Электричка в Буслаевку - Владимир Анатольевич Тимофеев

В глазах девушки блестели слёзы. Хотя, возможно, мне это просто казалось.

— Нет, Лара, — я взял её за руку и аккуратно загнул девичьи пальцы, прикрывая ими заклад. — Обратно я ничего не возьму. Сейчас не возьму. Потом. После. Когда всё закончится. Хорошо?

— Хорошо, — едва слышно прошептала Лариса.

Монета вернулась в «ладанку». А мы продолжили путь. Думаю, нам он предстоял… долгий…

Глава 8

Следующие два часа мы с Лейкой не разговаривали. Не потому что говорить было не о чем — просто тропа неожиданно сузилась, а потом и вовсе исчезла. Лариса шла впереди, я — следом. Насчёт спутницы не скажу, но меня такой порядок более чем устраивал. От прямого общения с девушкой он избавлял и — слава богу. После дурацких и никому не нужных «разборок» с монетой я чувствовал себя совершенно отвратно. В смысле, неловко мне было перед Ларисой. Ужасно неловко. Зачем, спрашивается, начал перед ней фарисействовать? «Почему согласилась? Не был ли это голый расчёт?..» Аж самому противно. Тоже мне, святоша нашёлся! Ещё бы про любовь вспомнил. И к ближнему, и вообще. Ханжа, одним словом. Тупой лицемер…

Лес начал понемногу сгущаться, и «самоедские» мысли постепенно отошли на второй план. Теперь приходилось больше следить за дорогой, нежели «философствовать».

Лейка передвигалась почти бесшумно. Ловко огибала деревья, уклонялась от норовящих хлестнуть по лицу веток, аккуратно перешагивала, а иногда перепрыгивала, через скрывающиеся в траве препятствия — ямки, пеньки, упавшие сучья. Я же наоборот — пёр как кабан. Сопел, пыхтел, запинался о корневища, ломал кусты, поскальзывался на подворачивающихся под ноги мшистых камнях. Словом, вёл себя как типичный городской житель, не знающий настоящего леса. Не охотник, короче. Не следопыт из романов Фенимора Купера про Натти Бампо и Чингачгука.

Девушка время от времени оборачивалась и бросала на меня сердитые взгляды. А потом ей это, по всей видимости, надоело, и она резко свернула влево.

Минут через десять мы выбрались к небольшому болотцу. Наверное, здесь когда-то текла река, но потом изменила русло и старица мало-помалу заросла и заилилась.

Через болото мы переправляться не стали. Двинулись вдоль его кромки, оставляя лес по правую руку. Идти стало легче. Кусты и деревья дорогу не перекрывают, а что под ногами хлюпает, так это не страшно. Земля ровная, промоин практически нет, ботинки крепкие и сквозь кожу вода не просачивается.

Спустя примерно полчасика болото закончилось, и Лейка опять повернула в чащобу. Жалко, но что поделаешь. Комфорт — понятие относительное. Главное — до цели дойти, а с удобствами или без, уже не так важно. Хотя с удобствами, безусловно, лучше. Это вам любой дальнобойщик скажет.

Расстраивался я, впрочем, недолго. Через десять минут в лесу появилась прогалина, Лариса остановилась, скинула с плеч рюкзачок и уселась прямо в траву, сложив «по-турецки» ноги. Я плюхнулся рядом и шумно выдохнул.

— Устал?

— Нормально, — соврал я, покосившись на спутницу.

— Ну, тогда перекусим по-быстрому и дальше пойдём.

Девушка раскрыла котомку, вытащила кусок чистой ткани и расстелила его на земле. Затем на «скатерти» появились стеклянный флакон, граммов примерно на сто, и какой-то тёмный комочек, размером со спичечный коробок. Колдунья капнула на него пару капель из пузырька и… «комок» превратился в душистую ржаную горбушку с толстым куском ветчины и не менее толстым — сыра. Эдакий гамбургер-чизбургер в варианте «ля рюс».

— Сублимированные продукты, — пояснила Лариса, поймав мой заинтересованный взгляд.

Надо же, какие она слова знает. Даром, что деревенская ведьма.

— У тебя в рюкзаке такие же, — добавила Лейка и приступила к трапезе. Хлеб она запивала водой, налитой из того же флакона в железную кружку. Её девушка тоже выудила из котомки.

Со своим сублимированным «хлебцом» я кое-как разобрался. А вот с питьём приключился «затык». Не в том смысле, что не сумел вылить воду из пузырька, а в том, что тот так и остался полным.

— А почему там не убавляется?

Вопрос, конечно, дурацкий, но Лариса ответила:

— Потому что я воду в нём сжала.

— Как это сжала? — я недоумённо посмотрел на волшебницу. — Вода же, она того… несжимаемая.

— С чего вдруг? — удивилась Лариса.

Я почесал «репу» и, как мог, объяснил колдунье молекулярную теорию строения вещества. На «пальцах», конечно, чтобы понятнее. Лейка внимательно меня выслушала и выдала в ответ свою версию. Тоже коротко, минуты на три, с использованием «похожей» терминологии. Она буквально в двух словах изложила мне местную «теорию конденсированного состояния». Из этой теории следовало, что (в переводе на «русский научный») «вода, подвергшаяся концентрированному магическому воздействию, приобретает свойства сверхтекучей бозе-эйнштейновской жидкости и при туннельном переходе через потенциальный барьер…» Что там с ней происходит в дальнейшем я, к своему стыду, так и не понял. Кивал, как китайский болванчик, и чувствовал себя полным неучем. М-да, непростая мне досталась «невеста». А уж если женишься на такой… всю жизнь придётся доказывать, что достоин…

— Я в Центроградском универе три курса отучилась, — весело сообщила Лариса, закончив «лекцию». — Там, кстати, с Сан Санычем и познакомилась. Он у нас семинары по теормагии вёл.

Ага. Понятно, откуда она этой «фигни» набралась. Узнать бы ещё, почему работает ведьмой в глуши, а не магиней в столичном граде.

— Выходит, ты универ не закончила?

— Не-а.

— А почему?

— Потом как-нибудь расскажу, — отмахнулась колдунья. — Это история долгая.

Мы снова принялись есть. Я жевал «бутерброд», отхлёбывал воду и искоса поглядывал на Ларису. Моё внимание привлекла её правая рука. Точнее, безымянный палец. Пока ещё неокольцованный. Мысли в башке витали довольно странные. Думал и пытался понять, куда деваются заклады жениха и невесты, когда дело доходит до свадьбы. Самое очевидное — их переплавляют в кольца. Ну да, скорее всего. Как бы только проверить?

Зажмурился и постарался представить, как выглядело бы такое кольцо на девичьем пальчике.

— Ой!

Открыл глаза. Повернулся к Ларисе.

Изумлённая девушка рассматривала тонкий серебряный ободок, незнамо как появившийся там, где ему и положено. Второй рукой она ощупывала цепочку на шее. Видимо, проверяла, на месте ли «ладанка» с медальоном. Убедившись, что монетка никуда не исчезла, Лейка облегченно выдохнула. Потом глянула на меня и укоризненно покачала головой:

— Ну, у тебя и шуточки. Я чуть с ума не сошла.

— Извини. Случайно всё получилось. Просто прикидывал, как это может быть.

— Случайно, не случайно, но в принципе получилось здОрово, — Лариса подняла палец и еще раз с явным удовольствием его осмотрела. — Хорошая иллюзия. Я даже не поняла поначалу. Думала, что настоящее. Плохо только, что дракона на нём не хватает.