Маневры. Дилогия (СИ) - "АЗК"

Тем временем вышел на связь капитан Шляпкин и сообщил, что он засек места приземления летчиков, которые выпрыгнули с парашютами. За ними направились БТРы бывшие в охранении "Шилок". Уже через пятнадцать минут, БТРы доставили к штабу всех трех летчиков. Приняв доклады от всех экипажей о том, что потерь убитыми и ранеными нет, вся техника исправна, я доложил подполковнику Нечволодову о результатах боя. Уже после того как вся техника вернулась на исходные, я взглянул на часы и с удивлением осознал что, весь бой занял не более двадцати минут. Честно говоря, мне показалось что прошел целый день. Этот день, который историки впоследствии назовут самым длинным днем, был еще впереди, а мои электронные "Сейко" которые я купил за чеки "Внешпосылторга" показывали шесть двадцать утра двадцать второго июня 1981 года, понедельник.

Интерлюдия

Штаб второй группы

55 эскадры люфтваффе

г. Клеменшов, Польша

Командир второй группы пятьдесят пятой бомбардировочной эскадры Хе-111 был мрачнее тучи. Три четверти самолетов с отборными экипажами не вернулось с задания в первый же день этой компании. А многие из тех, что вернулись, были изрядно потрепаны русскими.

Доктор Эрнст Кюль и так уже давно засиделся в майорах. Сразу после Нового Года он специально написал рапорт об отправке в Польшу. Там размещались эскадры Люфтваффе для нападения на СССР. Для любого офицера война — это, прежде всего, способ отличиться и сделать карьеру, а для хорошего… По крайне мере он был в этом убежден как никто другой. Несколько блестящих побед и вот уже долгожданное звание оберст-лейтенанта само упадет к нему в руки. Точнее, к нему на погоны. Именно так утверждал совсем недавно его непосредственный начальник — оберст-лейтенант Бенно Кош. Но видимо, капризной фортуне было угодно распорядится его судьбой по-другому. Иначе как можно объяснить такие чудовищные потери в первые часы войны?

"А вот и заслуженное возмездие в лице оберст-лейтенанта" — с горечью подумал майор, видя приближающуюся фигуру своего командира.

— Проклятье, Эрнст, что у вас случилось? Я ни черта не понял! Связь ни куда не годится! Отвратно работал даже аварийный канал!

— Господин оберст, — начал Кюль в официальном ключе — Моя группа попала в хорошо подготовленную зенитную засаду русских! А потом на нас свалились эти русские "крысы". Наши истребители появились слишком поздно. Хотя, благодаря им, кое-кто все-таки смог унести ноги. Иначе было бы еще хуже.

— Каковы потери?

— Пятьдесят шесть самолетов безвозвратно потеряно, двенадцать очень сильно повреждены, доблестные пилоты люфтваффе только чудом сумели на них совершить посадку. Еще четыре имеют незначительные повреждения. Это без учета потерь в первом вылете!

— То есть, майор, Ваша группа фактически утратила боеспособность?

— К сожалению, да, господин оберст-лейтенант! И даже переброска из Франции всей резервной группы, не решит проблемы.

— Чем Вы можете объяснить эту ситуацию?

— По данным разведки в этом квадрате, — он указал на карту — Вообще, не должно было быть русских частей. Но плотность зенитного огня была такова, что я думаю, там находилось не менее зенитного полка иванов. А скорее всего даже и более. Плюс ко всему мы были атакованы русскими истребителями. Удалось сбить не менее двенадцати самолетов противника. Ни обойти, ни уничтожить систему противовоздушной обороны к сожалению не удалось. Мы определили только место расположения основных батарей. Они находятся примерно вот тут.

Неожиданно сильное сопротивление русских, конечно же, не испугало Коша, но заставило сильно задуматься. Еще с тройку таких засад, и от вверенного ему гешвадера останутся одни воспоминания. Так что меры надо принимать. Причем принимать незамедлительно.

— Надо немедленно направить туда разведчика!

