Одно небо на двоих - Ана Шерри

Вирджиния еще раз взглянула на море. Тихо. Хотелось лечь на берегу, раскинуть руки на песке, смотреть на небо и слушать шум волн. Но она подчинилась Саиду, ступая босыми ногами по мелким камням.

– Я хочу позвонить родителям, – она повернулась к нему, – отвези меня завтра в Денпасар.

– Хорошо, – кивнул он, – я как раз хотел позвонить отцу.

Вирджиния проследила за выражением его лица. Произнося эти слова, он хмурился.

– Как дела у компании, вернули пассажиров?

– Не знаю. – Он тут же улыбнулся. Он совсем не об этом думал.

– Ты предложил отцу альянс? – Девушка ненадолго остановилась. – Ведь это отличная идея.

– Не для него. Мой отец очень упрям…

– Как ты?

– Хуже.

Куда хуже, она даже не стала спрашивать, она плохо знала Мухаммеда, но немного знала его сына… Или нет! Теперь она понимала, что не знала и его. Саид – загадка. То он бесчувственный, то он слишком внимательный.

Вирджиния отвернулась и пошла дальше. Ей не хотелось грубить или перечить ему, напротив, хотелось узнать его лучше.

– Саид… – она не остановилась, но посмотрела на него, – почему ты стал пилотом?

Они шли вдоль берега, и легкий ветерок касался их своим дыханием. Он сто раз слышал этот вопрос от других пилотов, но никогда не отвечал на него честно. А этой девушке не захотел врать:

– Когда я был ребенком, отец часто брал меня с собой в офис. Я помню его кабинет до малейших деталей, помню Фрэнка с кипой бумаг. Взрослые разговоры меня мало интересовали, и я уходил в аэропорт. Вставал у панорамного окна и любовался самолетами, идущими на посадку, экипажами, возвращающимися домой или идущими на рейс. Я даже любил запах аэропорта. Один арабский пилот втайне от отца брал меня на перрон осматривать «Боинг». – Саид остановился и посмотрел в сторону моря. Он никому и никогда не говорил такого. – Мой отец пытался приобщить меня к своей работе и, сам того не зная, влюбил в другую.

Вирджиния тоже остановилась, немного удивленная его ответом. Она думала иначе про его выбор. Думала, что это очередное баловство богатого араба, который делает что хочет. Но на деле оказалось все гораздо серьезней.

– Твой отец недоволен твоим выбором? Но ведь это твоя жизнь, ты сам должен решать, как тебе жить…

– Это у вас так, – он перебил ее, – ты же знаешь наши правила и законы. Я обязан быть там, где мой отец, и принять его выбор. – Саид слегка улыбнулся ей и пошел дальше. – Как ты стала пилотом, я даже не буду спрашивать.

Вирджиния удивленно подняла брови. Догнала его и повернулась к нему лицом. Он не остановился, но слегка сбавил шаг. Ей приходилось идти пятясь, но пока удавалось неплохо.

– Я тебе расскажу. Я всю жизнь провела в аэропорту: встречала папу, провожала его. Дома я слышала много интересных историй об увиденном в небе… – Она сложила ладони на груди. – Ты знаешь, каково это – родиться в семье, где все кругом соткано из неба?

Саид остановился:

– В моей семье все гораздо приземленней: отчеты и собрания. Чтобы давать работу семьям, у которых все «соткано из неба».

Вирджиния тоже остановилась, недовольно взглянув на него:

– Понятно, почему ты такой…

Она хотела сказать «бездушный», но вспомнила слова Иман: «Он принес тебя на руках». Значит, переживал. И он попросил забрать сына Милены к себе домой. Отправил экипаж в Дубай, а сам остался здесь. Саид не бездушный – он только прячется за этой маской. Случайная болезнь заставила ее снять, но сейчас он снова ее надел.

– Какой? – спросил он. – Бездушный?

Вирджиния смотрела на него и не знала, что ответить. Подбирала слова.

– Закрытый.

Саид усмехнулся и шагнул ей навстречу. От резкого движения Вирджиния оступилась, но его рука не дала ей упасть на мокрые камни. Девушка выпрямилась, но он быстро убрал руку: поддержка исчезла так же внезапно, как и появилась.

Она отряхнула с платья грязь, но ведь она даже не упала! Это было единственное движение, за которым она могла скрыть смущение.

– Шукран, – тихо прошептала она.

– В последнее время я часто слышу это слово от тебя. – Саид стоял напротив, смотря ей прямо в глаза. Захотелось отвести взгляд в сторону.

– Я благодарна тебе за все, что ты для меня сделал. Я не останусь перед тобой в долгу.

– Я не прошу тебя выплачивать долги, Вирджиния.

Она облегченно выдохнула, отвернулась и пошла дальше.

– Да и цена всему этому была бы слишком высока.

Девушка остановилась, боясь повернуться. Что он имеет в виду? На что намекает? Может, он, как все мужчины планеты, желает только одной оплаты?..

Саид обошел ее так, чтобы она опять видела его. Он улыбался. Догадался, что ей не по себе. Ему идет улыбка, зато ей сейчас не до нее.

– Ты испугалась? Я не имел в виду ничего такого, что тебя может напугать. Я живу по законам ислама и женщин уважаю. Даже иноверных. Ты можешь быть спокойна, находясь рядом со мной. Тем более ты дочь Даниэля Фернандеса, а я уважаю его, как отца.

Можно было облегченно выдохнуть, расслабиться и даже улыбнуться. Но она продолжала стоять в напряжении, не понимая своей реакции. Можно подумать, она не счастлива слышать его слова. Неужели ожидала другого?

– Я не боюсь тебя, – наконец произнесла она и снова пошла вдоль пляжа.

Темнело. Последний яркий луч ушел за горизонт, но еще долго его отголоски освещали западную сторону острова. Как раз хватит, чтобы дойти до дома.

Саид шел рядом, уже боясь что-то сказать. Он бы ничего и не говорил, разве можно столько разговаривать с женщиной? Но с этой женщиной не хотелось молчать.

– Однажды я совершил самый безумный поступок в своей жизни.

Вирджиния посмотрела на него, ожидая продолжения. Немного историй от Саида, и она, возможно, соберет пазл его души.

– Даже не представляю, что ты мог сотворить такого. Спрыгнул с