Кровь не вода - Василий Седой

казаки все равно рекомендовали жителям пока не возвращаться в слободу на постоянку. Предложили ходить туда только при свете дня и под охраной, потому, что дать гарантию, что больше татарских отрядов не будет, по понятным причинам никто не мог. Есть ещё опасность, что они могут внезапно налететь, теперь уже небольшими силами. Татары вполне такое практикуют, они хитрые падлы.

Несмотря на определенный риск, народ все равно ломанулся по домам. Просто у всех есть огороды, которые требуют внимания, да и интересно было людям, во что превратились их жилища после того, как через слободу прошли татары, а то, что они там были, это точно. Разведчики, наблюдающие за врагами, об этом успели рассказать.

Бабушка тоже было намылилась отправиться домой, но больше не из-за огорода, которого у нас, считай, нету, только по мелочи совсем, а из-за рыбалки. Вот уж подсела на это дело, покруче детей.

С трудом удалось уговорить её не торопиться, пообещав организовать ей подобное развлечение здесь, на озере.

Сам же я, естественно, усидеть на месте не смог. Да и дела неотложные образовались у меня в селении, когда я увидел, что и Кузьма направился к озеру, а значит, домой. Нужно воспользоваться моментом и попросить его заняться изготовлением рыбацких крючков.

Добравшись домой, я сначала выругался как сапожник, а потом подумал, что, может, и к лучшему, что дома у нас теперь, по сути, нет.

Хрен его знает, зачем это нужно было татарам, но чуть не половину домов в слободе эти скунсы разрушили. Притом не сожгли, как можно было подумать, а именно разрушили.

Они, похоже, цепляли кровли верёвками и при помощи лошадей сворачивали их набок. Хрен его знает, зачем они это делали, может, надеялись нычки какие отыскать или из природной вредности, но нагадили неслабо.

Народ, кому не повезло лишиться домов, на удивление почему то особо не нервничал, так, поругали малость супостатов и занялись наведением порядка.

Кузнецу Кузьме в этом плане повезло, и его подворье бедствие обошло стороной, но мне все равно не удалось договориться с ним о изготовлении крючков.

Нет, он не отказал, просто инструмента у него здесь сейчас нет, все надёжно спрятано, а доставать его из-за одних только крючков у него желания не появилось, тем более что платить мне нечем, а оплата рыбой не показалась ему особо привлекательной.

В общем, крючки он откует, но только когда появятся нормальные заказы, и он вернётся к своей основной работе.

Ко второму кузнецу я идти не стал, предполагая, что услышу там то же самое, поэтому, немного подумав, я пошагал к своей лодке.

Решил вернуться в лесной лагерь и всё-таки не мытьем так катаньем урегулировать проблему самозанятости бабушки и детей.

Поскольку крючков нет, и удочки соорудить пока не светит, а кладки на озере строить нельзя, проблему можно решить только одним способом: соорудить плот, с которого можно рыбачить, и больше к этому не возвращаться.

С такой вот мыслью я вернулся в лагерь, а когда поделился своими планами с бабушкой, та неожиданно как-то легкомысленно отмахнулась и сказала:

— Да не надо уже ничего, Сема, я договорилась об обмене, и у нас теперь будет ещё одна лодка, немного побольше твоей, вот с неё и будем рыбу ловить. Ты только плавать детей научи, как обещал, чтобы я меньше за них волновалась.

«Нифига бабка отжигает! Это как так она смогла? У нас нет же ничего такого, на что можно обменять лодку», — подумал я про себя, прежде чем спросить:

— Ба, боюсь спросить, а на что ты лодку менять собралась?

Та хитро на меня глянула, улыбнулась и ответила:

— За сетки на флажки. Это даже не я придумала, нашлись казаки, которые предложили. Нам её уже вперёд отдали и нитки принесли. И ещё: старейшины приходили, нужно возобновить работу коптильни, рыба нужна срочно.

— А почему срочно, есть что ли нечего?

Бабушка как-то тяжело вздохнула и ответила:

— С набегом орды может так получиться, что мы в лесу все лето сидеть будем, припасы точно лишним не будут, а с рыбой их меньше понадобится, вот старейшины и подняли суету. Они даже собираются казаков отправить бредни таскать. Тяжёлым будет этот год, как бы голодать не пришлось.

Я осмыслил все сказанное бабушкой, развёл руки в стороны и предложил:

— Тогда, может, я сейчас и пойду с детьми на озеро? Сразу и начну учить.

— Вместе пойдём, — тут же откликнулась бабушка. — Заодно и лодку новую посмотришь, вдруг что не так, а то я не разбираюсь в этом.

Смотреть, хорошая лодка или нет, — это бабушка, похоже, так пошутила. Лодка оказалась новая, и она была сделана тем же мастером, что и моя, по образу и подобию, придраться не к чему. Поэтому надолго возле неё не задержались и полезли купаться.

Дети и вода — это тихий ужас, по-другому не скажешь.

Эти реактивные лягухи вымотали меня за несколько часов на озере похлеще тренировки от Святозара.

Что говорить, если они даже обедать не пошли, и бабушке пришлось нести еду прямо к озеру.

Выгнать их из воды было в принципе нереально, во всяком случае без скандала, и я в какой-то степени даже обрадовался, когда нас увидел возвращающийся из слободы Святозар и начал высказывать мне свое недовольство тем, что я вместо тренировки фигнёй занимаюсь.

Нет, он не стал отчитывать меня при всех. Сначала выгнал меня из воды (а значит, и детям пришлось вылезать), потом отвёл в сторону и началось.

— Семен, ты мне показался добрым казаком, за которым не нужно смотреть, сдержит он свои обещания или нет. Неужели я ошибся?

Я, честно сказать, не понял, о каких невыполненных обещаниях идёт речь, вроде ничего такого не обещал. Уже хотел переспросить, о чем речь, как Святозар сам все прояснил:

— Я ведь утром сказал, что вы сегодня занимаетесь самостоятельно, так почему ты после возвращения из слободы бездельничаешь вместо того, чтобы выполнять указания? — сказал он, внимательно глядя при этом мне в глаза, а потом сокрушенно махнул рукой. — А я ещё хотел тебя в следующем году в поход с собой взять, к персам.

И, не дожидаясь никакого ответа, он развернулся и ушёл. Я же стоял как оплеванный. Чувствовал себя без вины виноватым, ведь я как-то даже подумать не мог, что должен заниматься целый день, как это было два последних дня. Думал, после купания маленько размяться, сильно не напрягаясь, чтобы отдохнуть хоть немного после такого темпа, какой задал Святозар, а оно вот оно как.

Опять