Симпатика (СИ) - "Ie-rey"

― Что, прости?

― Тебе Хань сильно нравится? ― обречённо повторил Тао. ― Просто симпатяга или всё куда сложнее? Кратковременная страсть или…

― Я не могу представить этот мир без него. Это всё, что я могу сказать. И я бы предпочёл не обсуждать это. Ни с тобой, ни с кем-либо ещё.

― Как пафосно-то… ― тихо пробормотал Тао, озадаченный резкостью Кая и его сердитым взглядом. Впрочем, минуту спустя Тао уже приписал резкость Кая его ревнивости. Небось, ревновал Ханя к каждому столбу, но оно и понятно, ведь Хань действительно очень красивый ― его словно руками собирали строго по китайским канонам красоты, а не папа и мама делали традиционным способом, как всех.

Уже в молчании они старательно пытались достать друг друга прямыми и скользящими, не особо осторожничая и пуская в ход различные уловки. Тао отметил для себя, что он опытнее ― явно занимался больше и дольше. Кай казался совсем зелёным, зато с равновесием и скоростью реакций у него дела обстояли лучше, чем только можно было пожелать. При таком раскладе Тао всерьёз забеспокоился ― шансы навалять Каю стремительно таяли, как снег в котелке над мощным пламенем. А, ну да, танцы. Любой танцор ― желанный ученик в любой школе боевых искусств. Капуэра вон вообще сразу и танец, и боевое искусство. Умеешь одно, сможешь и второе. Легко. Основы-то одни и те же. Хотя если вспомнить искусство равновесия, то этому намного лучше учат как раз в танцах.

― Не зевай! ― Тао шарахнулся назад, когда перед глазами возникла раскрытая ладонь Кая. Тот успел остановить руку раньше, чем она влетела в скулу Тао.

― Да хватит вам уже, мокрые все… ― из угла окликнул их Сэхун.

― Ну нет, мы ещё не закончили, ― прорычал Тао и попытался сбить Кая с толка обманной подсечкой.

― Кай, ― позвал теперь Хань, и Кай отвлёкся тогда, когда делать этого не стоило. Он закусил губу от боли ― последний удар Тао достиг-таки цели и прилетел ему в левый бок. Сбилось дыхание, вроде бы ничего, но Тао забеспокоился: Кай прикрыл глаза, поморщился и медленно опустился на колено, прижав левую перчатку к пострадавшему месту.

― Эй…

― Всё… нормально, ― сквозь зубы выдохнул Кай. ― Просто неожиданно. Где тут…

― Вон там, ― сообразив, о чём хотел спросить Кай, Тао махнул в сторону уборной. ― Тебе помочь?

Кай помотал головой, стянул перчатки и отдал их Тао, после чего убрался с глаз долой.

― Паршиво держит удар? ― задумчиво пробормотал Тао, жонглируя перчатками.

― Где Кай? ― потеребил его Хань.

― В сортире, а что?

― Ничего. Что-то вы прямо увлеклись.

― Ну так… Он здорово дерётся, знаешь?

Хань угукнул и поспешил в ту же сторону, куда убрёл Кай.

Следующим к Тао подкатил уже Сэхун: подкрался со спины, обнял и уткнулся носом в шею.

― Странный ты.

― Нет уж, странный не я, а этот парень. Как ларчик с сюрпризами. Так здорово дрался, а ушёл в пол всего от одного удара. И удар не такой уж серьёзный был. Как там твоя курсовая?

― Может, у него низкий болевой порог? Всякое бывает. Курсовая мне больше больно не делает. Хань ― гений. Да, надеюсь, ты закончил на сегодня с этим безобразием? ― Сэхун отобрал у Тао одну из перчаток.

― Ну что сразу «закончил»? Уже и потренироваться нельзя?

Сэхун тихо засмеялся, прижавшись губами к шее Тао плотнее.

― Можно. Но я бы хотел, чтобы ты сегодня отрубился не тогда, когда упадёшь в кровать, а немного позже. Или не немного.

― Иногда мне кажется, что тебе наплевать, сплю я или нет, ― чуть обиженно выдвинул обвинение Тао.

― Неправда. Такое было всего раз, когда ты мне снился. Долго ты мне это вспоминать будешь?

― Да я в жизни это не забуду! Спал, никого не трогал, проснулся ― трахают. Что это вообще?

― Знаешь, судя по реакции, тебе понравился такой будильник. Добавку ты точно просил.

― Не было такого!

― Было.

― Врёшь ты всё.

