Пари на исцеление - Ольга Дмитриева

не выдержала. Кое-как соскребла себя с кровати, глянула на платье, которое по-прежнему висело на шкафу. Мельком посмотрела на свое отражение в зеркале. Опухшие глаза выдавали мое состояние без слов. Но в этот момент на все было плевать. Больше всего мне хотелось высказать тому придурку, который стучал, все, что я о нем думаю.

Я распахнула дверь, и язык примерз к небу. На пороге стоял Адам. И меньше всего я ждала, что он появится здесь в таком виде…

Глава 20

Адам Фейн

В назначенный час Адам спустился на первый этаж. Они с Иви договорились встретиться у атриума, где проходили официальные мероприятия. Зал походил на столовую. Только располагался с противоположной стороны корпуса. Еще одним отличием была сцена. В торжественных случаях ректор поднимался на нее, чтобы произнести речь. Также в атриуме проходили концерты, награждения и другие важные события академии.

Но сегодня все собирались здесь на танцы. Сквозь распахнутые двери Адам мог видеть сказочную обстановку. Сверкало буквально все. Галерею украсили мерцающими сосульками, народ толпился на втором этаже вокруг фуршетных столов.

Проходящие мимо девушки стреляли глазами в сторону парня. Но тот выискивал взглядом Иви. В памяти всплыл тот вечер у Локвиссов, когда он увидел девушку в холле особняка. В серебристом платье она казалась невероятно изящной и хрупкой, словно фарфоровая статуэтка. План затащить ее в оранжерею оброс новыми подробностями и желаниями. Тогда пришлось сдержаться. Но сегодня хотелось большего…

Воображение рисовало картинку, как девушка появится в своем платье, как они закружатся в танце. Но минуты шли, а Иви все еще не было. Казалось, что мимо прошли все свободные девушки академии, вздыхая и поглядывая на него. Мелани прошла совсем рядом, виляя бедрами, бросила на него томный взгляд.

Парень холодно кивнул, и девушка внезапно подмигнула. А затем послала ему воздушный поцелуй и ушла в зал. Эта выходка на миг заставила задуматься. Но тут в конце коридора появилась соседка Иви… Одна.

Внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. Адам напрягся, собираясь остановить девушку и расспросить. Но та и сама внезапно направилась к нему.

Минуя приветствия, Адам обеспокоенно произнес:

– Где Иви? Что-то случилось?

– В комнате. Можно сказать и так, – прохладно ответила Аделин, внимательно вглядываясь в его лицо.

– Что случилось? – настойчиво повторил парень, глядя на подружку своей возлюбленной.

– Адам, – начала она, – Иви не придет. Она случайно услышала разговор Мелани с кем-то. Они говорили, что ты… что ты поспорил на нее. Поставил деньги, что охмуришь Иви. Что заставишь ее выйти с тобой на Серебряный танец и прилюдно бросишь. Теперь она думает, что никогда не нравилась тебе по-настоящему, и осталась в комнате. Ты проиграл этот спор.

Адам почувствовал, как земля уходит из-под ног. Его захлестнуло бешенство. Мелани? Так вот что значили эти подмигивания! Как она могла узнать о споре? Кто рассказал ей? Кто-то из команды разболтал девчонкам? Неужели Кирсану мало, что Найт поправил ему физиономию?

Этот спор был глупой ошибкой, о которой он уже не хотел думать. Но теперь это разрушило все. Аделин стояла рядом и внимательно наблюдала за ним. Ловила каждый взгляд.

– Значит, это правда, – грустно сказала девушка. – Ты всего лишь обманывал Иви.

– Нет, – рыкнул парень.

А затем развернулся к залу. Можно войти туда одному. Вытрясти из Мелани имя паршивца, который разболтал ей про спор. Даже если это не Кирсан, точно кто-то из команды.

Затем он метнул взгляд в сторону общежития. Аделин сообщила:

– Даже не думай, Фейн. Она не поверит тебе сейчас. Решит, что ты не хочешь терять свой приз. Оставь ее и смирись, что проиграл.

Но смириться с крушением своих желаний было невозможно. И дело было вовсе не в деньгах и дурацком споре.

Адам развернулся на каблуках и пошел прочь. Поднялся в свою комнату, постоял на пороге. Но знакомая обстановка сегодня вызывала отвращение. Поэтому парень накинул пальто и снова спустился вниз.

На крыльце было тихо – большая часть студентов уже собрались на празднике. Шел снег. Крупные хлопья кружились в воздухе и медленно опускались на тропинку. Под кустом в снегу Адам заметил что-то яркое. Он не сразу понял, что это крупная морковка. Мытая, будто кто-то решил сварить ужин под кустом.

Парень стоял на крыльце и таращился в пустоту. Перед глазами мелькали картины прошлого. Первая встреча с Иви. Глупое происшествие в лаборатории, ссора с Мелани…

Из воспоминаний его вырвало движение под кустом. Рядом с морковью появилось что-то серое, затем раздался сочный хруст. Крольчиха! Та самая, которую потеряла соседка Иви.

Наверное, Адам долго стоял неподвижно, и она решилась выйти. Или замерзла и оголодала – действие снадобья Эды закончилось. Но теперь Кукуха упоенно хрумкала морковкой, не обращая никакого внимания на парня.

Адам прикинул расстояние до куста и траекторию прыжка. Должно получиться… На магболе он и не такое выдавал ради победы. Главное, не помять крольчиху.

Кукуха словно почувствовала его настрой. Вскинула чуть склоненную набок голову и пошевелила носом. А в следующий момент Адам прыгнул и попытался прижать ушастое недоразумение к земле.

Не тут-то было! Из опыта ночной охоты с иви он запомнил одно: кролики – невероятно юркие существа. Пушистая зараза мало того, что попыталась вывернуться, так еще и без зазрения совести цапнула Адама.

Парень даже не задумывался, что кролики могут кусаться. Острые резцы оставили между большим и указательным пальцем короткий и глубокий порез, из которого тут же хлынула кровь. Но Адам только зашипел сквозь зубы и прижал крольчиху к себе, пытаясь удержать задние лапы, которыми зверюга неистово пиналась.

Скоро он выпрямился, прижимая Кукуху к себе. Должно быть, вид у парня теперь был тот еще. Пальто и брюки перемазаны кровью, в руках замерла крольчиха. Казалось, прижмешь сильнее – сломаешь тонкие косточки. Отпустишь – и она вывернется и расшибется о мощеную дорожку.

Недолго думая, Адам направился в общежитие. Теперь у него есть причина, чтобы поговорить с Иви немедленно и попытаться с ней объясниться.

Иви Ламбертс

На руках и пальто Адама пестрели бурые пятна. Методично долбился в дверь он, похоже, локтем. Потому что руки парня были заняты. В широких ладонях съежилась грязная и замерзшая Кукуха.

Я настолько отчаялась поймать крольчиху, что невольно отступила на шаг, пропуская Адама в комнату. Заперла за ним дверь на ключ, а затем приняла из его рук дрожащую Кукуху. Ловить ее по ванной не было никакого желания. Поэтому я справедливо рассудила, что с грязной шерстью своей любимицы разберется Аделин. И ограничилась