Рыцарь Венеры - Лилия Бланш

меня возник вопрос, неужели тебе нравится то же, что и земным женщинам.

— Здесь другое, — голос инопланетянки слегка дрогнул. — Это ро-хорадах.

— ЧТО? — я прямо ощутила, как мои глаза округляются от непонимания.

— Переводится примерно, как единение душ, — пояснила Вивиан. — У вас это понимается, как половинки.

Я понимающе промычала. Про две половинки одной души слышали все, и я, как истинно романтичная натура, безусловно верила.

— Мироздание — это сложная система со специфическим чувством юмора. Оно часто дарит единение душ тем, кто не может быть вместе по многим причинам.

— Как Ромео и Джульетта? — спросила я прежде, чем успела подумать о том, а знакома ли инопланетянка с земным литературным творчеством, да ещё таким древним. Однако, Вивиан оказалась более чем осведомлена.

— Да, это были Марс и Венера, которым не суждено было произвести Хранителя Земли.

— Серьёзно? То есть… ты не шутишь?! Они действительно существовали.

— Да. Вообще Марс и Венера часто становились участниками трагической любви. Почитаешь историю БРИЗ, много интересного узнаешь. Притяжение между ними практически непреодолимо… Я пришлю тебе Историю Хранителей Земли.

— Спасибо, но почему если у вас с Райаном настоящее единение душ, он тебя так ненавидит?

— Потому что в его систему ценностей не вписываются чувства к инопланетянке. Тем более, такой как я.

Вивиан тронула пальцами перламутровую кожу своей щеки.

— По-моему, ты безумно красивая!

Инопланетянка не сдержала улыбки.

— В твоей системе ценностей, другой — не значит, плохой, а вот агентов БРИЗ воспитывают по-другому.

— Разве их не готовят к тому, что придётся иметь дело с инопланетянами?

— Их готовят к тому, что от инопланетян нужно защищаться, — прозвучал тихий ответ, и в этот момент в дверь постучали.

Глава 22

За дверью кабинета нас ждали Зорин и Райан, тихо переговариваясь.

В первое мгновение, я даже не поняла, почему происходящее мне кажется подозрительным. Потом осознала! Агенты мирно разговаривали. Мирно! Не повышали голос, не смотрели друг на друга волком, а просто вели беседу. Не к добру это. Мысль додумать не успела. Райан и Вивиан ушли, оставив нас втроём: меня, Александра Зорина и неловкое молчание.

В лифте мой взгляд так и тянулся к мужественным губам агента, а я старательно его отводила в сторону, и даже успешно. Увы, это не могло снизить градус напряжения, царившего в замкнутом пространстве стеклянной кабины.

В вестибюле Алек неловко помог мне надеть зимнюю куртку, а я попала в рукав не с первого раза, поэтому, едва застегнув молнию, чуть ли не побежала вперёд, чтобы как можно скорее покинуть душное здание.

У выхода Зорин перехватил меня за талию и развернул к себе лицом.

— Что?! — получилось резковато.

— Шапку забыла надеть, — растерянно ответил агент, натягивая на меня вязаный головной убор с пушистым меховым отворотом.

— Мне же идти только до машины, — буркнула я, убирая волосы, попавшие на лицо, только чтобы создать видимость занятости и не думать о том, что от внезапной близости трудно дышать, сердце бьётся как сумасшедшее, а в чувствах агента ко мне до сих пор остаются сомнения. Почему-то начинал безумно злить тот факт, что о моём отношении к Зорину известно даже директору БРИЗ.

— Доктор сказал, что организм подвергся стрессу и следует избегать малейшего риска подхватить простуду.

— Я в состоянии сама надеть шапку, Зорин.

Каждое слово выходило колючим как ощетинившийся ёжик. Сдержать внезапно накатившую злость не получалось совершенно. На желанных губах появилась мягкая улыбка.

— Я знаю. Просто… Ладно, пойдём.

Меня развернули лицом к выходу и, зачем-то взяв за руку, повели к машине.

В машине лучше не стало. То же замкнутое пространство, только движущееся. Внутри душно и меня сводит с ума свежий мужской аромат. Я даже не могла понять, чем именно пахнет — туалетной водой, гелем для бритья, может быть просто мылом и чистой одеждой, которая на Зорине почему-то вообще не пачкается, но каждый новый вдох заставлял кровь бежать по венам так быстро, что я ощущала покалывание на кончиках пальцев.

Словом, недолгая дорога до моей новой квартиры показалась бесконечной, а закончилась до обидного внезапно.

Не знаю, ощущал ли нараставшее напряжение Алек, но пока он открывал дверь в квартиру я уже не понимала, чего хочу больше: чтобы прижал к себе и поцеловал или чтобы просто ушёл, оставив одну.

— Если понадоблюсь — я в соседней квартире, — напомнил агент, вкладывая в мою ладонь ключи.

— Угу, — ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Звони, если захочешь чего-то.

— Угу, — я расстегнула молнию куртки, всем видом показывая, что мечтаю поскорее войти и даже сделала шаг в сторону квартиры.

— Кристина…

— Ну что ещё? — напряжение достигло предела, а потому выплеснулось в полный колкости вопрос. Последнее, что я увидела — это улыбка на раздражающе-желанных губах агента, который обхватил меня за талию, приподнял и внёс в квартиру, на ходу начиная целовать.

Сначала на пол полетела моя куртка, потом его куртка, опомнилась я уже на диване в гостиной, обнаружив, что сижу на коленях Алека в крайне неприличной позе к нему лицом. Его руки путаются в моих волосах, нежно гладят кожу лица, скользят по шее, опускаются ниже, невзначай задевая грудь, останавливаются чуть ниже, обнимают, прижимают к себе… А губы агента утягивают в водоворот бесконечного нежного поцелуя. Безумие закончилось в тот момент, когда мои руки скользнули под тонкий свитер и коснулись горячей кожи на его животе.

Он перехватил мои запястья и приложил их к своей груди, хриплым голосом заявив.

— Сначала ты сходишь со мной на свидание. Три свидания, если точнее.

Александр Зорин сделал это снова. Заставил почувствовать себя разнузданной девицей, которая думает только об одном. И без того пылающие щёки вспыхнули стыдом.

— Почему только три? — с вызовом спросила я. — Может быть, мне нужно десять свиданий «сначала».

Намеренно сделала акцент на последнем слове. Уголки его губ дрогнули в усмешке.

— Хоть двадцать, но не меньше трёх.

— Договорились, десять свиданий! — холодно заключила я, попытавшись слезть с колен агента. Не позволили. Сильные руки легли на мои бёдра, крепко удерживая на месте.

— Я дискомфортно чувствую себя в этом положении, — возмутилась я. — Такие посиделки положены только после пятого свидания!

— Поздно, — хмыкнул агент, гипнотизируя меня тёмным взглядом, в котором опасно сверкало что-то хищное. — Эту грань мы уже перешли.

Мужская рука легла на мой затылок, а обжигающие губы захватили верхнюю губу в плен, заставляя меня издать тихий стон.

В следующее мгновение Зорин снял меня с колен, усадил на диван, порывисто поднялся и поцеловал в макушку.

— Спокойной ночи, моя леди.

Он покинул