Извини, парень - Ксения Васильева

Кика, как всегда, подумала: Хороша стерва-старуха!

У дверей её ждал радостный Леха-Адриан. Кстати, он даже любимой Кике не сознался, что он - Леха. Во-первых, он предал бы доверие Вальдемара Петровича, а во-вторых, разве мог он сказаться ей затрапезным Лехой?. Кика, быстро чмокнув Леху, направилась к Стасу, и они довольно долго о чем-то разговаривали. Лехе показалось, что его любимая даже будто что-то торебует от этого Стаса. Но он не ревновал.

А не очень внимательный к людям вообще В.Н. считал Кику взбалмошной, избалованной дамочкой, не более того.

Он так и не знал, сколько ей лет.

Никто не знал.

Догадывались только Лина и Ирина Андреевна.

* * *

Стас надел темную майку, темные джинсы, на голову натянул черную каскетку, глаза прикрыл большими, сильно притемненными зеркальными очками.

Подумал, запихнул за пояс перчатки, в карман засунул кастет.

Кроссовки не слышны на любом покрытии.

И Стас отбыл к дому "старушки" Лины.

Лина нервничала всю дорогу до дома, потому что сразу заметила (как не заметить! Ехал впритирку!) серенький "москвич" за собой,

Остановилась у дома.

Остановился и он, она даже увидела того, кто сидел за рулем: мужчина в кожаной куртке, с бородкой и, кажется очки.

Внутренне вся тряслась, поднимаясь в лифте на третий этаж, по лестнице почему-то показалось страшно, еле открыла дверь, а закрывала, уже не помня себя и, конечно, забыла набросить стародавнего стража - цепочку.

Посмотрела на часы: сейчас Стас должен выехать (а Стас застрял на Садовом - в пробке).

Почему она сдуру назначила ему приехать позже? Но это казалось логичным: вдруг бы этот с бородкой заметил что-то и скрылся?

А она уже хотела, чтобы скорее все прекратилось - так ли, этак...

Теперь уже ей хотелось, чтобы "предмет", который вздувал карман джинсов Стаса, оказался пистолетом.

Чтобы как-то отвлечь себя от состояния страха и тревоги, Лина включила телевизор, включила чайник, переоделась в домашний наряд: легкие брюки-шальвары и нежную кружевную полупрозрачную кофточку.

Села к зеркалу, решив подправить макияж, и за телеком она не слышала, как отворилась тихо дверь, и кто-то вошел в квартиру...

Она увидела человека в зеркале, за собой: на голове низко надвинутая кепка, очки, низ лица прикрыт шарфом, в черной куртке...

В голове пронеслось мгновенно: Стас! Но почему в таком виде?

Она даже успела спросить: Стас?!

Но во второе мгновение поняла, что это вовсе не Стас, а ТОТ!

Хотела крикнуть, но рот ей зажала рука, и она отключилась.

Она очень скоро пришла в себя от пощечины.

Вздрогнула, открыла глаза, - сидела она по-прежнему в кресле перед туалетным столиком, только кресло было развернуто к комнате, а перед ней на стуле сидел "тот" и поигрывал пистолетом в руке.

Он, наверное, посмеивался над ней.

Лина дрожащим голосом, но чтобы хоть как-то показать, что она его если и боится, то не так уж сильно, спросила. - Кто вы? Что вам от меня нужно?

Человек теперь уже явно усмехнулся. - Все узнаешь... Со временем. Любовника ждешь? Когда он явится? - Он мне не любовник! - возмутилась Лина, как будто важно было, что станет думать это чучело о её отношениях со Стасом! - Неважно, кто он тебе, хоть дедушка, - уже с угрозой сказал человек, - когда он придет? И советую не брехать. Я не дурак, запомни, и мне на твою жизнь и на жизнь твоего Стаса плевать.

Он помахал перед её лицом пистолетом, задев за нос: нарочно, для устрашения.

Лина почувствовала, как сразу засаднил и вспух нос, и заплакала - от обиды, бессильной злости и проникшего в неё ужаса внезапного прозрения: он убьет её и Стаса, который не знает и не сможет узнать, что этот человек у неё в доме!

Он не запугивал, говорил совершенно спокойно, как если бы советовал, к примеру, варить суп с курицей, а не с грибами...

Как она сможет дать знать Стасу?.. Ведь он с минуты на минуту приедет!

Но человек обозлился и, уперев пистолет ей в щеку, сказал. - Слушай внимательно. Когда он позвонит, ты подойдешь к двери и скажешь, что принять его не можешь, у тебя... месячных, конечно, уже нет, - нагло хмыкнул он, разыгралась, мол, мигрень, а я, ты видела, уехаал. Поняла? Если он не исчезнет, ему же будет хуже. А мы с тобой поговорим, и от нашего разговора будет зависеть и твоя жизнь, и этого сопляка. Ясно говорю?

