Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

не на кого выплеснуть свой гнев, а потому она еще крепче вцепилась в руль, даже костяшки пальцев побелели.

Больница Святой Терезы находилась на северной окраине города. Джинни оставила машину на стоянке и нашла отделение неотложной помощи. Лиза, одетая в больничный халат, уже лежала в постели, с отсутствующим видом глядя в пространство перед собой. По телевизору показывали церемонию вручения премий «Эмми»: сотни голливудских знаменитостей пили шампанское и поздравляли друг друга. Макхенти сидел у кровати с блокнотом на коленях.

Джинни поставила рюкзак на пол.

— Тут одежда. Что происходит?

Лиза молчала, ее лицо было лишено какого бы то ни было выражения. «Она все еще в шоке», — подумала Джинни. И тут же подавила новую вспышку гнева, постаравшись взять себя в руки. Но она знала, что рано или поздно терпение ее кончится и гнев выплеснется наружу.

— Мне следует записать все детали и подробности случившегося, мисс, — сказал Макхенти… — Так что я просил бы вас оставить нас на несколько минут, о’кей?

— Да, конечно, — извиняющимся тоном произнесла Джинни. Но тут же поймала на себе взгляд Лизы и замешкалась. Всего несколько минут назад она на чем свет кляла себя за то, что оставила подругу наедине с мужчиной. И вот теперь собирается сделать то же самое. — А вообще-то, — заметила она, — может, Лиза предпочитает давать показания в моем присутствии? — И тут же получила подтверждение своей правоте: Лиза еле заметно кивнула. Джинни присела на краешек кровати и взяла подругу за руку.

Макхенти был недоволен, но спорить не стал.

— Я спрашивал мисс Хокстон, пыталась ли она оказать сопротивление насильнику, — сказал он. — Вы кричали, Лиза?

— Крикнула один раз… когда он швырнул меня на пол, — пробормотала Лиза. — Потому что потом он вытащил нож.

Голос Макхенти звучал сухо, он то и дело сверялся с записями в блокноте.

— Вы пытались бороться с ним?

Лиза отрицательно покачала головой:

— Нет. Боялась, что он меня зарежет.

— Так что фактически вы не оказали ему никакого сопротивления, лишь один раз крикнули, верно?

Лиза снова покачала головой и расплакалась. Джинни крепко сжала ее руку. Ей хотелось сказать Макхенти: «А что, черт возьми, ей было делать? Как сопротивляться?» Но она сдержалась. На сегодня хватит. Ведь она уже успела нагрубить парню, похожему на Брэда Пита, съязвить на тему Лизиного бюста и наорать на охранника из вестибюля. Она знала, что не слишком умеет ладить с представителями власти, и решила не ссориться с этим полицейским, который просто выполнял свою работу.

Макхенти тем временем продолжил:

— Скажите, перед тем как он вошел в вас, вы раздвинули ноги или нет?

Джинни поморщилась. Неужели на этот случай у них нет специально обученных женщин-полицейских?

— Он трогал мои бедра… кончиком ножа, — пролепетала в ответ Лиза.

— Он вас порезал?

— Нет.

— Так, значит, вы добровольно раздвинули ноги?

Джинни не выдержала:

— Если подозреваемый направляет оружие на полицейского, вы имеете право пристрелить его на месте, или я ошибаюсь? И в этом случае вы тоже станете употреблять термин «добровольно»?

Макхенти сердито покосился на нее.

— Пожалуйста, не мешайте мне, мисс. — И снова обернулся к Лизе: — Какие у вас повреждения?

— Кровотечение.

— Как результат навязанного вам полового сношения?

— Да.

— Вы были ранены в обычном понимании этого слова?

Джинни снова не выдержала:

— Не кажется ли вам, что определить это может только врач?

Он посмотрел на нее с таким видом, точно она сморозила какую-то несусветную глупость.

— Я должен составить предварительный отчет.

— Тогда напишите, что она получила множественные внутренние повреждения в результате насилия.

— Я провожу допрос, а не вы.

— А я говорю, отстаньте от нее, мистер! — сказала Джинни, изо всех сил сдерживаясь, чтоб не заорать на этого придурка. — Моя подруга находится в тяжелом депрессивном состоянии. И лично я не считаю, что в таком состоянии она сможет адекватно оценить все свои повреждения и пересказать вам. Это дело врача.

Макхенти яростно сверкнул глазами, но продолжал гнуть свое:

— Я заметил на вас нижнее белье — кружевное, красного цвета. Как считаете, оно могло спровоцировать нападение?

Лиза отвернулась, глаза ее наполнились слезами. Джинни не унималась:

— Выходит, если я сообщу о похищении моего красного «мерседеса», вы спросите меня, не спровоцировала ли я сама кражу, приобретя столь броский автомобиль?

Макхенти проигнорировал этот вопрос.

— Как вам кажется, Лиза, вы до того прискорбного случая встречались когда-нибудь с подозреваемым?

— Нет.

— Но, очевидно, разглядеть его в дыму было трудно. К тому же он закрывал лицо платком.

— Сначала я практически ослепла от дыма. Но в той комнате, куда… где он сделал это, дыма было меньше. И я его рассмотрела. — Она кивнула, словно подтверждая собственную правоту. — Я его разглядела.

— И вы узнали бы его, если б увидели снова?

Лиза содрогнулась.

— О да.

— Но вы никогда и нигде не видели его прежде? Ни в баре, ни в каком-либо другом месте?

— Нет.

— А вы ходите в бары, Лиза?

— Конечно.

— Где собираются одинокие люди, чтобы познакомиться, да?

Джинни вскипела:

— Что, черт возьми, за вопрос? Куда это вы гнете?

— Вопрос, который непременно