Зеленый - Владимир Алексеевич Абрамов

спокойно мог находиться в новом отростке точно так же, как и в основном стволе. Единственная разница заключалась в непривычных ощущениях. Раньше он будто носил удобную привычную одежду, а сейчас словно натянул новенький костюмчик на несколько размеров меньше. Каналы для жизненной энергии слабее, древесина ствола ею ещё не пропиталась. В основном стволе складывалось впечатление, будто там каждый квадратный миллиметр пропитался густой жизненной энергией. Но были тут и плюсы. Из-за использования на себе магии во время роста, в новом стволе он чувствовал большее количество маны. Случился перекос концентрации энергий. В основном стволе у него условно было три процента маны, а всё основное жизненная сила. А сейчас стало десять процентов маны на девяносто жизни.

Он перенаправил потоки энергии и питательных веществ от основного ствола к молодому отростку.

Под землёй прямо под своим стволом он принялся выращивать биокамеру для «производства» аватаров. Он сразу заложил её размер с запасом, чтобы можно было вырастить рослое взрослое тело. Поскольку по итогу аватар оттуда планируется выпустить на поверхность, то был запланирован тоннель из-под корневой системы, который начнёт выращиваться перед самым окончанием созревания клона. К камере полагается большой резервуар для веществ, которые необходимы в процессе выращивания клонов. К ней необходимо прирастить мощные магистральные корни с многократным дублированием. К этим корням следовало направить ресурсы от всех захваченных растений, а для этого необходимо перепривязать их от основного ствола к молодому. Ведь пока с основой соединяет лишь пучок тонких магистральных корней, а вся подконтрольная флора на территории вокруг оранжереи сходится на нём.

В общем, дел у Игоря по горло. Многое требовало его непосредственного контроля. Даже на тренировку магии не оставалось времени. А тут ещё профессор Мурр повадился наведываться к нему восемь из десяти дней подряд, видимо, в будние дни. Этот кошкодед постоянно отвлекал его сотнями вопросов. Игорь строил из себя деревенского дурачка, врал от души и старался не запутаться в своём вранье, при этом все беседы сводил к пространным философским рассуждениям, но Мурра это не останавливало. И если тот особо сильно расходился, то Игорь нагло заявлял, что ослаб из-за нехватки сил, жаловался на недостаток территории, после чего переставал отвечать.

Реорганизацию корневой системы Игорь проводил с помощью уже опробованного и хорошо себя зарекомендовавшего заклинания Энгоргио. Только теперь он уже, наученный горьким опытом, пользовался чарами дозировано, оттого больше таких накладок не случалось.

Благодаря возросшей доле маны в энергетике, ему проще стало даваться чародейство. Чем чаще он применял заклинание, тем легче оно кастовалось и тем лучше он мог дозировать рост корней.

Без магии он потратил бы на реорганизацию не меньше пары месяцев. С нею он справился за неделю. Мог бы и скорее, поскольку корни под действием чар росли в десять раз быстрее. Но то фундаменты зданий мешают, то канализационные коллекторы, то всякие несознательные сполоты отвлекают беседами.

Установку клонирования он аналогично создал в разы быстрее. Вместо запланированного полугода ушло три недели. Ничто не мешало, за исключением профессора Мурра. Без него он бы справился на пару дней раньше.

К этому же сроку были подготовлены исследовательские лианы. Поскольку ему требовались самые свежие захоронения, то пришлось проращивать их на дальнюю границу кладбища.

Вообще, система организации кладбища показалась Игорю странной. В центре самые старые захоронения, о чём легко судить по самым большим деревьям. По ним же можно понять, что дальше оно разрасталось в разные стороны. Потом со стороны города оно перестало расширяться и начало расти вдаль от города с другого конца. Можно предположить, что раньше город не был таким большим и не планировалось настолько расширяться. Даже не город это был, а небольшой посёлок. Судя по скорости роста местных деревьев, это было лет двести назад. А лет семьдесят назад город начал быстро расширяться, получив большой приток населения.

Нужное количество материала для исследований удалось получить в течение пары дней. И это не дюжина образцов, а больше сотни. Поэтому он не испытывал никаких ограничений и тратил ресурсы без сожаления. Это серьёзно ускорило расшифровку генома сполотов. Когда же он закончил с расшифровкой, то выбрал в качестве образца пару последних экземпляров, и приступил к выращиванию аватара.

Двух сполотов он выбрал не по велению левой пятки. Дерево в принципе лишено счастья обладания пятками. Игорь предположил, что раз у сполотов настолько высокоразвитое общество, то они могут быть знакомы с генетикой.

К сожалению, детские образовательные курсы и мультфильмы, которые ему отчего-то урезали, на этот вопрос не давали ответа. Он подозревал, что профессор Мурр обиделся на него за то, что он быстро завершает беседы и ничего конкретного не говорит, поэтому сократил образовательную программу до часа в сутки и показ мультфильмов до получаса, а порнуху и вовсе вычеркнул из списка. А зря. Кошкодевочки там такое вытворяют… Кошкодед аргументировал своё решение просто и незатейливо, мол, раз ты так устаёшь от бесед, то нужно дать тебе время на отдых. Будешь меньше страдать хе… То есть меньше учиться.

Так вот, с генетикой сполоты наверняка на ты. Регистрация жителей тоже должна существовать. Не исключено, что образцы ДНК где-то хранятся, как отпечатки пальцев, и по ним определяют личность. Стоит ему появиться в теле аватара, как он сразу засветится в местной системе власти. Если его гены расшифруют, то сразу поймут, что они принадлежат покойнику. Это мгновенно вызовет подозрения и породит множество вопросов: кто ты такой; откуда; чей шпион; а не клон ли ты часом? И если ответов они не получат, то привлекут менталистов, которых у них много. Если те всерьёз за него возьмутся, то вывернут сознание наизнанку — никакая окклюменция не поможет. А там они и на дерево выйдут, и плакала вся конспирация. На этом его жизнь окончательно оборвётся.

Два набора ДНК — другое дело. Это уже может означать, что он ребёнок тех сполотов, которых выбрал в качестве образцов. К выбору он подошёл скрупулёзно. Первые попавшиеся особи не устраивали по вышеуказанным причинам. Странно будет, если появится сын двух мужчин или двух женщин, или если при жизни мужчину и женщину ничто не связывало. Поэтому он выбрал семейную пару. По крайней мере, на такие выводы наводило то, что их похоронили в одном месте и посадили пару саженцев. Их тела были сильно изуродованы, что намекало о катастрофе или аварии, плюс у них разные гены, следовательно, они не брат с сестрой и не отец с дочерью.

Такие парные деревья изредка встречались то тут, то там. По всей видимости, когда одновременно