Меченый смертью. Том 5 - Валерий Юрич

знаю, что вы со мной сделали, князь, — ответил генерал-губернатор, поднимаясь с кровати, — но я чувствую себя великолепно.

«Еще бы ты не чувствовал себя великолепно, старый осел!» — подумал я про себя. — «Я же только что влил в тебя кучу своей жизненной силы. Хорошо, я заранее подготовился к этому варианту развития событий, жалкая ты инфузория!»

Мне совсем не хотелось, чтобы князь Зубов так быстро расстался с жизнью, да еще и у меня в особняке. Он еще должен пожить и помучаться.

— Рад это слышать, князь, — с громким вздохом облегчения ответил я. — Пойдемте же скорее отсюда. Нам нужно срочно убраться из этой дьявольской комнаты. В гостиной нас ждет вино, а потом, если вы будете хорошо себя чувствовать, можно садиться за стол. Елизавета Михайловна будет с минуты на минуту.

Мы вышли в коридор и направились в сторону площадки третьего этажа. Генерал-губернатор выглядел действительно довольно бодро. Но при этом был весьма задумчив и молчалив.

— Как вам кажется, князь, что имела в виду эта спятившая призрачная дама? — с подозрением глянув в мою сторону, спросил он.

— Вы это о чем, Михаил Петрович? — равнодушно спросил я. — Если о том, как она кричала «ты!» и тыкала в вас пальцем, то это сущие пустяки, ей богу. Психологические штучки, которыми недалекие призраки пугают беспечных граждан. Она и меня с Игорем Васильевичем так же приветствовала. Похоже это неупокоенная душа какой-то сумасшедшей. Надо просто узнать, что ей нужно. И тогда, как уверяет меня мой помощник, она оставит нас в покое.

Князь Зубов удовлетворенно кивнул и, пока мы возвращались в гостиную, начал с новой силой меня увещевать:

— Избавьтесь от этой сумасшедшей, князь. Настоятельно вам говорю: избавьтесь! И мой вам совет: сделайте это как можно скорее. Кто знает, каких еще гнусных дел она может натворить?

Михаил Петрович грузно опустился в кресло и взял один из бокалов вина, заблаговременно приготовленных на небольшом, сервированном закусками, столике.

— Вы правы, князь. Сегодня же дам распоряжение Игорю Васильевичу, чтобы по максимуму ускорил процесс изгнания этого злобного призрака.

— Не изгнания, Александр Андреевич, а полного и безвозвратного уничтожения, — настойчиво ответствовал генерал-губернатор, залпом осушив бокал вина.

— Я это и имел в виду, Михаил Петрович, — сказал я, пригубив немного из своего бокала, и спрятав этим действием торжествующую улыбку.

Я позвонил в колокольчик. Тут же в гостиную вошел Альберт и, наполнив бокал генерал-губернатора, вновь вышел за дверь. На его бесстрастном лице не промелькнуло ни единой эмоции. Точно такое же хладнокровие он демонстрировал и во время происшествия в красной комнате.

— А что у вас с подвалом, князь? — вдруг абсолютно неожиданно для меня спросил генерал-губернатор, отхлебывая из своего бокала.

Я, конечно, ждал чего-то подобного, но был уверен, что князь Зубов подведет к этой теме осторожно, окольными путями. Видимо, пережитый стресс и количество выпитого пагубно сказались на его чувстве осторожности.

— А что с ним не так, Михаил Петрович? — Я удивленно воззрился на генерал-губернатора.

— Я слышал, что там в свое время был весьма неплохой винный погреб, — улыбнувшись, ответил он. — А у вас такое изысканное вино. — Князь посмотрел бокал на просвет. — Вот я и подумал, что вы купили особняк вместе с его коллекцией вин.

— К моему огромному сожалению, Михаил Петрович, подвал оказался девственно пуст. Однако даже пустой он меня весьма впечатлил своими высокими сводами. Единственная область, которая меня не устраивает, это его отдаленная часть, зачем-то разбитая на три тесных помещения. Да еще и пол там несколько приподнят. Вот эту часть подвала я собираюсь реконструировать до первоначального вида, убрать стены, срезать непонятное возвышение на полу. А потом можно будет и о винном погребе подумать. Спасибо, кстати, вам за отличную идею.

— Срезать пол, говорите? — обеспокоенно переспросил генерал-губернатор.

Однако, ответить ему я не успел. В этот момент наша беседа была прервана дворецким, который вошел в гостиную и объявил нового гостя:

— Баронесса Рогозина Елизавета Михайловна.

В комнату вошла обворожительная брюнетка с приветливой улыбкой на прекрасном личике. В этот раз на ней была светлая юбка чуть выше колен, такого же цвета кашемировый жакет и белая блузка с весьма выразительным вырезом.

Князь Зубов, увидев ее, сразу забыл про все свои треволнения и про наш текущий разговор. Поднявшись с кресла, он учтиво склонил голову в знак приветствия и слащавым голосом произнес:

— Елизавета Михайловна, выглядите просто сногсшибательно! Я сражен вашей красотой и необычайной грацией.

Было заметно, что Михаилу Петровичу вино уже довольно сильно ударило в голову. Он быстро подошел к гостье и поцеловал протянутую руку. Это был довольно необычный жест со стороны настолько высокопоставленного аристократа, но зато весьма понятный со стороны мужчины, плененного женской прелестью.

— Благодарю вас, князь, за столь лестный комплимент. — Елизавета Михайловна присела в легком и весьма грациозном реверансе. — Я рада, что вчерашняя кошмарная история разрешилась для вас самым положительным образом. Прошу прощения за прямолинейность, но мне бы очень не хотелось потерять столь ценного потенциального работодателя. К тому же мне всегда импонировали энергичные и целеустремленные люди. А если такой человек еще и наделен большим богатством и огромной властью, то ему просто цены нет.

От этих слов баронессы Михаил Петрович сразу же приосанился, заулыбался и окинул весьма двусмысленным взглядом прелестную фигуру Елизаветы Михайловны.

— Что же, — вклинился я в их обмен любезностями. — А теперь, раз уж все в сборе, прошу вас к столу. — И я указал в сторону двери, ведущей в столовую.

— С удовольствием, Александр Андреевич! — бодро откликнулся генерал-губернатор, пропуская Елизавету Михайловну вперед и продолжая пожирать ее весьма откровенным взглядом. — К тому же после вашей, кхм, незабываемой экскурсии по особняку я чрезвычайно проголодался.

Мы прошли в следующую довольно просторную залу и уселись за богато сервированный стол. Дворецкий Альберт с лакеем стояли наготове и немедля принялись обслуживать гостей. Блюда были великолепны. На кухне трудились два шеф-повара со своими командами. Каждый из них специализировался в своей области, поэтому нам было подано на выбор несколько видов первых и вторых блюд, а также множество закусок. Генерал-губернатор, который славился своей страстью к хорошей еде, был приятно удивлен и пробовал абсолютно все, что ему предлагали. Похоже, что с такими неуемными гастрономическими привычками, несварение желудка ему было гарантировано. Умяв очередную порцию морских гребешков в