Река жизни - Томас Сюгру

Когда двумя днями позже он оказался в лавке Поттера, то почувствовал, что вернулся домой. Он увидел книги, которые так хорошо знал; повсюду лежали фотографии, рамки, почтовая бумага, тетради, пахнущие краской коробки карандашей. Даже покупатели казались хорошо знакомыми – в основном они состояли из любителей книг. У Эдгара было ощущение, будто он занимался этой работой всю жизнь.

Боулинг-Грин оказался очаровательным городком, насчитывающим десять тысяч жителей. Он располагался на берегу реки Баррен, в окрестностях Мемфиса, на пересечении железных дорог, идущих из Луисвилла и Нашвилла. Город был переполнен студентами трех колледжей: Коммерческого университета, Христианской школы и Колледжа Огдена, основанного богатым жителем Боулинг-Грина с тем, чтобы обеспечить бесплатным образованием студентов округа Уоррен, центром которого являлся город.

Деловая жизнь города сосредоточивалась вокруг площади Фонтанов, зеленого островка с лужайками и тенистыми деревьями среди безбрежного моря зданий из красного кирпича и лавок с броскими витринами. С востока и запада к ней примыкали Стейт-стрит и Колледж-стрит; Майн-стрит и Фрозен-роуд подходили к ней с севера и юга. Лавочка Поттера располагалась на Мейн-стрит в нескольких кварталах от площади.

В конце первого дня мистер Поттер повел Эдгара вниз по Стейт-стрит. Они миновали площадь и вышли к большому дому, выкрашенному в бежевый цвет, с белыми ставнями. Он располагался примерно на таком же расстоянии к северу от площади, как и магазин к югу от нее.

– Вот дом миссис Холлинс,- сказал мистер Поттер.- Это пансион, здесь живут многие молодые специалисты. Кормят здесь хорошо, да и от магазина не так далеко. Думаю, вам здесь понравится.

Они вошли в большую гостиную. Слева располагалась столовая. Впереди была видна лестница, которая вела на второй этаж. Миссис Холлинс вышла поприветствовать их. Это была полная, небольшого роста женщина с приятной улыбкой. Она повела Эдгара наверх, чтобы показать ему его комнату.

– Молодые люди располагаются наверху,- объяснила она.- Женское население размещается на первом этаже. Я, как вы слышали, вдова, у меня две дочери. Они живут здесь со мной. У нас квартируют очень порядочные молодые люди. Уверена, они вам понравятся. Не возражаете, если в вашей комнате будет жить еще один постоялец? У меня есть большая комната на двоих. Один человек там уже живет. Давайте посмотрим, дома ли он. Он врач-отоларинголог. Вот, взгляните…

Она постучала в дверь. Дверь отворилась, и на пороге появился невысокого роста, крепко сложенный молодой человек. Он улыбнулся им.

– Это доктор Хью Бизли,- представила его миссис Холлинс.- Хью, это новый помощник мистера Поттера, его зовут Эдгар Кейси. Он хочет поселиться у вас, и, думаю, мы разрешим ему это сделать, как ты считаешь?

Эдгар пожал руку своему новому знакомому.

– Если не ошибаюсь, вы из Хопкинсвилла? – спросил он.- Я слышал о вас, но никогда раньше не встречал.

– А вы, судя по всему, один из семейства Кейси,- ответил доктор Бизли,- но я никогда никого из них не встречал. Ни вместе, ни поодиночке.

Миссис Холлинс смотрела на них, покачивая головой и улыбаясь.

Я спущусь вниз и скажу мистеру Поттеру, что вы остаетесь,- сказала она Эдгару.- Если вы согласны поселиться вместе – замечательно. Если нет, я подыщу вам другую комнату.

– Оставайтесь здесь,- сказал доктор Бизли.- Мне нравится ваше общество.

– А мне ваше,- ответил Эдгар.- Я боялся, что буду чувствовать себя одиноко.

Они вместе спустились к обеду, и за столом Эдгар познакомился с остальными жителями пансиона. Среди них были братья Блэкберн. Один из них, Джон Блэкберн, практикующий врач, носил окладистую вандейковскую бороду, чтобы скрыть свою молодость. Второй брат, Джеймс Блэкберн, был зубным врачом.

Остальными жильцами были Джо Дартер, секретарь Ассоциации молодых христиан, и Боб Холланд, работавший в универмаге. Все они оказались ровесникам Эдгара. Он привязался к ним. Они были дружелюбны и всегда готовы помочь, всегда полны энергии. Кром того, они занимались важным делом, о чем всегда мечтал Эдгар. В тот вечер он написал Гертруде: “Это место создано для нас. Здесь полно молодых людей, и все они заняты делом. Городок очень милый. По вечерам здесь очень тихо, и прохлада от деревьев на площади проникает в мое окно. На улицах удивительная чистота, а дома выглядят так, как будто их только что вымыли. Я знаю, что тебе здесь понравится…”

Эдгар стал посещать христианскую церковь и группу ревнителей христианства. Джо Дартер брал его на лекции и вечера, организованные Ассоциацией молодых христиан. Он открыл банковский счет. Жизнь потихоньку налаживалась.

Этот сон длился две недели. Затем голос стал пропадать. В субботу после работы он связался по междугородному телефону с Лейном и объяснил ему свою тяжелую ситуацию. Лейн велел ему срочно приехать в Хопкинсвилл. Эдгар поехал ночным поездом и на следующее утро был уже в приемной Лейна, где погрузился в сон. После пробуждения голос был в порядке.

– Это может случиться с тобой в любое время, Эдгар,- сказал Лейн.- Если ты не возражаешь, я мог бы приезжать по воскресеньям в Боулинг-Грин. Мы бы поддерживали твой голос в нормальном состоянии, и заодно я бы получал консультации для своих пациентов.

У Эдгара не было выхода.

– Хорошо,- ответил он.

Сначала Лейн приезжал два раза в месяц. Вскоре его визиты стали еженедельными. Каждый раз стоило огромного труда избавиться от присутствия в комнате Бизли, чтобы можно было проводить там “чтения”. Эдгар не осмеливался рассказать о них ни своим друзьям, врачам, ни кому бы то ни было в Боулинг-Грине. Он боялся. Когда он находился в обществе своих новых друзей или когда он был с Гертрудой, он точно знал, чего хочет. Он хотел жить простой, обычной жизнью доброго христианина, он хотел жениться на любимой девушке, жить в городе, который был ему по душе, с друзьями, которых сам себе выбрал. Он не хотел быть особенным, непохожим на других. Он не хотел быть ни психологическим медиумом, ни сомнамбулой, ни “мистическим врачевателем”.

Но когда Лейн заговорил о своей растущей популярности среди больных, Эдгар забеспокоился. Что, если он действительно наделен необычайной силой, а лечение больных с ее помощью предопределено ему свыше? Все казалось так просто: видение в детстве, способность спать на книгах и воспроизводить потом их содержание, потеря голоса, его восстановление благодаря тому, что в нем же самом обнаружились необычные способности.

Если бы только он был уверен. Если бы в это поверили врачи, а не только Лейн с его заочной школой и магнетическим лечением.

Жарким поздним вечером ему позвонили из Хопкинсвилла. Звонил мистер Дитрих,