Колобок - Александр Петряков

— Ну, проходите.

— Видите ли, — начала Ирина Романовна, когда они устроились в гостиной, — я, если вы не знаете, судья, а ранее работала следователем. О вашем деле мне известно отчасти от вашей жены, отчасти от Макарова. И есть у меня кое-какие соображения. Быстроногий грабитель мне был известен и ранее, по другому уголовному делу. Его пришлось оправдать, потому что потерпевшая не захотела признавать подозреваемого, того самого скорохода, попавшего, как мне известно, под вашу горячую руку. Он пока на свободе, но я знаю, как его найти.

— Очень интересно. Знаете, мне, как теперь выражаются, по барабану, найдут его или нет. Да и вряд ли поймают.

— Всему свое время. И вы можете помочь его изловить.

— Сам ловил и Макарову помогал. Не получилось.

— На этот раз получится. У меня есть план.

В то время, когда Ирина Романовна излагала свой план, Игорь Андреевич сидел у себя в кабинете и ждал Машу. Сережки у Виктории он на время следствия изъял, и они теперь лежали в ящике его стола. Раздумывая о том, что его едва начавшиеся отношения с молодой красивой женщиной, теперь наверняка сойдут на нет, он искренне об этом сожалел. Виктория приходила сегодня утром. Бегло просмотрела предложенные фотографии, сняла с ушей сережки и гордо, с независимым видом, удалилась. Не попрощавшись. Так что на дальнейшую с ней дружбу едва ли можно теперь рассчитывать. Игорь Андреевич так и не успел узнать, где она работает, замужем ли и все прочее. Так что служебное рвение обернулось утратой личного, быть может, счастья.

Маша, как и большинство женщин, опаздывала. Договаривались на одиннадцать, а на часах уже было без двадцати двенадцать. Но вот застрекотали по коридору острые каблучки, и в кабинет вошла невеста пропавшего брата. В мини-юбке и полупрозрачной светлой кофточке. Села напротив Макарова так, что ему стали видны ее трусики. Ну, прямо кадр из «Основного инстинкта». М-да, подумал он, все женщины из одного теста сделаны. Любят они заголяться. Открыл ящик стола и положил перед Машей серьги. Она стала внимательно их рассматривать, взяла в руки одну из сережек и приложила к уху.

— Ага, — сказала она и улыбнулась, — это мои. Видите, изгиб дужечки на одной покруче, чем на другой. Спасибо. Значит, урода этого тоже нашли?

— Нет, урода не нашли. А сережечки пока у меня полежат. Вещ. док.

— Какой док?

— Вещественное доказательство. Сокращенно если.

— Ясненько. Ну и чё, вы мне сережки, значит, не отдадите? Тогда зачем вызывали?

— Для опознания.

— Ага, ладно. А Юру-то вы ищете?

— Ищем, ищем. Думаю, скоро все выяснится. А вы можете идти.

Когда Маша отстучала каблуками путь до двери, Макаров вызвал Надежду Ивановну, успевшую получить строгий выговор за московский провал. Вышестоящее начальство вообще намеревалось ее уволить, но Макаров заступился. С кем работать тогда? Если останется с этими двумя раздолбаями, Сашей и Виталиком, лавочку можно закрывать. Надежда Ивановна явилась только минут через двадцать, села на стоявший возле стола начальника стул и сделала непроницаемое лицо. Ну, ну, подумал майор, обиделась.

— Значит так, Надежда, дуться нечего. Что было — то было. А теперь работать надо. Поедете сейчас вот с этими сережками к портнихе, на Казанскую. Выясните, каким образом они к ней попали. Поясняю: эти украшения признала своими невеста Юрия Павлодаева. Значит, госпожа Павлова приторговывает краденым. Выясните все и доложите.

Гуляева взяла сережки, повертела их в руках и спросила:

— А к вам-то как эти цацки попали?

— Абсолютно случайно, — ответил с некоторым смущением Макаров, — наблюдательность, знаете ли. Павлова продала их некоей Кузовлевой, — тут майор опять замялся и даже заерзал в мягком кресле, — попробуйте также выяснить подробности про… Викторию.

— Какую еще Викторию?

— Так я же сказал — Кузовлеву. Вот вам и фотография.

— Значит, Виктория? — Надежда Ивановна глянула на фото, а потом на порозовевшее лицо шефа. — Понятно. Так я пошла?

— Да, да, ступайте. И сразу доложите мне результат.

Гуляева села в свою повидавшую виды девятку, позвонила госпоже Павловой и покатила на Казанскую улицу. Говорить с портнихой по телефону не стала — просто убедилась, что та дома. Так оно лучше, не успеет подготовиться. А шеф чего то не договаривает. Мялся, когда про эту Ку…, как там ее, красотку Викторию, говорил. Вообще-то он, хоть и головастый, но со странностями. Да мужики они все с какой-то мутью в башке.

Портниха, когда ей были предъявлены сережки, сделала непроницаемое лицо и сказала, что эти побрякушки впервые в жизни видит. Да и вообще, зачем ей такой сомнительный бизнес, если она и так хорошо зарабатывает шитьем. Надежда Ивановна еще раз внятно разъяснила госпоже Павловой о даче ложных показаний и его последствиях. Тогда модельер, как она себя называла, после этого стала морщить лоб и затем, нервно дернув головой, сказала, что да, ее клиентки иногда просят предложить для покупки те или иные вещи, и она не видит в этом ничего криминального. Надежда Ивановна охотно с этим согласилась — в женском мире без этого никак. Но ее-то интересуют только вот эти сережечки. Кто их предложил для продажи? Тогда портниха вздохнула и сказала:

— Ну, Машка принесла, очень просила.

— Какая Машка?

— Ну, фамилию точно не помню, она у нее на место, где писательские дачи, смахивает. Под Москвой это, знаете, где Пастернак там, Михалков…

— Переделкина! — Воскликнула Гуляева.

— Точно, Переделкина, — подтвердила госпожа Павлова.

— Прекрасно! Вы ничего не перепутали? Точно Переделкина?

— Ну да. Молоденькая такая, темненькая, родинка у нее на носике. За кавказца замуж собиралась. А что, вы ее знаете?

— Знаю, знаю. Она утверждает, что ее ограбили, а теперь оказывается, она сама себя ограбила, как та самая у Гоголя, которая тоже сама себя по филейной части отходила. Ладно, спасибо, вы мне здорово помогли. Еще один вопросик: сережечки вы вот этой дамочке предложили?

Модельерша взяла карточку и кивнула:

— Ну, да, Викуся купила.

— А кто она такая?

— А, — махнула рукой портниха, — у шеста вертится.

— Стриптизерша?

— Ну да.

— Интересненько. Спасибо еще раз. Побегу я, дел невпроворот.

И подумала: неужели шеф на стриптизершу запал?

25

План Ирины Романовны Павлодаеву не очень понравился. Она предложила, по сути, дежавю, то есть использовать Наташу в качестве живца. Он сам уже побывал в этой роли и убедился, что быстроногий юноша очень ловко из таких ловушек выскальзывал. Хотя, с другой стороны, попробовать, конечно, можно. Кто в русской народной сказке Колобка скушал? Рыжая, как и моя женушка, зверушка с пушистым хвостом.