— Яволь, господин оберст! Считаю, что нужно также ориентировать на этот квадрат авиаотряды ближней разведки вермахта, которые действуют в том районе, господин оберст-лейтенант! Думаю, совсем не зря русские так усиленно прикрывают этот район.

— Вы думаете, майор, что у большевиков в этом районе может находится что-то важное? И именно поэтому они сосредоточили там такое количество зенитной артиллерии? А по поводу привлечения вермахта, давайте не будем торопиться Эрнст!

Кош совсем не спроста задавал такие вопросы. Ведь за серьезные потери и с него тоже серьезно спросят. Но одно дело, если эскадра погибла просто так, и совсем другое, если была выявлена ранее не обнаруженная серьезная группировка или объект противника. Тут уж, всю вину можно было свалить на разведку.

Кюль сразу понял, куда клонит его непосредственный начальник:

— Да, господин оберст, очень вероятно, что русские сконцентрировали в этом квадрате серьезные силы, которые готовы отражать наступление наших сухопутных войск. И если разведка не смогла засечь передислокацию красных, то нашей вины в этом нет. Мы сделали все, что могли.

— Я тоже так считаю, Эрнст. Вы пока пишите рапорт, а я свяжусь с генералом. Надо, чтобы эту новость о сосредоточении значительных сил большевиков в этом квадрате он узнал именно от нас. И мысленно добавил: "Если вермахт умудрится вляпаться в этом квадрате, то на фоне этого может быть удастся сгладить ситуацию с разгромом целой группы бомбардировочной эскадры".

22 июня 5-10 МСК

Расположение дивизиона

Приняв доклад от гвардии капитана Ледогорова об итогах боя с немецкими самолетами, наконец-то смог позволить себе вылезти из бронированного нутра своей КШМки. Невольно расправил плечи и с огромным удовольствием потянулся. В спине при этом, что-то хрустнуло, видно какой-то позвонок стал на место. Над лесом уже начинало вставать солнце, одуряюще пахло смолой и лесным мхом. Встававшее солнце, настырно пробиваясь через покачивающиеся ветки деревьев, играло на земле теплыми желтыми пятнами. Среди прошлогодней хвои зеленели кустики земляники, с еще не до конца созревшими, чуть красноватыми капельками ягод. Это была такая красота, что я на какой-то миг даже забыл о том куда нас всех занесло.

Фрагмент 15

Стоило только обернуться на шорох чьих то шагов, как картинка резко поменялась. Из-за того, что ветра практически не было черные дымы от сбитых самолетов столбами уходили в нежно голубое небо, и это сочетание цветов было кое-то неправильное, резало глаз, моментально возвращая в действительность.

Не откладывая в долгий ящик, вместе с Едрихиным и ЧервонИем мы накидали основные задачи посылаемых разведгрупп:

— Во время поиска, всем соблюдать особую осторожность, в боестолкновение с противником не ввязываться. Напомните всем командирам групп — что они разведка, а не диверсанты. Должны прийти на мягких лапах, все узнать и тихо без шухера уйти! Нам нужно в первую очередь определиться, где мы находимся, подтвердить какое сейчас время, и конечно максимально полно выяснить что происходит вокруг. На шоссе не соваться, стараться больше двигаться лесом. Если увидят что то непонятное, спешиваться в цепь, БТР сзади прикрывает. Всем группам с собой взять радиста со переносной рацией! Понятно?

— Да. — Майор был краток

— Конечно товарищ подполковник! Две. — ответил ЧервонИй.

— Что две?

— Раций сто восьмых две штуки, пару усилителей УМ-2 и по два комплекта аккумуляторов.

— Слушай, ты как в экспедицию собрался отправить!

— Все это за плечами не носить! Броник повезет!

— Что еще БТР повезет?

— Патронов взять побольше, на три дня, воды в термоса, ведь действовать будут сами, если что случиться, помощь может и не успеть. Так что надейся только на себя и своих бойцов! А запас карман не тянет! Распределить каждому сектор наблюдения и сигналы оповещения, чтоб в случае чего не орали дурным голосом.