Уздечка для сварливых - Майнет Уолтерс

– Тогда договаривайся сам. Я не пользуюсь большой любовью Джоанны, так что сомневаюсь, что она обрадуется, услышав мой голос.

– Я уже пытался. Со мной она тоже не пожелала разговаривать.

Сара чуть не спросила почему, но передумала: ответ будет лишь дразнящей отговоркой. Еще больше ее озадачивала скорость, с какой события приняли столь неожиданный поворот. Только этим утром она собиралась встретить еще один выходной в одиночестве, а сейчас...

– Должен же ей кто-то сказать, – с раздражением в голосе бросила Сара. И посмотрела на сержанта: 7 – Давайте вы. Я буду рада, если Рут останется, но лишь при условии, что ее мать знает, где она.

Купер выглядел совсем жалко.

– Может, лучше подключить социальные службы, – предложил он. – Так сказать, попросим посодействовать третью сторону.

Сара сузила глаза.

– В общем-то я очень сговорчивая женщина, однако терпеть не могу, когда моим добродушием пользуются. Нет такой вещи, как бесплатный обед, сержант, и я хотела бы напомнить, что вы только что выпили бутылку очень дорогого вина, которое, по самой скромной оценке и с учетом инфляции, стоит больше семи фунтов за бокал. Другими словами, вы мой должник и, надеюсь, не станете перекладывать свою ответственность и ответственность за будущее этого ребенка на перегруженного работой и плохо оплачиваемого социального работника, чьим единственным решением будет поместить Рут в общежитие, набитое неуравновешенными подростками.

Купер был на грани отчаяния.

– Кроме того, недооценив старомодную этику, все еще существующую в школах для девушек, вы стали причиной того, что Рут исключили на пороге одного из самых важных экзаменов в ее жизни. В нашем мире, где использование женской матки до сих пор является единственным надежным методом, известным мужчинам для собственного воспроизводства, самое малое, что они могут дать взамен, так это позволить женщинам роскошь образования, чтобы сделать пожизненную задачу воспитания детей выносимой. Сидеть и смотреть на пустую стену – это одно; иметь внутренние ресурсы, знания и способности, чтобы обратить эту стену в источник вечного побуждения к действию, – совсем другое. И не забывайте о том положительном влиянии, которое оказывает на последующее поколение образованная и умная женщина. Рут хочет поступить в университет. Следовательно, ей нужно сдать выпускные экзамены в школе. Необходимо, чтобы Джоанна как можно скорее подыскала ей другую школу. А значит, кому-то, – Сара показала на сержанта пальцем, – то есть именно вам, надлежит объяснить ей, что Рут здесь, и что находится она здесь по уважительной причине, и что Джоанна должна прийти и обсудить все с дочерью до того, как она упустит шансы получить образование. – Сара повернулась к Рут: – И только попробуй сказать, что ты поставила крест на своем будущем, – я устрою тебе такую трепку!..

Установилась долгая тишина. Наконец Джек пошевелился.

– Теперь вы видите, каковы могут быть условия Сары. Она просто не допускает возможности человеческого несовершенства. Поспешу вас успокоить, существуют еще страницы примечаний и мелкого шрифта, оговаривающие все те ужасные недостатки, от которых страдают большинство из нас, – то есть неадекватность, отсутствие уверенности в своих силах, косоглазие и сидение на заборе – все это теневые области, к которым она относится с непреклонным терпением. Хотя, поверьте мне, вы очень рискуете, принимая ее условия. Они подрывают те остатки самоуважения, которые у вас сохранились. – Джек широко улыбнулся Куперу. – Сочувствую, старина, но Сара, как всегда, права. Кто-то должен поговорить с Джоанной, а вы, похоже, задолжали больше всего. В конце концов, именно из-за вас исключили Рут, и именно вы выпили вино стоимостью семь фунтов за бокал. Купер покачал головой:

– Искренне надеюсь, что мисс Лассель сможет вытерпеть вас обоих. Я бы точно не смог. Через день бы уже лез на стенку.

Слово «обоих» не ускользнуло от внимания Сары.

– Как так вышло, сержант, что вы знаете о моих семейных отношениях больше, чем я сама?

Он дружелюбно засмеялся и встал со стула.

– Потому что я никогда не говорю «никогда», доктор. – Детектив подмигнул ей. – Кто-то однажды сказал мне, что жизнь – это мошенница. Она крадется за тобой и нападает в самый неожиданный момент.

Сара почувствовала, как Рут начала дрожать, едва открыла дверь свободной комнаты и зажгла там свет.

– Что случилось? – спросила Сара у девушки.

– Первый этаж, – выпалила она. – Если Дэйв придет, он сможет сюда забраться.

