорис Хоу

Макс поцеловал ее со всей нежностью, на которую был способен.

— Я никогда не желал тебе зла, а причинил столько боли, любимая. Только что ты сказала мне, что я тебе небезразличен… и у меня исчезли последние сомнения. Это навсегда. Навсегда, любимая. У тебя такое же чувство?

— Да, я люблю тебя, Макс.

— Тогда все на этом свете возможно.

Глава пятая

Макс остановил машину перед старым домом. После остановки они ехали практически молча. Они были так счастливы, что слова были не нужны. Макс перегнулся, чтобы открыть дверцу со стороны Франциски и ласково улыбнулся ей.

— Может, я останусь у тебя на день-два? — попросил он. — К матери я могу поехать позже.

— Рискую показаться негостеприимной, но решительно отказываю. — Франциска смягчила свои слова улыбкой. — Заезжай на обратном пути. А я пока приготовлю отца и, вообще, приведу дом в порядок.

— О'кей, согласен, будь по-твоему.

Вдруг чей-то голос отвлек их внимание друг от друга:

— Эй… Вот она где! — Говорили явно с американским акцентом. Франциска вздрогнула от неожиданности, но тут же поняла, что тетушка и ее муж, должно быть, приехали раньше намеченного срока. — Франциска! Ну, конечно, это ты!

Девушка повернулась к гостям и приветливо улыбнулась.

— Тетя Лорель? Господи, как здорово! Но почему вы приехали раньше? Что-нибудь случилось? — Протянув руки для объятий, она пошла навстречу тетушке. — Удивительно! Вы такая… Я так рада вас видеть!

Тетушка Лорель, женщина средних лет, обняла племянницу за плечи, потом отстранилась и, не отпуская Франциску, стала пристально рассматривать ее. Американка была высокой, вызывающе стройной, с толстым слоем макияжа на лице, яркими и добрыми глазами. Она не стала целовать племянницу. Ей достаточно было держать ее на расстоянии вытянутых рук и внимательно изучать в течение нескольких минут.

Франциска знала, что стоящий сзади Макс наблюдает за ними.

— Да ты у нас красавица! — задумчиво проговорила Лорель. — Точная копия своей матери. Я даже испугалась поначалу, когда тебя увидела.

— Спасибо за комплимент. — Нежная кожа Франциски порозовела. Девушка была рада отвлечься от мыслей о любви к Максу, которые могли завести ее неизвестно куда.

Она повернулась и показала рукой на Макса.

— А это Макс. Я вместе с ним возвращаюсь со свадьбы…

— Твой отец рассказал нам, куда ты уехала. — Лорель обменялась с Максом коротким рукопожатием, одновременно изучая молодого человека все тем же острым взглядом. — Здравствуйте. Точно пока не берусь сказать, кем вы приходитесь племяннице, но… разберемся со временем.

Все трое рассмеялись. Франциска не стала ничего объяснять тетушке сразу. Возможно, она уже видела Джона, поэтому удивится объяснениям племянницы. К счастью, Макс взял на себя задачу отвлечь Лорель. Он оказался отличным собеседником и быстро вовлек тетушку в оживленный разговор.

— Должна сразу предупредить вас о том, что он газетчик. Корреспондент за рубежом, — сказала Франциска. — Но что же случилось? Когда вы приехали?

— Мы уже часа три здесь. До сих пор твоему папаше удавалось весьма сносно развлекать нас. Он показал нам наши комнаты, а поскольку ты заранее там все подготовила и заправила постели, нам оставалось только распаковаться. Так что не волнуйся, все нормально, дитя мое.

Они двинулись в дом. Первым делом Лорель с гордостью познакомила Франциску со своим мужем-американцем.

— Прошу любить и жаловать моего Гомера, от которого я без ума.

Франциска, в общем, была рада тому, как повернулись события. Муж Лорель был мужчиной среднего возраста, крепкого телосложения. Он отличался большой рассудительностью и прекрасным чувством юмора. Гомер удивительно подходил Лорель, хотя та была импульсивна и непредсказуема. Она любила подтрунивать над своим мужем, но тот не обижался, и это никак не сказывалось на их взаимоотношениях.

— Папа… ты будешь удивлен… Со мной Макс, — проговорила Франциска, подходя к креслу, в котором сидел ее отец. — Как только что сказала тетушка Лорель, прошу любить и жаловать… От него я без ума.

Она удачно выразила свою просьбу в этой шутливой манере. Доктор обменялся с Максом рукопожатием. Он был застигнут врасплох.

— Давненько мы вас у себя не видели, — сказал отец Франциски, внимательно разглядывая гостя.

Макс хорошо относился к старику, несмотря на натянутость их отношений.

— Как самочувствие, сэр? Выглядите отлично.

— Чувствую себя хорошо, как никогда! — Доктор кивнул на буфет в углу комнаты. — Принесите, пожалуйста, чего-нибудь выпить. Франциска болтает с родственниками…

Макс подошел к буфету и уже через минуту выставил на стол бутылки и бокалы.

«Быстро освоился», — подумал про него доктор.

Франциска взяла свой бокал.

— Это было очень любезно с твоей стороны, Макс, спасибо.

— Мне пора ехать, — сказал молодой человек. — Но я вернусь, не забудь, хорошо?

Макс смотрел на девушку мягким взглядом темных глаз.

— Я провожу тебя, — сказала Франциска, вставая из-за стола.

— Может быть, перекусите? У нас есть холодная птица, — предложил доктор.

— Нет, спасибо, мне надо ехать, — ответил Макс, улыбаясь всем присутствующим. — Послезавтра я заеду к вам, сэр. Всего доброго.

Франциска проводила его.

— До свидания, Макс…

Он повернулся к ней лицом и, прежде чем сбежать с крыльца на слепящий солнечный свет, обнял.

— Милая… Верь мне, люби меня… Я вернусь к тебе, все тщательно обдумав. Ты ведь выйдешь за меня, когда я вернусь из командировки, правда? Выйдешь?

— Выйду, — смеясь, кивнула Франциска. — Но тебе не кажется, что нам нужно сначала получше узнать друг друга? Ведь я стала совсем другой. Возможно, уже и не понравлюсь тебе…

— Нет времени, — решительным тоном сказал Макс. — Была бы моя воля, я и в эту поездку не отправился бы. Кстати, мне очень понравилась твоя тетушка Лорель… Выглядит совсем как девчонка.

Франциска помахала ему рукой на прощанье. Его поцелуи согрели ей сердце, и их следы все еще оставались на ее разрумянившихся щеках.

Когда Макс уехал, она еще некоторое время задумчиво смотрела вдаль, потом вернулась обратно в дом. Жизнь ускорила темп и сменила направление. Эти изменения Франциску пока устраивали. Все последние месяцы ее жизнь нельзя было назвать пустой, но в ней не хватало надежды. А теперь Франциска была преисполнена оптимизма, и ее радовало все происходящее вокруг нее.

Вздохнув, девушка вошла в зал, где было прохладно после улицы. Эта часть дома нравилась ей больше всего.