Пир Забвения Книга первая - Александр Немялковский

Уверенными взмахами косматых крыльев Ганн мчал Лорда вперед. Но этот розовый закат не растворялся в возвышенном наступлении поднебесной сини как обычно. Напротив он сгущался, тяжелел, наливаясь такими приятными Лорду Зираиды сочными алыми тонами. Он слоился и плелся по небесам алыми протуберанцами разрастающихся облаков, предвещая только победу.

Под Ссенром шумел густой лес, который для его гигантов — Джундаргов, чье бронированное брюхо скользило почти на стометровой высоте, был не большей преградой чем трава на лужайке. Земли же Эндоры накрыли будущий пир на довольно высоком холме у переливающейся голубой ленты полноводной реки Лениал, так называли ее люди.

Крепостные стены города были построены из глыб красного грубого камня в три яруса. Внутренний периметр, обрамляющий видный из далека ансамбль островерхих башен с буро красной черепицей, судя по всему хранил покой королевского дворца. Средний с проблесками золоченой и серебряной отделок служил пристанищем знати, ну а нижний, как и подобает, был отдан мастеровому люду. Стены Аридалы были не столь высоки как у Озерна и не превышали в самом высоком месте пятидесяти метров, так как строились в середине эпохи мира и благоденствия еще три тысячи лет назад. Немного выше поднимались лишь башни по углам стен, да на южных и восточных воротах. Даже некогда грозная водная преграда рва вокруг образующих правильный квадрат крепостных стен была испещрена бесконечным множеством каменных мостов. От рва, берущего начала в реке, простиралась извилистая сеть каналов, питающих окрестные деревни и поля за ними.

Столица людского покоса предстала Лорду в режущем взор многоцветье полей и пастбищ. Врожденная хватка хищника тут же уловила бегство. Пригородные деревни опустели первыми. От людского города и на север, и на юг впопыхах, суете и давке отходило множество кораблей, шлюпок и лодок. Забитые до верху людьми, скотом и скарбом, кто под парусами, кто на веслах разномастный флот спешно ретировался восвояси, волнуя хаосом волн речную гладь. На пирсах и пристанях цепкий глаз захватчика зрел приятную давку и панику. Однако самые крупные суда, которых насчитывалось около двадцати стояли на якорях двумя строгими линиями по правую и левую стороны города.

Урожай же на полях был подчистую вытоптан ровными шеренгами правильных воинских построений. Полк к полку, знамя к знамени, на красном фоне изображающие распростертого в прыжке льва. Блестящая сталь доспехов и хладное полыхание в солнечных лучах каленых наконечников копий молчаливо трубили славу грядущей сечи.

Ссенр с любопытством рассматривал, насколько хватало остроты глаза, какие-то непонятные механизмы во фронте и тылу воинских построений.

— Судьба благоволит мне! Люди, люди, люди! Тысячи тысяч! Благодатнейший пир для моих Жнецов, слава извечному Арлу! — радостью мрачной неистовой страсти заходилось сердце, и копилась слюна под языком Лорда. — Как их много!!! Сколь щедры твои крови Жатва Эндоры!

Ссенр буравил пристальным взором не только пастбища сытных покосов, но и небеса. Он лично хотел убедиться, несмотря на четкие доклады разведчиков Шракков. И то что он видел, подтверждало их слова. Небеса парили чистотой и свободой от чешуйчатых драконьих бестий. Все складывалось донельзя гладко.

Но вот то, что едва улавливал Ссенр даже не ухом, а глубинным нутром, нечто исходящее из недр заготовленного судьбой пира его сбивало с благодушного настроения и тревожило. Поначалу он принял далекий ритм за удары своего сердца, но после… Все четче и яснее… Все настойчивее и иступленнее… Из недр Аридалы исходило фанатичное — АРЛ! АРЛ! АРЛ!

— Хвала всеединому Господу Арлу! Хвала высочайшим его наместникам Хотари и Хотару! — с широченной улыбкой, тонувшей в некогда пышных, а теперь обвисших морщинами щеках нервно ликовал старый король людского королевства Микандр. — Его ангелы, его Арканы! Ты видел, Мирид, как величественны и одухотворены их лица? Нет, ты видел сколь мужественно-холодны их взоры! Сколь полны они отрешенности и преданности Всевышнему и его воле! Вот, сын мой, — старик теребил за плечи черноволосого юношу с небольшой бородкой, облаченного в роскошь узорчатых королевских одежд. Они стояли на балконе самой высокой башни дворца. — Когда все кончится и по воле Арла мы одержим славную победу, ты отправишься в Арллур и низко поклонишься от имени всех людей господину Улиру и госпоже Нианне. Ты слышишь, Николас? Обязательно… но только после пира! Да славного пира с музыкой, танцами и реками вина!!! — тормошил его старый король. — Мы победим! С Ангелами Арла не может быть другого исхода!!!

Взор юноши приковал затянутый мглой западный горизонт. Все в королевстве знали, что почтенно старый король Микандр был чрезмерно пуглив и немного слаб рассудком. Но за предыдущие деяния и мудрую политику его ценили и терпеливо ждали успения естественным образом даже его враги.

— А ты, Мирид! Сегодня для тебя выдался славный день! Я отдаю за тебя свою старшую дочь Лилианну! Я знаю, — хитро прищурился старик, в шутку погрозив перстом. — Она давно тебе строит глазки, да и ты к ней не ровно дышишь!

Грозный и собранный главнокомандующий Мирид, пронзительно вглядывающийся в западные дали, немного опешил от такого щедрого предложения короля, сделанного не к месту и не вовремя. Мирид как всегда был грациозен и сдержан. Молодость не была помехой для его стратегического ума, отменной выдержки и хватки голодного льва, чье золотое изображение красовалась на его медно-красных доспехах и гарде длинного двуручного меча. Алый бархатный плащ за плечами нехотя развивало слабое дуновение ветра.

— Благодарю вас, ваше Величество! — лишь на мгновение оторвав взгляд от горизонта и встретив взор короля, с коротким поклоном ответил военачальник. — И буду рад вернуться к этому разговору после того как мы выживем и отстоим Аридалу, — взор командора вновь устремился в даль.

— Выживем? — истерично захихикал старик. — Выживем? Ты бы себя сейчас слышал! Конечно! И мизерной тени сомнений быть не может! И не зависимо от того выстоит столица или падет! Я стар. Но все годы своего правления я был прозорлив. Я чувствовал, что эти времена настанут и готовился… Да-а-а!!! Готовился! Еще за долго до того, как ты родился Мирид, как родился мой любимейший сын Николас, я отправлял экспедиции в заснеженные северные земли по рекам и берегам океана. Сколько кораблей мы потеряли, сколько отчаянных сорвиголов не вернулось домой, но… Я нашел ее…

Мирид оторвался от созерцания горизонта и непонимающе воззрился на короля, у которого корона от возбужденного словоизлияния съехала набекрень.