Анонимное искушение - Карен Бут

спину, глаза все еще были закрыты, физически ему было так некомфортно, как никогда раньше. Он не мог потерять Хлою. Ему просто нужно найти способ вернуться к ней. И на этот раз это будут не украшения, не полет на частном самолете и не дорогая бутылка вина. Ему потребуется сказать много честных слов. Он выставит себя полным дураком, если потребуется. Чего бы это ни стоило. Как только он соберется с силами.

Вдруг ему показалось, что кто-то зовет его по имени. Тихо, едва слышно. Он был готов поклясться, что это был голос Хлои. Вот как далеко он зашел - у него начались галлюцинации.

Но потом он услышал свое имя снова.

- Паркер?

Голос был таким тихим. Таким слабым. Его разум играет с ним злые шутки. Он боялся открыть глаза и обнаружить, что она была лишь плодом его воспаленного воображения.

- Паркер. Я вижу, как твое лицо дергается. Ты притворяешься, что спишь?

Его глаза распахнулись, и он увидел то, на что больше всего надеялся. Хлою.

- Привет. Доброе утро!

Он выпрямился. Но он лежал на скамейке в больничной приемной, и его спина пыталась отомстить за агонию, которую она испытывала всю ночь. Следующее, что он почувствовал, было стремительное приближение пола.

- Боже мой! У тебя все нормально? - воскликнула Хлоя, потянувшись к нему.

Подбежало несколько медсестер.

- Сэр? У вас все нормально?

- Я в порядке. Я просто упал. Мне нужна минутка.

Паркер схватился за бок одной рукой и потянулся из стороны в сторону, пока мышцы не расслабились. Медленно он поднялся и выпрямился, прижав обе руки к спине и выгнувшись, чтобы все могло вернуться на свои места.

- Спасибо, дамы, - сказал он медсестрам. - Думаю, я в порядке.

Они вернулись на свой пост, оставив его наедине с Хлоей.

- Как дела у твоей мамы?

- Довольно хорошо. Только ангиопластика. Если все пойдет хорошо, она сможет вернуться домой сегодня.

- Это хорошие новости. Я очень рад это слышать.

Его убивало то, что он стоял рядом с ней и чувствовал, что не может обнять ее.

- Сомневаюсь, что твоя мама хочет это слышать, но мой папа передает наилучшие пожелания. Он был обеспокоен, когда услышал, что произошло.

- Спасибо. Я ей скажу. - Она вздохнула. - Мне нужно тебе кое-что сказать, Паркер. Что-то важное. - Да. Пожалуйста.

Что бы это ни было, он не думал, что отношения между ними могут стать намного хуже. Тем не менее, ожидание заставило его грудь сжаться. У него пересохло в горле, а руки стали липкими. Ему казалось, что он ждет решения своей судьбы.

- Паркер, это прозвучит совершенно безумно, но я люблю тебя. И я вела себя как полная идиотка на протяжении большей части наших отношений. Если ты чувствуешь, что есть шанс, что мы сможем это решить, я готова. Потому что я думаю о будущем и не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Это единственное, что имеет для меня смысл.

Он видел, что она говорит, но практически ничего не слышал. Он был так счастлив и испытал такое облегчение, что его мозг больше не воспринимал речь, а вместо этого думал о таких вещах, как сон в постели с Хлоей, совместные ужины и, возможно, поездка в отпуск.

- Подожди секунду. Можешь вернуться к части о том, как ты меня любишь?

Она ухмыльнулась и сильно дернула его за руку. - С добрым утром! Я сейчас пытаюсь рассказать тебе все, что я чувствую. Я пытаюсь сказать тебе, что я ошиблась, и я надеюсь, что ты простишь меня. Я хочу быть с тобой, Паркер. Серьезно.

Он улыбнулся и заключил ее в свои объятия.

- Нечего прощать, Хлоя. Мы оба делали ошибки. Ты действительно думаешь, что я бы проспал на этой скамейке всю ночь, если бы тоже не любил тебя?

Она взглянула на жесткую скамейку, на которой он провел ночь, опасаясь, что Хлоя никогда больше не заговорит с ним.

- Выглядит довольно убого.

- Мой следующий сбор средств для больницы будет посвящен улучшенным скамейкам в залах ожидания.

- Не думай, что ты должен говорить, что ты любишь меня только потому, что я это сделала. Я не хочу оказывать на тебя давление. Я хочу, чтобы ты не торопился.

- Тсс, - сказал он. - Ты сильно забегаешь вперед. Реальность такова, что я пытался сказать «я люблю тебя» больше недели. Может быть, дольше.

- Ты боялся признаться?

- Я не хотел тебя напугать. Как бы ни колебался по поводу нас, я знал, что для тебя это гораздо важнее. Но в то утро, когда ты позвонила и рассказала мне о новом проекте для Маркуса, мне пришлось очень постараться, чтобы не признаться тебе.

- Значит, поэтому ты пошел к «Тиффани».

- Да. Я надеялся, что украшение сможет сказать то, чего я не смог. И я был рад, что ты не впала в панику в тот вечер. Мне действительно полегчало. А сейчас я стою в приемной больницы. И ни один из нас не выспался, и я знаю, что пахну так, будто мне срочно нужен душ.

Хлоя рассмеялась.

- Можешь вернуться в свою квартиру и привести себя в порядок, если хочешь. Мне нужно остаться, пока я не узнаю, когда маму выпишут.

- Я не хочу оставлять тебя, Хлоя. Я бы чувствовал себя намного лучше, если бы мы могли уйти отсюда вместе. Но у меня есть одна просьба.

- Какая?

- Я хотел бы познакомиться с твоей мамой.

Ее лицо осветилось улыбкой.

- Конечно. Это хорошая идея. Она будет рада узнать, что мы помирились. К счастью для тебя, у нее было достаточно времени, чтобы нанести макияж. Ее друг скоро придет, но она не откажется встретиться с тобой. Пойдем.

Взяв его за руку, она вывела его из зоны ожидания и повела к палате своей матери.

Хлоя постучала в дверь, и они вошли внутрь. Паркер сразу заметил, что Хлоя очень похожа на Элизу Бернетт. Он понял, что они прекрасно поладят.

- Мама, познакомься с Паркером, - сказала Хлоя, когда они подошли ближе к ее кровати. Она повернулась и посмотрела ему в глаза, прежде чем продолжить. - Человек, которого я больше никогда не отпущу.

Глава 13

- Поверить не могу, что твоя мама пригласила меня на обед.

Дверь лифта бесшумно закрылась,