Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

обойти оборону тройки Дени, Регины и Джема. Во второй тройке царил разлад, каждый тянул одеяло на себя. Поэтому они отступали под мелкими, но точными атаками взрывашек. Ленор создал щит, а Лизи применяла нейтрализующие заклинания, которые удавались ей чудо как хорошо.

Щит Регины оказался слишком слаб. Она все время отвлекалась на Джема и Дени. А парни никак не могли научиться взаимодействовать друг с другом. Дени нападал быстро, стремительно. Использовал простые заклинания. Джем, наоборот, решил плести общую сеть. При таком подходе они еще долго продержались. Не прошло и пяти минут, как Ленор сбил с ног Джема и почти достал Дени. Когтистого спас инстинкт самосохранения. Он быстро отпрыгнул в сторону, и Ленор полетел вперед, теряя равновесие. Лизи кинулась на помощь, и Регина швырнула в нее заклинание оцепенения. Змеючка едва успела его нейтрализовать. Первая группа отступила обратно под защиту щита. Я остановил бой.

— Давайте проанализируем ошибки, — замер между противниками. — Ленор, хорошо. Лизи, ты должна была продолжать свою линию и нейтрализовать заклинания. Вместо этого ты подставила под удар всю группу. Если бы не сила Кэрри и Кертиса, вы бы пострадали. Вторая тройка, у вас все гораздо хуже. Регина, щит не удался. Нужно было брать конкретную защиту, потому что абсолютные заклинания быстрее высасывают энергию. Дени, Джем, вы — одно целое и должны действовать как одно целое. Прикрывать друг друга. Не увидел ничего из этого.

— А вы суровы, профессор, — снова Элена. Ненавижу, когда она так подкрадывается. — Нет бы показать ребятишкам что-нибудь действительно полезное. Теория, сухая теория. Моя группа, вам тоже полезно будет это послушать. В совместной работе всегда есть маленькие хитрости. Стратегия — это хорошо, но хитрость — всегда лучше. Ленор, Лизи, двойняшки, нападайте на меня так, как раньше.

Студенты отошли шагов на десять и попытались атаковать Элену тем же способом, что и предыдущих противников. Внезапно Ленор споткнулся на ровном месте, не удержался и полетел вперед, чуть не пропахав носом пол. Лизи отвлеклась. Элена создала маленькую иллюзию для отвода глаз, ловко обошла девчонку, очутилась позади Дабл Кей и опустила руки им на плечи.

— Попались, — задорно улыбнулась она.

Студенты восхищенно загалдели, желая поскорее выведать секреты профессора. А я отошел в сторону. Внутри клокотала злость. Слушал, как Элена описывает детские заклинания «споткнись-ка» и «прятки» — и готов был втоптать ее в землю. Зачем она так себя ведет? Почему не занимается со своей группой, а лезет к моей? Что ж, ответ прост. Элена быстро теряла интерес к тому, что принадлежало ей. И никогда — к тому, что принадлежало мне. Чем бы это ни было: местом за столом, игрушкой, скамейкой в саду. Ничего не изменилось. Элена снова пыталась забраться на мою территорию, и ей это удалось. Студенты опять разделились на группы — теперь уже семь на восемь — и попытались забраться на другую половину зала. Моя команда действовала более слаженно, но я почти не следил за боем. Вместо этого отошел к окну и смотрел, как невидимый дворник сметает опавшие листья с дорожек. Только метла двигалась, вытанцовывая сложный танец. Ее равномерные взмахи успокаивали, позволяли отвлечься.

— Поздравляю, Аль. Ваши студенты победили, — очутилась рядом со мной Элена. — Для всех, кто хочет больше узнать о маленьких хитростях боя, предлагаю собраться в садовой беседке сразу после ужина. У нас будет пара часов, чтобы немного поболтать.

Прозвенели колокольчики, оповещая об окончании урока. Я схватил Элену за рукав и заставил задержаться, пока не уйдут студенты.

— Чего тебе? — весело спросила она.

— Не лезь не в свое дело, — прошипел я. — Тебя просили вмешиваться?

— Ты плохо их учишь, Аль, — усмехнулась сестрица. — В настоящем бою они пропадут.

— Никто не говорит, что им придется сражаться.

— А зачем, по-твоему, их тут собрали? — удивилась Элена. — Чтобы обучить и создать идеальных воинов. Люди с магическими аномалиями сильнее и опаснее многих. Но ими нужно управлять. Они должны научиться сдерживать эмоции и повиноваться приказам. Ты же учишь их другому. Вольномыслию. И что с ними будет тогда? Они погибнут в первом же бою. Пойми, братишка, то, как ты живешь, подходит не всем. Ты мог позволить себе не думать ни о чем. А нашим студентам приходится постоянно помнить о самоконтроле. Или они могут отнять чью-то жизнь.

— Это не повод вмешиваться!

— Не надо благодарить за помощь, — подмигнула Элена и пошла к двери.

Мне хотелось догнать ее, развернуть к себе и пару раз хорошенько встряхнуть. Но вместо этого я молча пошел на лекцию по стратегии на факультете магии перемещения. Ничего, справлюсь и с этим.

После лекций вернулся в комнату. В мыслях царил такой разброд, что казалось, никогда не приведу их в порядок. Настоящее и прошлое — все смешалось. Я лежал на кровати, смотрел в потолок и вспоминал. Воспоминания нельзя было назвать радужными. Точно так же, как Элену нельзя назвать образцовой сестрой. В детстве мне иногда думалось, что Элена предпочла бы не иметь братьев вовсе. Я постоянно ей мешал, путался под ногами. При этом она отлично ладила с многочисленными кузенами и кузинами.

Элена стремилась быть первой во всем. У нее раньше проявились силы. Она без особого труда поступила в академию, закончила ее с отличием. Родители гордились ею и постоянно рассказывали друзьям, какая у них замечательная дочь. Казалось бы, живи и радуйся. Но сестре было мало.

Не знаю, почему мы все время ссорились. Я старался не попадаться ей на глаза. Но Элена не упускала случая выставить меня посмешищем. Сначала, в детстве, было обидно. Затем пытался ее превзойти, но провалил экзамены в академию. Понимаю, почему. Сестрица прекрасно управлялась с боевой магией. Вместо того чтобы развивать собственные способности, я захотел стать боевиком. Но что такое иллюзия против настоящей силы? С годами понял, что мой провал был неминуем. Со временем я перестал обращать внимание на выходки Элены. Но однажды дражайшая сестрица превзошла саму себя.

У матери был день рождения. По праздникам в нашем особняке собиралось огромное количество людей. Мама всегда была человеком общительным, у нее было много друзей. Я любил, когда в доме толпился народ. Мне нравилось наблюдать за окружающими, общаться с ними, потому что в глазах родителей я привык видеть только разочарование. Но тот день был для меня особенным вдвойне. Первая любовь делает нас глупыми. Мне тогда нравилась наша соседка, Милия эр Кармаль. Очаровательная девушка с огромными голубыми глазами, похожая на куколку. Сейчас понимаю, что это была только нелепая влюбленность, но тогда я думал о Милли