Солнечные дни - Элизабет Хардвик

— Еще как имеет! — страстно запротестовал Ол, заводясь все больше.

— Нет…

— Да! И они еще как связаны между собой. И с нашими отношениями. Все это происходило по одной-единственной причине. Потому что я люблю тебя. И потому что я всегда любил тебя. И никто другой не мог занять твое место в моем сердце. И бабушка прекрасно это знает! Так же, как и дедушка. Только ты одна умудрилась этого не заметить.

Макси смотрела на него, открыв рот, не в силах вымолвить ни слова.

13

Наконец, когда стало ясно, что Ол не собирается ничего добавлять к своему смехотворному заявлению, Макси глубоко вздохнула и сказала вполголоса:

— Ты, наверное, выпил? Нет, я не имею в виду ту малость, что мы выпили сейчас. Может быть, раньше, днем? Именно этим и объяснялись твои проблемы при одевании?

— Макси, неужели так трудно поверить, что я люблю тебя? — тихо спросил он.

— Трудно? В это невозможно поверить! — возмущенно ответила Макси.

Взгляд Ола, словно зачарованный, не покидал лица Макси.

— Но почему? — почти с отчаянием спросил Ол.

— Потому что… — Она никак не могла найти правильных слов, которые могли бы объяснить, что она чувствует. — Даже если бы это и было правдой…

— Это чистая правда!

— Если это правда, — насмешливо сказала Макси, ни на миг не поверив, разумеется, в правдивость его заявления, — зачем тогда ты ходил на свидание с Рикки?

Интересно, как он выкрутится? Если выкрутится… С ним сегодня явно что-то не в порядке.

— Я хотел, чтобы ты начала ревновать меня… — объяснил Ол.

Каков негодяй! И он ведь отлично преуспел в этом! Макси прекрасно помнила свои растрепанные чувства в тот день, да и сейчас это явно не улучшило ее настроения. Если бы Рикки попалась ей на глаза в тот день, она бы гроша ломаного не дала за ее безопасность.

— Вот такую же ревность я чувствовал к Майклу Слейтеру, — как будто читая ее мысли, добавил Ол. — Каждый раз, когда я слышал его имя, я был готов сорвать злость на любых предметах, которые попадались мне под руку, я с трудом удерживал себя от того, чтобы не крушить все направо и налево. А как только я представлял, как вы с ним целуетесь и не только целуетесь…

Он закашлялся.

— Ол, мы никогда не были близки с Майклом, — вставила Макси, поняв, что он хотел сказать. Она решила, что нужно прояснить хотя бы этот вопрос, так как положение и без того было довольно запутанным.

В ее голове никак не укладывалось то, что Ол сообщил ей. Неужели в этом была хоть капля истины? Они были женаты три года, и ни разу за все это время Ол не говорил ей о своей любви. Может быть, он понял, что любит ее, лишь после того, как они расстались? Но нет, он утверждает, что всегда любил ее…

— Ол…

— Что? Ты хочешь сказать, что вы с Майклом не были любовниками? — перебил ее Ол.

Макси зарделась от смущения.

— С какой стати я должна тебе рассказывать, какие отношения были у нас с Майклом! — попыталась возмутиться она.

— Но ты ведь сама сказала об этом всего минуту назад! — воскликнул Ол.

Ну да… Лучше бы она этого не делала.

— Послушай, Ол, я думаю, что продолжать этот разговор совершенно бесполезно. Тем более здесь, в переполненном ресторане.

— Совершенно с тобой не согласен. Нет, я не имею в виду это место, — сердито буркнул он, сверкнув глазами, когда к ним подошел официант, чтобы убрать грязные тарелки. — Я просто думаю, что нам давно нужно было об этом поговорить. Очень давно. Может быть, пять лет назад.

Пять лет назад… Когда они поженились…

Но ведь они расстались именно потому, что Ол не любил ее, потому что связался с другой женщиной, потому что она, Макси, не могла родить ему ребенка, а он, судя по всему, не мог простить ей этого…

— Ол, за эти годы ничего не изменилось.

— Ты не права. Еще как изменилось. Прежде всего, изменилась ты. Перед свадьбой Макс предупреждал меня, что ты слишком молода и не стоит торопиться с браком. Тебе бы следовало повзрослеть, найти себя в профессиональном плане, попользоваться достаточной свободой какое-то время… Но я не хотел ждать…

— Может быть, я и была молоденькой дурочкой, но даже такая дурочка, как я, понимала, что брак не может быть благополучным, если муж изменяет жене с другой женщиной! — взорвалась Макси, устав от этого бесцельного и бессмысленного разговора. Вот тебе и приятный вечер!

— Что?!

— Ты уже забыл Вивьен Честерфилд?

— Вивьен Честерфилд? — взгляд Ола выражал полную растерянность.

Горькие слезы набежали на глаза Макси. Неужели эта связь, ставшая причиной их разрыва, так мало для него значила, что он даже не может вспомнить о ней? И из-за этого разбилось ее сердце?

Или Ол просто не знал, что Макси оказалась в курсе его интрижки?

Когда два года назад он вернулся из так называемой командировки, то обнаружил, что Макси съехала с их квартиры, забрав с собой все свои вещи. Когда же он наконец нашел ее в одной из гостиниц Нью-Йорка, она наотрез отказалась говорить с ним, заявив, то она совершила ошибку и что их брак был обречен с самого начала. Он спорил с ней, увещевал ее, пытался урезонить, но все было напрасно. Макси была тверда в своем решении.

Когда же Ол в резких выражениях потребовал от Макси ответа на вопрос, кто тот мужчина, который за время его отсутствия появился в ее жизни… Вот именно тогда он по-настоящему потерял ее. Она долго не могла простить ему этого вопроса.

В сердцах Макси наговорила ему, что вышла замуж за него только потому, что хотела угодить дедушке и родить наследника для продолжения их семейного дела и что теперь ее неспособность стать матерью сделала этот брак бесполезным и недействительным, что их брак потерпел полное фиаско и теперь больше не имеет смысла лгать друг другу.

И как после всего этого он смеет утверждать, что не знает никакой Вивьен Честерфилд?!

— Вивьен Честерфилд, актриса… — Макси еще раз с отвращением произнесла это имя. — Как ты мог ее забыть? Такая высокая блондинка умопомрачительной красоты. Может, ты еще скажешь, что не сопровождал ее на все светские мероприятия в Лондоне два года назад?

— Да я не был в Лондоне уже лет десять! А Вивьен Честерфилд я и вправду вспомнил, хотя только один раз с ней встречался. Она однажды останавливалась в нашей гостинице на Гавайях, а я как раз был там в то время. Меня она страшно раздражала тем, что таскала с собой свору фотографов, которые мешали всем работать. — Ол пристально посмотрел на Макси, как будто вдруг понял что-то важное. — Макси, только не говори мне, что ты развелась со мной из-за какой-то дурацкой фотографии, которая случайно попала в газеты!