Заповедник - Патрик Лестевка

быть, и красиво. Но у нас есть работа, - oн развернул карту в ацетатной оболочке. - Это тюрьма, - он указал на красную точку, - а это наше местоположение, - указывая на место в двадцати милях к югу. - Овертон и компания были в бегах две недели, так что радиус наших поисков чертовски широк.

- Кто может сказать, что они вообще здесь? - спросил Прицел. - Они могли бы дойти до боковой дороги, остановить грузовик и быть в тысяче миль к югу к настоящему времени...

- Я так не думаю, - сказал Ответ. - На некоторых особо опасных беглецов наверняка был составлен ориентировочный список, вероятно, были переданы радиопередачи с предупреждением автомобилистам сообщать о любых попутчиках в непосредственной близости от загона...

- И не забывайте, что команда Овертона украла только теплую одежду и оружие, - добавил Трипвайр. - Никакой еды. Они, должно быть, уже полуголодные, питаясь орехами, ягодами и талым снегом.

- Легкое мясо, - сказал Зиппо с набитым ртом персика.

- Возможно, - сказал Одди. - Но эти ребята - убийцы, а убийцы как животные: и те, и другие опасны, когда их загоняют в угол.

Где-то в первобытном лесу раздался дикий вой. В этом звуке было что-то очень тревожное: словно человек кричал голосовыми связками волка.

- Господи, - сказал Прицел. - Ну, по крайней мере, здесь есть что-то живое.

- Не бойся, малыш, - сказал Зиппо. - Я принес чистые подгузники на случай, если ты обосрешься в те, что на тебе.

- Лучше я насру тебе в ботинок, Зип.

- Эй, может, я сохраню свою добычу и засуну в ботинок.

Одди сложил карту и сунул ее в карман.

- Я предлагаю сделать круг вокруг Большого Медвежьего озера, - сказал он. - Это единственный источник пресной воды на многие мили, так что они, вероятно, затаились где-то поблизости.

- Сколько времени это займет? - спросил Ответ.

- Двадцать лет назад мы шли копытами в два раза быстрее, и обошли бы его за два дня. Но сейчас, в таких условиях? Скажем, за три-три с половиной.

- Черт возьми, Трип, - сказал Зиппо, бросив на рыхлого порнорежиссера оскорбительный взгляд. - Тебя бы убило, если бы ты хоть раз в жизни зашел в спортзал - немного джаз-аэробики, черт возьми?

- Ты задаешь темп, тупица, - сказал Трипвайр. - Я поддержу.

- На чем - на снегоходах?

- Ты такой же смешной, как пинок под дых.

Одди посмотрел на часы: 4:00 вечера. Прошло двадцать три часа с момента их встречи с Грозевуаром, и, за исключением нескольких беспокойных часов в "Лирджете", никто из них не спал.

- Я собираюсь немного поспать, - сказал он. - Выдвигаемся с первыми лучами солнца.

- Кто будет первым вахтенным? - спросил Прицел.

Зиппо спросил:

- Разве там есть какие-то косоглазые, поджидающие в засаде?

- Я знаю, - защищаясь, сказал Прицел. - Но могут быть... другие вещи.

- Я буду, - сказал Ответ.

Одди кивнул.

- Скажи, когда захочешь отключиться.

Мужчины сняли ботинки и застегнули сумки. Несмотря на полное отсутствие поддержки для поясницы, они вскоре погрузились в глубокий сон от усталости. Их сны, к счастью, забытые, были снами ветеранов боевых действий: горящие деревни, горящие фермы и горящие дети, жестоко изуродованные, но такие знакомые лица, кричащие сквозь дымку памяти.

Они еще не знали, что никогда не было и никогда не будет тюрьмы в долине Соджин. Они не знали, что Маркуса Овертона не существует; его имя было выбрано из телефонного справочника, а его преступления сфабрикованы. Они не знали, что их ждет в окружающей глуши, ждет с острыми когтями, острыми зубами и нестареющей хитростью. Они не знали, почему существо, выдающее себя за человека, привело их сюда. Поодиночке. Всех вместе.

Но они узнают. Скоро.

* * *

В полночь пришел этот человек.

Он шел, слепо спотыкаясь среди деревьев, в порванной и окровавленной парке. Он шел, открыв рот в безмолвном крике, сжимая в руках пару бесшумных "Беретт", курки взведены, обоймы пусты. Он пришел, охваченный ужасом, бросая быстрые взгляды через плечо, как будто сами фуриигнались за ним. Он пришел полумертвый, руки и грудь были изрезаны длинными кровавыми царапинами, куски плоти отсутствовали на его плечах и икрах.

Ответ наблюдал, как он выскочил на поляну. Человек не обращал внимания на потухающий огонь и спящих людей. Его взгляд был сосредоточен на далекой вершине холма - той самой вершине холма, на которую вертолет сбросил Ответа несколько часов назад - с напряженностью, намекающей на освобождение.

Человек бежал безрассудно, как слепой. Не зная, был ли он одним из тех, за кем они охотились, Ответ схватил его за лодыжки. Человек упал лицом вниз, и пистолеты отлетели вне досягаемости. Ответ заерзал по его телу, словно по столбу, прижимая руки мужчины к бокам. Мужчина не оказал особого сопротивления. Он издал слабые скулящие звуки, как испуганное животное.

Суета разбудила остальных, которые выскочили из своих спальных мешков и присоединились к Ответу.

- Смотрите, смотрите, - сказал Зиппо, всегда оптимистичный. - Неужели это один из тех уебков, которого преподнесли на блюдце с голубой коемкой?

Он представил себе быстрое завершение, Овертон и компания мертвы, их головы в рюкзаках, а он свободен на неделю отдыха и восстановления сил. Может, он отправится в поход на природу, каталогизируя местную флору и фауну. Или, может, он воспользуется M2A1-7, чтобы быстро поджарить лося. Возможности были безграничны.

- Не похоже на Овертона, - сказал Трипвайр, протирая глаза от сонного налета.

Лицо мужчины напоминало посмертную маску: на изможденных чертах было написано потрясение, а по краям, словно голодные мыши, проступало безумие. У него были безошибочные признаки преследования: глаза метались, как мухи, попавшие в скорлупу грецкого ореха, конечности дергались в инстинктивном побуждении бежать, грудь расширялась и сжималась в попытке насытить кислородом перенапряженную нервную систему. Прицел с большим беспокойством отметил, что мужчина был одет так же, как и они.

- Отпустите меня! Проклятие, они идут!

Кто идет? - подумал Одди. - Если только этот парень не один из команды Овертона, сбежавший от канадской полиции или какой-то другой оперативной группы. Он не прельщался перспективой препираться с канадскими властями, чтобы забрать его, особенно с такими взрывными действиями, как Зиппо и Ответ в смеси. Ситуация была написана как "международный инцидент".

Голова мужчины была выбрита, видны линии черепа. Сквозь прореху