Одно небо на двоих - Ана Шерри

– Нет, это как-то не приходило в голову. Но когда мне было двенадцать лет, я разорил отца на несколько сотен тысяч дирхам прямо в аэропорту Дубая.

Становилось уже интересно. Вирджиния улыбнулась, представив Мухаммеда в гневе:

– Что ты сделал? Кинул дохлую курицу в двигатель самолета?

– Еще хуже. Я взял в магазине золота в дьюти-фри очень дорогую вещь. Нет, не украл, не подумай, но я был так уверен, что мне все достается бесплатно, а это лишь украшение, что взял его и подарил одному человеку. Она так зачарованно на него смотрела, что мне захотелось сделать ей подарок. Продавец магазина, естественно, побежал к отцу. Оказалось, это совсем не безделушка, украшение стоило целое состояние. Тогда я не понимал цену деньгам, у меня было все.

– Мухаммед ругался?

– Нет, он молча заплатил за это украшение, но надолго лишил меня всех развлечений. Сделал упор на обучение – я делал уроки под его пристальным вниманием. Иногда даже в его офисе. Больше он не пускал меня в аэропорт. Вот так я пострадал за то, что просто сделал приятное другому человеку.

Вирджиния притормозила:

– Что это было за украшение?

Саид пожал плечами:

– Крестик, кажется. Теперь я думаю, что там бриллиантов на тонну, если такая цена, – он задумался, – я даже почти ощутил себя в роли продавца…

Вирджиния зажмурилась, прекрасно помня этот случай. Ей было шесть. Мама отлучилась всего лишь за кофе. Магазины с золотом были любимыми у маленькой Джини. Да, крестик ей понравился сразу. Он красиво блестел. Наверно, так же блестели ее глаза, когда арабский мальчик снял его с витрины и протянул ей. Это так просто – сделать маленький подарок, чтобы принести счастье. Она смутно помнила того мальчика, он был гораздо старше. И он был дубайцем, ей казалось, что они могут все, даже кидать деньги в воздух и не поднимать их. Она приняла его подарок. Родители не знали всей ценности этой «безделушки». Она тоже не знала до сегодняшнего момента. Это был просто крестик от мусульманского мальчика.

– Этот? – Она вытащила его из выреза платья на груди. Он был небольшим, но теперь она четко видела на нем бриллианты.

Саид коснулся его пальцами, не веря глазам. Как могло случиться, что спустя столько лет он вновь видит его?

– Сколько раз мы могли пересекаться в этой жизни, Вирджиния?

Последние теплые лучи солнца ушли за горизонт, погружая остров в темноту.

Еще один пазл собрался.

Глава 11

Полночи Вирджиния не могла уснуть. Она теребила крестик у себя на груди и не могла поверить в то, что мир так тесен. Прошло столько времени – целая вечность, а она отчетливо помнила свою радость от полученного подарка. В тот день она просто стояла возле прилавка магазина и любовалась блеском золота. В детстве она восхищалась тем, как выглядят арабские женщины. И ей тоже хотелось нацепить на себя крупные браслеты, большие ожерелья, кольца. Это желание давно прошло, сейчас ей не нужны были украшения – достаточно обычного крестика. Но, как оказалось, он совсем не обычный, стоил целое состояние… и свободы Саиду.

Вечером кашель снова вернулся. Днем легче – доктор был прав: чистый воздух очищает легкие. Иман пару раз заходила к ней и давала лекарства, после которых Вирджинии становилось лучше. Нет, она еще не настолько здорова, чтобы управлять самолетом.

Утром Саид повез ее в Денпасар. Дорога оказалась ухабистой, но пейзажи компенсировали неудобство. Ехать рядом с ним было уже не напряженно, как раньше, а легко: он много улыбался, рассказывал интересные истории из летной жизни. Все детство она слушала такое из уст отца. И в очередной раз этот мужчина напомнил ей о доме.

Они остановились у въезда в город возле заправки. Как только появилась связь, Вирджиния позвонила маме, поговорила с бабушкой и с папой. Все было хорошо, Джина поправлялась, но родители еще оставались в Лондоне. Кристиан должен был приехать к ним. Хотелось прилететь тоже, но она все еще находилась в заточении. Скорее всего, они увидятся только дома в Дубае.

Она позвонила даже Арчеру. К ее удивлению, он взял трубку быстро и никаких женских голосов с придыханием рядом слышно не было. Зато слова Джека ее порядком разозлили:

– Как ты? Он обижает тебя?

– Кто? – не поняла сначала девушка и посмотрела на Саида. Он заправлял машину и что-то обсуждал с местным жителем. Скорее всего, обстановку в городе.

– Саид Шараф аль-Дин. Эти арабы только дома тщательно соблюдают свои законы, на деле, хочу сказать, вообще их не соблюдают. А что касается иноверных девушек, то заваливают на спину, не церемонясь, и забывают про религию. Им же тоже надо развлекаться. Зато к своим не подходят: вера не позволяет…

Он говорил и говорил, а Вирджиния в его словах не видела правды. Саид совсем не такой. Скорее Арчер описывал себя.

– Ты обвиняешь человека в том, чего он не совершал, – наконец вставила она, – это карается законом. Саид совсем другой, он…

Она сжала пальцы в кулаки, слов не было. Но они были у Арчера:

– О, да ты уже Коран прочитала? Или он читает его тебе перед сном? Возвращайся домой, Джини, как можно быстрее. Все кончится очень плохо. Ты привыкнешь к нему, ты слишком наивна и доверчива, а он поразвлекается и больше тебя не вспомнит.

Тяжело говорить с человеком, который во всех людях видит только плохое и проецирует свои недостатки на других. Вирджиния попрощалась с ним и тяжело вздохнула. Звонить еще Мэту? И объяснять что-то ему… Пожалуй, она сделает это в следующий раз.

– Все хорошо? – Саид подошел к девушке, вытирая руки от бензина о бумажную салфетку и кидая ее в мусорный бачок. Вирджиния проследила за ней – попал. Точность пилота.

– Да, все хорошо, я всем позвонила.

Он прищурился. Может, от солнца, а может, не поверил ей. Она по-прежнему была уверена в его способности читать ее мысли.

Вирджиния перевела взгляд на виднеющийся вдалеке город. Ей хотелось бы пройтись по улочкам и увидеть Денпасар. Но это очень опасно.