Дай-ка я ручонки тебе обмотаю, на всякий случай, - он вытащил из кармана тонкий плотный шнур и больно перевязал ей руки у кистей. Она чуть не заплакала - такая боль пронзила. - Ну, вот теперь славно, - сказал человек и снова уселся перед ней, но тут раздался звонок в дверь, довольно нервный, сбивчивый - длинный и короткий.

Стас!!! - Так, - сказал этот тип, - давай, держи экзамен.

Он больно ткнул её дулом в бок и прошипел тихо. - Без фокусов. Дверь простреливается только так, запомнила?

Лина механически встала, подталкиваемая больше не им, а собственными ужасом и болью.

Механически прошла к двери.

Человек отбросил цепочку, которая оказалась накинутой, а сам стал к стене вплотную. В бок ей упирался пистолет, подумала секундно, что вид у неё жуткий, и Стас, может, сам догадается о ситуации... и тогда...

В дверях стоял Стас и уже намеревался войти, начав объяснять что-то про аварию, но она его перебила и вдруг сказала вовсе не про мигрень, что было глупо, а сказала следующее, - ровным, спокойным тоном (откуда он взялся? Наверное из безумного страха за жизнь, больше Стаса, чем свою). Стас, ВСЕ В ПОРЯДКЕ, простите, что вас побеспокоила. Это мой старый друг (пистолет въехал ей между ребер), - она даже улыбнулась, - и его обычные шуточки, но я их забыла за много лет... Я вам позвоню.

И улыбнулась, но теперь извиняюще. Дверь захлопнулась.

Все же она актриса!

Она увидела, каким ошеломленным стало у Стаса лицо... Поймет?

И что сделает?..

Все, что она смогла, ЧТОБЫ ОБЕЗОПАСИТЬ СЕБЯ И СТАСА, она совершила, а теперь надо ждать, что произойдет, от неё уже ничего не зависит.

Человек отпихнул её от двери и повел под прицелом в комнату, прежде опять набросив старинную, очень прочную цепочку на дверь.

Ткнул её в кресло, и она упала в него неудобно, боком, а сам уселся на стул, и она услышала, как тяжело он дышит. ... А-а, - злорадно подумала она, - испугался сам, подонок. - Сиди и слушай, - сказал человек хрипло, эта история интересная. Думаю, твой красавец сегодня не явится. Это ты хорошо придумала - старый друг! То есть - давний любовник! - Он захохотал, - это ты молодец! Ты ещё не забыла своего покойного муженька? Александра Сергеевича, а? Так вот, милая Лина, твой покойный муж был ворюгой высшего класса, хотя о покойниках или хорошо или ничего, но это не тот случай. Помнишь, историю с Витькой Башкировым? Лина вздрогнула: так вот откуда дует ветер! Эта история с пропавшими деньгами после путча в 91-ом! О которых по секрету рассказал ей муж! Но ведь он ни словом не обмолвился, что сам в ней замешан, только Башкиров!

Она похолодела от ужаса. - Так вот, Витьку мы с кровью и потом достали, потому что преступление как бы ложилось на нас: то ли мы не уберегли, то ли украли.

Он сознался и сказал, где спрятал деньги. И как-то очень тихо загнулся - сердечный приступ... От страха, конечно. Он так замандражил, когда нас увидел. Витька раскололся насчет твоего Сашки, - что вторая половина денег у него. Неужели ты думаешь, что тебя я не расколю?!

И давно бы прихватили тебя, да судили нас, сотоварищ мой умер, не выдержал, а меня вот выпустили и я сразу к вам, но твой ушел от возмездия, а ты осталась и отвечать тебе теперь сполна!

Лина слушала его уже как бы потусторонне: все, что говорил этот человек, казалось диким и невозможным, но вместе с тем, многое вдруг стало приходить ей на память.

- Ну, давай, раскошеливайся, Полина Петровна, - сказал ей этот человек довольно мирно.

Он развалился на стуле, пистолет лежал на колене. - Не унес же капусту твой любящий муж с собой на тот свет. - Он опять захохотал, и Лина вдруг услышала какие-то знакомые нотки в голосе.

Она напрягла память и все прояснилось!

Это же Вася Доброхотов! Как она сразу не узнала! Она вспомнила, что Саша говорил ей, что Ваську поймали на махинациях.

А с этим Васей она виделась пару раз на приемах, и как-то сталкивались они в гостях у того же Виктора Башкирова! Боже мой! Сказать? ... Дура, дура, да он сразу же убьет тебя, он же обозлен!.. А может, он и забрал те деньги, и теперь хочет её ещё обобрать, узнав, что она в Дирекции клуба, он все пронюхал!

Но интуиция подсказывала ей, что Доброхотов говорит правду.

Тогда она не задумывалась над тем, что сказал ей муж перед смертью. Он умирал от тяжелейшей астмы, задыхался, мог только шептать с хрипом. Он сказал ей, что деньги на книжке, на предъявителя, она молча кивала, еле сдерживая слезы, - так ей было жаль его, так она его любила и теряла, и ничего не могла сделать! А под самый конец прошептал странную фразу: - Но это не все. Ты ни от кого не зависишь. Они там, сними...