Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

утра не верил, но его и переодели, и накормили, правда, своеобразно, колодезной водой и крутыми яйцами, не отравишь, и сумку с собой собрали, и деньги отдали. И ушел он спокойно, в сторону дороги, хоть и ожидал до последнего камня в спину, да не дождался.

А все просто объяснялось.

Предстоятель старался держать слово, которое давалось им или от его имени. Так ему потом верить больше будут, репутация, она зарабатывается с трудом, а теряется в секунду. Если бы вопрос был серьезным, предстоятель бы любую клятву нарушил, не задумался. Но так-то – зачем?

По мелочи даже и неинтересно. Вульгарно как-то.

Аруасий ушел, и жил себе спокойно всю оставшуюся жизнь. В Картен уехал, хотелось бы дальше, да на Шагрене ему точно не обрадовались бы. Мечту свою исполнил, смог сменить шкуру, отправился служить в лавку, потом женился на дочери хозяина, жил с ней, не так, чтобы идеально, но вполне себе неплохо, детей завел, погуливал иногда, лавку у тестя принял, когда срок настал.

И – молчал.

Всю свою жизнь молчал о своем происхождении и о том, что случилось в его молодости. Как о таком рассказать? Самому же страшно! Подумать – и то жутко, не то, что слово вымолвить!

О том, что случилось в Фардании, он знал, и лишний раз прикусывал язык. Целее будет. И голова, на которой этот язык закреплен – тоже.

***

Мария иногда думала, что змеей доползла бы побыстрее. Плевать, что пузо о кочки обдерет, все равно вышло бы лучше!

Кортеж!

Это пока кареты, пока телеги, пока слуги…

Это еще она воспользовалась ситуацией. Если к ней брат приехал, так она с братом и поедет. И – БЫСТРО!

А могло бы и еще хуже быть.

Слушались-то Марию беспрекословно. И слушались, и каждое слово ловили, и все делали, но… не положено!

Есть традиции, обычаи и установления?

Вот и все тут!

Не может благородная эрра ехать без кареты, камеристки, платья, и карета королеве полагается совершенно определённая, и эскорт, и даже мебель своя… тут уже Мария рявкнула так, что стены дрогнули.

Еще за ней кровати не возили?!

Совсем страх потеряли?! Берега попутали?!

Быть бы церемониймейстеру битым личной королевской ручкой, но вмешался канцлер. И мигом развел половину проблем.

Просто кортеж ее величества Марии присоединялся к кортежу его величества Саймона. И карету можно взять походную… вот, в такой ее величество уже в монастырь ездила. Подойдет?

Мария согласилась.

С таким подходом дело пошло быстрее, но двигаться с хорошей скоростью все равно не получится. Так что встал вопрос, кого оставлять на хозяйстве.

Канцлер?

Безусловно. Но кто-то тут ему доверяет полностью?

Нет уж, это вы кому другому расскажите. Доверять я готова, но плетку рядом положу. И гильотиной пригрожу, так, для верности. Так что в команду к Бустону добавился исс Шент. Плюс семейство Стоунов.

Плюс Мелисса, которой понравился бравый капитан, и девушка вовсю строила ему глазки.

Отец Роман, который заменил безвременно почившего в тюрьме Исайю Рентского. Справятся, как-нибудь. И все равно у Марии сердце было не на месте, и уезжать не хотелось. Но надо!

Так что спустя шесть дней (по королевским меркам невероятно быстро) кортеж двинулся в путь.

Глава 19

***

- Возьмите, эрр.

Димас Бустон на Расмуса смотрел даже с сочувствием. Понятно, крысюк, но за свою глупость он уже наказан. Так что королева решила не добивать несчастного, прирезала ему земли и распорядилась выдать неплохую сумму на обзаведение.

А заодно намекнуть, что при дворе ему будут не особо рады. Прощать ему Мария тоже ничего не собиралась. Способен человек на подлости за деньги? Вот то-то и оно, нельзя ему доверять! Он и дальше крысой будет! Порода такая!

- Благодарю, эрр Бустон.

Расмус чувствовал себя неловко. Он переминался с ноги на ногу, пока Димас не кивнул ему на кресло.

- Вы присядьте, эрр. Может, вина?

- Не откажусь. Эрр Бустон, королева на меня не сердится? За… ну, за все?

- Не сердится, - успокоил его Бустон. – Но и симпатий к вам никаких не питает. Скажу честно, эрр, ее величество, хоть и добра, и милосердна, но до какого-то предела.

- И…?

- Вы не хотите спокойно заняться хозяйством, все обустроить, а уж через пару лет и вернуться ко двору?

Расмус даже и не задумался.

- Я хочу узнать, кто убил Диану.

- Убил? Кому она нужна была, убивать ее, – передернул плечами Бустон. – Ее и так казнить должны были через пару дней, вот она и решила, сама…

- Нет, - качнул головой Расмус. – Она боялась смерти, и была уверена, что Иоанн ее любит. И прямых улик против нее не было, она бы боролась и надеялась до последнего.

Димас пожал плечами.

- Не знаю, эрр. Если бы она была беременна…

- Была?!

- Нет. Иоанн приказал ее осмотреть, тщательно и несколько раз. Беременна она не была.

Расмус упорно смотрел в пол.

- Я уеду. Но сначала хочу убедиться.

- Это не приказ, эрр. Это просто пожелание. А в остальном королева вас не ограничивает.

- Я не ждал от нее милосердия.

- Я понимаю, эрр. Но ее величество и правда не злая, - Димас смотрел сочувственно. – Вред, нанесенный лично ей, она прощает легко. Но не дай вам Многоликий, тронуть хоть кончиком пальца кого-то из ее близких.

- Понимаю. Я уеду, эрр. Еще до возвращения королевы с Конклава я уеду. Но…

- Удачных поисков, эрр. Дать вам рекомендательное письмо к коменданту королевской тюрьмы?

- Я буду вам очень признателен, канцлер.

- Не благодарите, - Димас вытянул пергамент из стопки, набросал пару строк, капнул воском и приложил печать. – я делаю это не ради вас, и не ради Дианы Эрсон. Ради королевы Марии. Чем скорее вы добьетесь своего, тем скорее уедете, эрр.

- И за честность тоже, - кивнул Расмус.

Что ж. Есть с чего начинать изыскания, а дальше… дальше будет видно!

***

Брат Тома не ожидал от жизни ничего хорошего. И как бы он это самое хорошее ждал, валяясь неизвестно где, с мешком на голове, без еды и воды? По ощущением – несколько дней, хотя, по правде говоря, чуть