Сердце Земли - Максим Шаттам

на несколько шагов, прицелился и подумал:

Без Эмбер выстрел не будет таким точным! Но я доказал, что кое-что могу и сам!

Чен подал знак, что все тихо, и Тобиас отпустил тетиву.

Стрела полетела сквозь дождь и пронеслась совсем рядом с Ченом.

Последний отшатнулся, исчез и появился снова со стрелой в руке. Он обмотал веревку вокруг зубца, и Мэтт стал подниматься по ней.

– Мне хватит сил, чтобы залезть и втянуть тебя наверх, – сказал он Тобиасу. – До встречи!

Они так и поступили. Вскоре Тобиас тоже оказался в проеме между бойницами и, чтобы замести следы, отвязал веревку от пояса.

Молнии перестали сверкать, дождь почти прекратился. Буря заканчивалась.

– Я уложил Эмбер в углу, возле бочек, она без сознания. Она держала этот кусок ткани из последних сил, на что и ушла вся ее энергия, – сказал Чен.

Мэтт и Тобиас подождали, пока мимо пройдут часовые, и бросились к Эмбер.

Мэтт обнял девушку:

– Эмбер, Эмбер, очнись! Ты нужна нам!

Несколько мгновений друзья пытались привести ее в чувство.

Веки девушки дрогнули, она медленно открыла глаза.

– Тоби? – прошептала она.

– Да, это я! Рад снова видеть тебя!

– Я думала… вы все…

Глаза Эмбер были мокры, и Мэтт не мог понять, дождь это или слезы, катившиеся по ее прекрасному лицу.

– Можешь идти? – спросил он.

– Думаю, да… Но не проси меня еще раз использовать мое изменение. Мне кажется, оно убьет меня.

Друзья помогли девушке встать. Она покачнулась.

– Надо впустить остальных, – сказал Мэтт. – Открыть им ворота. Наша миссия не завершена.

26. Время разделиться

Четверо пэнов пробрались внутрь ближайшей к донжону башни.

Источающие характерный прогорклый запах, масляные лампы давали оранжевый свет. В высокие узкие окна стучал дождь.

– Надо поторапливаться! – прошептал Чен. – В такую погоду часовые менее внимательны! Но долго это не продлится.

– Ты видел где-нибудь отряды жрунов? – уточнил у него Мэтт.

– Нет, во всяком случае, в центральном дворе их нет. Да и вообще, в крепости очень тихо. Мое мнение: жруны просто прошли через крепость и отправились дальше.

– Почему ты хочешь во что бы то ни стало впустить остальных? – спросил Тобиас.

– Только Бена, Хорейса и Таню, – поправил друга Мэтт. – Чтобы они все осмотрели и запомнили – это поможет разработать план наступления нашей армии.

– Нашей армии?

– Армия Эдема, армия пэнов. Выбора нет, теперь мы воюем с циниками.

– Ничего себе! Меня не было несколько дней, а у вас уже хаос!

– Тебя не было три недели! – заметила Эмбер.

– Так долго? В Роперодене время тянется иначе. Ни смены дня и ночи, ни еды. Если честно, я умираю от голода.

– Ты не ел три недели? – удивился Чен, вслед за Тобиасом спускаясь по ступенькам. – Не верю! Ты бы умер!

– Это другой мир. Наши тела были… Не знаю, как объяснить, как будто в спячке. И нам не надо было есть… Это…

– Тише! – оборвал его Чен.

Внизу послышались тяжелые шаги.

Чен подтолкнул всех к ближайшей двери. Бегло осмотрев находившуюся за ней комнату через замочную скважину, пэны вошли внутрь. В круглом помещении сильно пахло потом. Расположенные напротив друг друга два стола и скамьи. В углу пивные бочки. Под их деревянными кранами еще виднелась пена от пролитого пива. На балках висели окорока.

Пэны кинулись за бархатную штору. Но поднимавшийся по лестнице циник миновал дверь, не останавливаясь. Он направлялся туда, откуда только что пришли пэны. Тобиас выбрался из укрытия.

– Простите, но я больше не могу! – сказал он, отрезая себе большой кусок ветчины.

Чен дежурил на лестнице и готов был сразу же предупредить друзей об опасности.

Казалось, ее головокружительная спираль не имеет конца. Но она все-таки закончилась, и ребята оказались в полутемном зале.

Вдоль стен стояли столы и скамейки, а также сундуки и стойка для копий. Это явно была большая комната отдыха для охранников. К счастью, в ней никого не оказалось.

– Выйдем в противоположную дверь, – сказал Мэтт. – Мы почти у цели.

– Откуда ты знаешь? – спросил Чен.

– Я неплохо ориентируюсь на местности.

Они открыли дверь и оказались в длиннющем коридоре высотой около десяти метров. Одним своим концом коридор выходил в затопленный внутренний двор, а другим упирался в огромные ворота, которые, очевидно, вели наружу.

Вооруженные циники быстро перемещались по двору, таская ведра, фонари и метлы.

– Пока они заняты, надо действовать! – сказал Чен.

Пэны двинулись по коридору, Эмбер кивнула на две поднятые вверх стальные решетки:

– Ни в коем случае нельзя оказаться между ними. Это ловушка.

Чен указал рукой на высокую бойницу в стене:

– Похоже, там, откуда поднимаются решетки, караульное помещение. Тсс, ни звука!

Ребята остановились у ворот.

Тяжелые цепи обматывали бревна, запиравшие их.

По-видимому, открыть ворота можно только из караульного помещения, поднявшись по лестнице. Оттуда доносились обрывки разговоров, там двигались тени.

– Мы ни за что не сможем отпереть ворота так тихо, чтобы сюда не сбежалась половина крепости! – прошептал Тобиас.

– Есть еще дверь, – заметила Эмбер.

Слыша громкое биение собственных сердец, они обошли ведущую наверх лестницу, за ней в толще стали была пробита небольшая дверь – видимо, специально для того, чтобы впускать и выпускать пеших путников. Ее запирала цепь с навесным замком.

Тобиас указал на два табурета, ножки которых стояли в просачивавшейся под воротами воде.

– Судя по всему, ее охраняют.

– Все сложнее, чем казалось! – ответил Чен, пытаясь приподнять замок. – Искать ключ слишком рискованно.

Мэтт выступил вперед, просунул нож между двумя звеньями цепи и поднажал на лезвие, пытаясь сломать перемычку.

В конце концов ему это удалось. Цепь сломалась, звук эхом разлетелся по огромному коридору.

Прислушиваясь и опасаясь, как бы их не заметили, Чен и Тобиас замерли. К счастью, в освещенном факелами коридоре никто не появился.

Мэтт распутал цепь и положил на пол. Его нож сломался.

Эмбер потянула дверь на себя и осторожно выглянула наружу.

Сначала она никого не увидела. Потом за камнем, ближайшим к упиравшемуся в дверь пандусу, появились Бен и Таня, Хорейс, Нил и семь собак. Животные осторожно проползли по траве, а потом так же аккуратно преодолели подъем.

Когда наконец все оказались внутри, Мэтт постарался водрузить цепь обратно – как будто она целая.

Край цепи ударился о дверь, раздался громкий звон металла.

Из караульного помещения послышался голос солдата:

– Сэм, это ты?

– Да, все в порядке, – отозвался голосом взрослого кто-то из пэнов.

Подростки подскочили от неожиданности и отпрянули от Хорейса.

Тут Мэтт вспомнил об изменении, которым тот мог пользоваться, – о его способности менять голос и лицо. Пришло время узнать, является