Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

потеряться по дороге обратно в Бакк, как и на пути в Кельсингру. На самом деле, у меня нет желания идти ни туда, ни туда, но я пойду за тобой, Фитц.

— Я тоже пойду с вами, — решил Пер. — Как мы это сделаем?

Мы выстроились в линию перед колонной. Я приладил спешно сделанный ремешок к каждому из своих грубоватых мешков. Один перекинул через плечо. Пер взвалил на спину свой переполненный куль и сжал мою левую руку. Лант положил ладонь мне на правое плечо и натянул через плечо ремень от самого большого мешка. В правой руке он держал наготове меч. На мгновение я задумался. Меня никогда не учили проводить с собой людей через колонну, хоть я и делал это раньше под влиянием обстоятельств. Я высвободил Уит и заставил себя почувствовать их обоих, их форму и запах, а потом нащупал их Скиллом. Ни у одного из них я не смог вычислить таланта к этой магии, но практически все люди обладают хотя бы маленькой её толикой. Я не мог заставить их осознать того, что тянулся к ним, но я сделал все возможное, чтобы окутать их магией. Не давал им ни предупреждающих сигналов, ни возможности засомневаться. Я сжал меч в правой руке и надавил голыми костяшками на холодный камень колонны.

Тьма. Точки движущихся огней, которые не были звездами. Пер передо мной, произносящий клятву верности. Лант со сжатыми губами, вперивший в меня взгляд. Я крепко держался за свое восприятие их. Я окутал их собой.

Дневной свет ослепил нас. Холод вцепился в меня, и вдруг я понял, что должен устоять, отпустить руку Пера и защитить нас.

— Берегись! — раздался чей-то крик, когда я выскочил из-за Пера и поднял меч. Мои ослепленные солнцем глаза различили распростертого у моих ног Шута и выпутывающуюся из плаща-бабочки Спарк. Из угасающего вечера нас занесло в ослепительное сияние солнечного зимнего дня. Время потеряно, но что ещё непонятнее — мы, кажется, появились лишь секунды спустя после Шута и Спарк. Я почувствовал, как Пер, поднявшись на ноги, сразу ухватился за меня. Потом отшатнулся в приступе рвоты. Прежде, чем мне удалось оглянуться назад и проверить, как обстоят дела у Ланта, раздался рев.

Я крутанулся, или попытался, удерживая меч наготове. Ещё до того, как мои глаза увидели большого зеленого дракона, идущего на нас в атаке, чувство Уита содрогнулось от размеров и близости этого существа. Он несся к нам со скоростью ветра. Слышалось клацанье серебряных когтей по каменной улице, передние лапы, загребая землю, с силой толкали его вперед. В движении серебро расплывалось по его шкуре, как мокрые пятна по ткани. Это была отнюдь не разъяренная корова, а могучее, разозленное создание. Его рев, звучащий на грани странного Скилл-Уита, потряс меня снова.

— Нарушители!

Я не был Барричем, который силой Уита смог заставить каменного дракона преклонить колени. Ничего не говоря, я мужественно встретил его обвинения и крепко сжал меч. Это был брошенный мной вызов, акт неповиновения, заявление животного животному, и все же я был поражен, когда он неожиданно подобрал передние лапы и, скрежеща когтями по черному камню, остановился. Хвост хлестал по камням, очевидно, он мог бы валить им деревья. Широко раскрыв челюсти, он откинул голову назад. Внутри открытой пасти виднелись яркие красочные всполохи с потрясающего оранжевого до пронзительно-красного. Яд с подобной расцветкой используется ящерицами или лягушками для предупреждения. Он сделал глубокий вдох, и я заметил мешочки по бокам глотки. Я до ужаса боялся того, что, по моим представлениям, могло последовать, и о чем я слышал только в сказках: бледный туман яда, растворяющий плоть, разъедающий кости и превращающий в губку камни. Но после того, как он втянул в себя воздух, в стойке дракона что-то изменилось. Я не мог разобрать. Гнев? Замешательство? Он стоял, жесткий воротник ощетинившихся серебряных шипов окаймлял шею подобно колючей гриве. Выдохнув горячим облаком густого смрада, он вдохнул ещё больше воздуха, медленно кивая головой на извилистой шее. Он определял наш запах.

Я встречал драконов раньше. Мы соприкасались сознаниями с Тинтальей, первой из драконьих королев, вернувшихся в наш мир. Я видел первый полет Айсфира, когда тот вырвался после долгих лет заточения во льдах. Я наблюдал за любовной игрой драконов, за тем, как они кидались на предложенный им в качестве выкупа скот. Я слишком хорошо знал, насколько они были могущественны и как быстро могли оставить от быка окровавленный скелет. Я знал, что мой меч был практически бесполезен против медведя; против дракона же он был нелеп. Лант резко возник рядом. Он тоже поднял меч, но тот дико трясся в его руках.

— Ненормальные, — еле выдохнул он, но не отступил.

— Лезьте под него! — услышал я хриплый приказ Пера. — Прижмитесь друг к другу. Он может скрыть вас обоих.

Пошатываясь, он встал слева от меня с вытащенным из-за пояса ножом.

— Сейчас мы умрем? — дрожащий голос, которым он задал вопрос, в конце сорвался на визг.

— Где тот, что принадлежит дракону?

Драконья речь. Звук был лишь частью её. Некоторые, как я знал, не могли понимать, когда драконы говорили. Они слышали лишь рыки, хрюканье и ворчание дикого существа. Я же разобрал слова, но не понял их смысла. И стоял тихо и неподвижно.

— Я чую его. Я чую отмеченного драконом, избранного драконом, которого мы давно считали умершим. Вы здесь по его приказу?

Я догадался — что он учуял. Драконью кровь, использованную Шутом. Пер издал звук, намекающий на рвотные позывы. Со стороны Шута и Спарк не доносилось ни единого звука. Я вдохнул.

— Мы не хотим причинить вреда, — обратился я к дракону. Затем повернул голову. Уит подсказал о приближении кого-то ещё, но вышагивающая в моем направлении фигура материализовалась прямо из моих детских ночных кошмаров. Высокий и краснокожий, с горящими голубыми глазами, будто свет сиял сквозь сапфиры. Его высокая фигура была облачена в струящуюся золотую тунику и свободные черные штаны. Пропорции его тела казались вытянутыми, что соответствовало росту, но не было свойственно человеку. В руках он держал никогда ранее не виденный мной боевой кнут, но вытащенный из ножен звенящий меч был слишком уж знакомым мне предметом. Элдерлинг, как те создания, что взирали с гобелена, украшавшего стену моей детской спальни. Он заговорил, как только приблизился.

— Прекрасно, Арбук! Я знал, что эти нарушители не смогут долго скрываться от нас! И теперь они ответят за…

Слова оборвались, как только он подошел и внимательно посмотрел на нас.

— Это не те