― Сам ты врёшь…

Красное на белом. Ещё капля и ещё. Кай резко повернул вентиль и вскинул голову. У его отражения в зеркале были красные от крови губы. Он сплюнул, набрал воды в ладонь и смыл красное с губ и подбородка. Во рту всё равно остался металлический привкус.

Кай осторожно потянул футболку вверх. На левом боку темнело крупное пятно. Пока багровое, но цвет постепенно становился более насыщенным. Паршиво.

Он вновь сунул руку под холодную струю, подержал, чтобы охладить посильнее, и прижал к ушибу. Немного, но легче. Хотя на такое он точно не рассчитывал. Выходит, надо быть не просто осторожным, а стараться никак и ничем себя не ранить, чтобы не сокращать отпущенное ему время. От спаррингов с Тао придётся отказаться.

Левый бок тянуло противной нудной болью, и Кай уже сожалел, что этим вечером чувствительность осталась на месте. Если бы он не ощущал левую половину тела, было бы проще.

Он медленно опустился на скамью у стены и снова прижал ладонь к боку, помассировал, но стало только хуже.

Ручка на двери повернулась, и внутрь заглянул Хань.

― Эй, всё хорошо? ― Этот вопрос вызывал желание кого-нибудь убить, потому что отвечать на него следовало с улыбкой и совершенно нормальным голосом ― утвердительно в любой ситуации.

― Да.

― Тогда почему такой бледный?

― Просто расплачиваюсь за глупость ― у Тао отличный удар, ― наступив на горло собственной гордости, солгал Кай и прикрыл глаза, чтобы не смотреть на Ханя. Желанно и больно одновременно. Наверное, было бы лучше и не так больно, если бы в мире Кая никогда не существовало Ханя. Ни Ханя, ни его проклятых загадок, ни чёртовой генетики… Но, если подумать, Кай скоро вполне успешно может от всего этого избавиться. От всего мира разом.

― Дай поглядеть…

Кай поймал его руки, не позволив задрать футболку, и притянул к себе, обхватил за пояс и прижался щекой к груди ― как раз слева, где билось сердце. И он счастливо зажмурился, едва только Хань запустил пальцы в его волосы. Отзывчивое тело в руках, стук сердца под ухом, проворные пальцы в волосах ― осколок сказки, потерянный в реальности.

«Если ты меня придумал, значит, я тебе нужен, правда, Хань? Я тебе нужен любым? Даже если это ненадолго?»

― Ты ведь всё равно останешься? Со мной?

― Что? О чём ты? ― с недоумением пробормотал Хань, но продолжил пальцами ворошить тёмные пряди. ― Что с тобой такое сегодня?

― Ничего… Хань.

― Ну что? ― Демонстративный вздох, а в голосе ― улыбка. И Кай тоже улыбнулся невольно, крепче обхватил Ханя руками и сильнее прижался щекой к груди.

― Люблю тебя.

― Господи… ― снова вздохнул Хань и потянул его к себе, заставляя подняться с лавки. ― Нас люди ждут, мы же не дома. И уймись. Ну как, нормально? Идти сможешь?

Вместо ответа Кай послушно поднялся с лавки, привлёк Ханя ближе и прикоснулся пальцами к скуле, провёл медленно по щеке, подбородку и тронул губы. Сияющие глаза на безупречном лице, словно кусочек солнца или солнечный зайчик на белом фарфоре, ― тёплый, красивый, желанный…

Он смог остаться невозмутимым и не показать, насколько это больно.

― Кай? ― Нельзя давать поводы для беспокойства. Не Ханю. Ханю нужно улыбаться ― улыбка у него особенная.

― Идём. Всё хорошо. Всё просто отлично.

========== 17 ==========

◄ 17 ►

В лабораторию они пришли раньше остальных, и Хань сразу устроился за монитором. Животные в клетках чувствовали себя прекрасно, и все данные подтверждали успешность проекта. Хань неохотно занялся заполнением журнала, но деваться всё равно некуда. Ход проекта отражался именно в журналах, и именно журналам после уделят пристальное внимание. Если защита проекта пройдёт блестяще, и сам проект получит “зелёный свет”, Хань сможет написать свою первую полноценную монографию по генной инженерии и станет самым молодым в Корее и Китае специалистом в данной области. Это не освободит его от практики, но с ним уже будут считаться.

Великолепные перспективы немного кружили голову, несмотря на обычную самокритичность Ханя.

Краем глаза он наблюдал за слонявшимся по лаборатории Каем. Тот наблюдение заметил и перебрался к нему, уселся прямо на полу возле стула, сначала смотрел на монитор, затем потянулся, повертелся немного, повернулся спиной к стулу и уронил голову на бедро Ханя. Задумчиво изучал, глядя снизу вверх.