– Боюсь, виноват Джеффри Фрилинг, бывший владелец. Это он перевернул дом с ног на голову, чтобы из комнат для гостей открывался наилучший вид. Мы постепенно возвращаем все на свои места, однако на это требуется время. – Она открыла смежную дверь. – Тут есть своя ванная комната. – Сара вновь посмотрела на Рут и увидела ее измученное лицо. – Ты боишься? Хочешь, будешь спать в моей комнате наверху?

Рут залилась слезами.

– Мне так жаль. Я не знаю, что делать. Дэйв убьет меня. В школе я была в безопасности. Там бы он меня не достал.

Сара обняла ее за тонкие плечи и крепко их сжала.

– Иди наверх, – сказала она нежно. – Со мной ты будешь в безопасности. Джек может поспать и здесь.

«Что послужит ему хорошим уроком, – подумала Сара. – Неужто хоть раз закон подлости оказался на нашей стороне!..» Она поразмышляла над нравственным аспектом медицинской кастрации, но остановилась на компромиссе: холодная постель и вымаливание прощения на коленях. Компромисс получился небеспристрастный. Она была так рада, что Джек вернулся, что чуть ли не ходила колесом от счастья.

На прошлой неделе Джоанна переехала в лондонскую квартиру, и впервые после ее неудачной попытки замужества я осталась предоставлена сама себе в «Кедровом доме». В какой-то степени это победа, однако меня не покидает чувство опустошенности. Боюсь, игра не стоила свеч. Мне одиноко.

Неужели каким-то непостижимым образом мы с Джоанной необходимы друг другу? Нельзя отрицать понимания, которое существует между нами. Мы, конечно, не ладим, но какое это имеет значение в свете того, что мы не ладим ни с кем другим. Было что-то успокаивающее в постоянном повторении истершихся оскорблений, сопровождавших нас всю жизнь и уже потерявших часть смысла. Я скучаю по этим мелочам. Как она отчитывала Спеда за сад, если бедолага пропускал сорняк. Ее язвительные замечания по поводу моей стряпни. И странно, хотя раньше меня это жутко раздражало, теперь я скучаю по ее долгому, долгому молчанию. Быть может, общение как таковое больше связано не столько с разговорами, сколько с ощущением присутствия другого живого человека. И не важно, до какой степени эгоцентрично это присутствие.

Ужасно боюсь, что, отправив ее заботиться о себе самой, я тем самым обделила нас обеих. По крайней мере пока мы были вместе, мы сдерживали крайности друг друга. А теперь? Воистину дорога в ад вымощена благими намерениями...

ГЛАВА 11

Только к полудню следующего дня, в субботу, Купер решил, что собрал достаточно информации о Дэйве Хьюзе, чтобы не ехать к нему с пустыми руками. Детектив не питал надежд по поводу обвинения Хьюза в воровстве, однако в том, что касалось расследования обстоятельств смерти Матильды Гиллеспи был повод для оптимизма. Упомянутый в рассказе Рут белый «форд-транзит» пробудил кое-что в памяти сержанта, и внимательное изучение показаний, взятых в Фонтвилле в первые дни после того, как было найдено тело, принес свои плоды. Когда хозяина «Трех голубей» мистера Генри Пила спросили, не видел ли он чего-нибудь необычного в субботу, он ответил следующее: «Не могу утверждать, что это как-то связано с миссис Гиллеспи, но на моем дворе и днем, и вечером стоял белый «форд-транзит». В нем вроде бы сидел молодой парень. Сначала он постоял минут десять, потом отъехал к церкви и посадил кого-то. Вечером я его снова увидел. Я еще показал на него жене и сказал, что какой-то негодяй пользуется нашей стоянкой, а в паб не заходит. Номера машины я не запомнил».

Внизу была рукописная приписка констебля: «Миссис Пил не согласилась с показаниями мужа. Она утверждает, что муж перепутал субботу с другим днем, когда белые автофургоны появлялись дважды, хотя, по ее словам, это были разные фургоны. «Трое из наших постоянных клиентов приезжают на белых фургонах», – добавила она».

Купер обсудил этот вопрос со старшим инспектором.

– Мне нужно потолковать с Хьюзом, Чарли. Ты дашь мне ребят или нет? По словам девушки, он живет в заброшенном доме и явно будет там не один, а мне не очень хочется допрашивать его в присутствии банды скваттеров[25]. Если меня вообще туда пустят. Неплохо они устроились, – пробормотал он. – Захватили чужую собственность и живут себе припеваючи. Единственная возможность для бедолаги-хозяина вернуть свой дом – это заплатить бешеные деньги за приказ о выселении, но к тому времени они уже превратят дом в помойку.