Красавец-любовник - Кетти Слейк

— Я не знаю… он…

— Да или нет? — потребовал Ал. — Женщины всегда знают.

— Да… возможно, — призналась Старр.

Ал вздохнул и расслабился:

— Ну тогда это все меняет. Влюбленный мужчина вполне может вести себя как идиот.

Старр тоже вздохнула с облегчением — пока не услышала следующий вопрос:

— А вы его любите?

— Нет… нет.

Ал пробормотал себе под нос что-то сильно похожее на «лгунья» и добавил громче: — Поэтому и отказались сниматься с ним?

— Да… нет, не совсем. Вы понимаете, я пообещала Стефану Десмонду.

— А какое, черт побери, отношение, — ругнулся Ал, — к этому имеет Стефан Десмонд? Как будто и без него не хватало забот.

— Стефан не хочет, чтобы я снималась в кино.

— Он не хочет? — Голос Ала был похож на рев.

Внезапно Старр поняла, что просто обязана узнать еще кое о чем.

— Мистер Хаммонд, — спросила она осторожно, — почему Стефан не стал режиссером фильма «Обаятельный повеса»?

— А почему он должен им стать?

— Но… но он снимал почти все фильмы с Рексом Брендоном.

— Да, и испортил последние два. Если бы не талант Рекса, они бы полностью провалились. Я хотел отстранить его от работы раньше, но Рекс просто умолил меня дать Стефану последний шанс. Я согласился, и посмотрите, что из этого получилось. Жалобы от всех артистов.

— И Рекс тоже жаловался?

— Он единственный, кто нет. А вот он должен был! Стефан ухитрился испортить ему каждую сцену. Я думаю, продолжал Ал секунду спустя, когда зажег новую сигару, — в последнее время Стефан просто слишком зазнался. Ему ударили в голову его прежние успехи, он отказывался прислушиваться к мнению окружающих. Требовались неимоверные усилия, чтобы заставить его принять чье-то предложение. Я верил, что он талантлив. Но талант и самовлюбленность не могут ужиться!

Старр молчала, отрешенно разглядывая вид из окна. К своему удивлению, она поняла, что верит словам Ала. Возможно, в последнее время она несознательно пришла к тому же выводу. И только из упрямства отказывалась признать это. А сейчас она чувствовала усталость… и странную пустоту. Словно со стороны смотрела, как из ее жизни уходит что-то очень дорогое.

— Вопрос в том, — вновь заговорил Ал, — готовы ли вы пересмотреть свое решение не сниматься в этом фильме? К счастью, еще есть время. Я уже пригласил несколько актрис на завтра, но, — он подмигнул, — эти пробы могут оказаться и не очень удачными, если вы передумали.

— Могу я ответить завтра утром? — тихо спросила Старр.

— Ну уж нет! — раздраженно отрезал Хаммонд. — Меня слишком часто сегодня заставляли ждать. Вы должны решить именно сейчас — и поторопитесь!

Старр глубоко вздохнула. Она чувствовала странное головокружение. С одной стороны, Стефан, ее обещание, ее… Но она вдруг поняла, что уже давно перестала любить его. А с другой стороны, ее судьба в кино, возможная слава и… Но Старр отказывалась думать дальше. Карьера, слава… и все!

Она еще раз глубоко вздохнула:

— Да, мистер Хаммонд, если вы еще хотите.

— Вот это разумно! — Ал усмехнулся и обрезал кончик новой сигары.

— А Рекс? — быстро спросила она. — Вы ведь дадите ему еще время подумать?

Одержав победу, Ал решил быть великодушным.

— Пусть думает до полуночи, — сказал он. Затем, резко захлопнув крышку стола, добавил: — Но это моя последняя уступка. Или он звонит мне до двенадцати, или может проваливать в Тумбукту. Понятно?

Старр сказала, что да.

На этот раз уезжая из студии, Старр чувствовала себя совершенно иначе. Она знала, что находится на пороге новой жизни. Ведь так часто необходимо сильное потрясение, чтобы изменить свои представления о жизни. Раньше она всегда считала, что если полюбит кого-нибудь, то навсегда. Была ли в случившемся ее вина? Или Стефан тоже был в чем-то виноват? Старр решила поговорить с ним сегодня же. Это было для нее характерно — не избегать неприятных разговоров и не откладывать их.

Стефан был дома. Он сам открыл дверь, и Старр впервые посмотрела на него как бы со стороны. А когда он попытался поцеловать ее, то резко отстранилась.

Стефан провел ее в гостиную.

— Очень жаль, но не смогу сходить с тобой куда-нибудь сегодня вечером, — объяснял он. — Я жду очень важного звонка из Англии. Недавно одна крупная кинокомпания предложила мне там работу. Я тогда не сказал ни да ни нет. А сегодня вот позвонил им, дал согласие. Они все обсудят и перезвонят вечером.

— Значит, ты уедешь в Англию, если их предложение еще в силе? — тихо спросила Старр. Она не сняла шляпку, а в руках все еще сжимала скомканные перчатки.

Стефан кивнул:

— Разумеется. Мне здесь чертовски надоело. Здесь талантливого человека просто не понимают. Кроме того, приходится сталкиваться с такой завистью и ревностью. Да я просто рад отряхнуть пыль этой страны со своих ног. А тебе, Старр, — добавил он мгновение спустя, — там тоже понравится. Ты сможешь приехать как только закончатся все формальности с разводом, и тогда мы поженимся.

Старр покачала головой. У нее внезапно пересохло во рту, и она облизала губы.

— Боюсь, что это уже не имеет значения, Стефан. Ты понимаешь, — она помедлила и выдавила улыбку, — я буду очень занята в ближайшее время.

Он пораженно уставился на нее. Возможно, впервые с того момента, как Старр вошла в его квартиру, он заметил какие-то изменения в ней.

— Будешь занята? Что ты имеешь в виду?

— Я только что встречалась с Алом Хаммондом и согласилась играть главную роль в новом фильме.

— Что? — Стефан был изумлен. Он провел рукой по волосам и продолжал смотреть на Старр, как будто не знал, что сказать. — Ты будешь сниматься с Рексом Брендоном? — спросил он в конце концов.

— Да, если он все же согласится играть в этом фильме.

— Ну теперь-то уж он точно будет в нем играть, — хрипло рассмеялся Стефан. — Теперь мне все понятно. Вот почему он пригрозил разорвать контракт. Чтобы заставить их надавить на тебя. А ты… — в голосе Десмонда прорезалась злость, — ты была настолько глупа, что поддалась на эту уловку.

Старр покраснела, но заставила себя говорить спокойно:

— Давай не будем ссориться, Стефан. Я… я передумала. Я просто хочу сниматься в кино.

— Несмотря на то, что я против? — хрипло спросил он.

— Скажи, почему люди всегда стараются контролировать действия других людей? — возразила она. — Почему мы не можем быть просто сами по себе, чтобы делать то, что хочется. Мне очень понравилось играть в том фильме.

— Я чувствую, успех вскружил тебе голову, — зло бросил Стефан.

— Значит, ты думаешь, что у меня нет способностей?