Последняя обойма - Анатолий Гончар

Обычно лесосеки, на которых чеченцы пилили лес, находились гораздо ближе к посёлкам, да и не могло здесь быть лесоразработки — след, оставленный машиной, был одиночным. Наверное, об этом же подумал и Гордеев.

— Чи, — окликнул он впереди идущего Киселёва, и когда тот повернулся, показал знаками «уходим вправо», «увеличить дистанцию», «идем медленно», «смотреть, слушать». Тот кивнул и передал команду дальше.

Двигавшийся по-прежнему первым Старинов, повинуясь отданным указаниям, свернул вправо и теперь лез по узкой расселине, причудливым зигзагом уходящей вверх по склону. На этот раз Гордеев не стал дожидаться, когда головная тройка вылезет на крышу склона, а начал подниматься сразу, почти не отставая от двигавшегося впереди Киселёва, и слыша, как сзади бухает каблуками тяжело ступающий Маркитанов. Меж тем Старинов выбрался на ровную поверхность и, сделав ещё десятка два шагов, скрылся за расколотым надвое стволом бука. Поднявшийся вслед за ним Киселёв сразу же ушёл влево. Гордеев кивнул вправо пыхтевшему за спиной Димарику и проследовал за Стариновым.

Как только на равнину поднялась первая тройка ядра, головной дозор, вытягиваясь в растянувшуюся по лесу цепь, начал движение вперёд.

Шагавшему в середине группы Кузнецову казалось, что у него де жа вю — местность, по которой они двигались, один к одному напоминала вчерашнюю: такие же овражки и рытвины, ямы и заросли, заросли, заросли — орешника, всё того же шиповника и поросли бука. В одном месте неожиданно встретилась узкая полоса болотного тростника, хотя почва под ногами была твердой, без малейшего намёка на проникающую из земных недр влагу.

— Чи, — Гордеев окликнул впереди идущего Киселёва и, останавливая отряд, поднял вверх руку. Затем, повернувшись к Маркитанову, показал знаками «командира», «обоих», «ко мне». Сержант кивнул и по цепочке передал приказ дальше…

— Вадим! — Кузнецов, как и должно было быть, появился первым. — Что случилось? — чувствовалось, что он волнуется. Гордеев покачал головой.

— Пока ничего. Но мы сейчас подойдём вот к этому хребту. — Вадим кивнул в сторону возвышающейся на местности хребтины, правая сторона которой, обращённая к спецназовцам, представляла собой двадцати-сорока метровый, глиняный обрыв, с бегущим у подножия ручьём. — Места здесь базовые, хорошо защищенные от артухи, сам видишь.

Олег согласно кивнул. И в этот момент к ним присоединился подошедший Алфёров.

— Будет обидно, — продолжил свою мысль Гордеев, — если при наличии базы мы её не найдём.

— Будет, — согласился Алферов, — ещё как!

— Поэтому предлагаю разделиться. Ты, Олег, пойдешь, как идёшь, а мы с Сергеем возьмём вправо метров на двести и поведём параллельный поиск. Радиостанции на приёме, если кто обнаружит что-либо подозрительное, сразу сообщаем друг другу. Если будет возможность, то при обнаружении противника один ждёт другого.

— Без вопросов! — ни секунду не колеблясь, согласился Кузнецов. Что собой представляют чеховские базы, он уже видел, а не только читал и слышал, поэтому заниматься излишним шапкозакидательством не собирался.

Уже поворачиваясь, чтобы уйти, Гордеев поднял сжатую в кулаке руку вверх и едва слышно шепнул:

— Аккуратнее! — и, не дожидаясь ответной реакции, направился к ожидающей начала движения группе Алфёрова.

Они едва успели пройти несколько сотен метров.

— Чехи! — крик Старинова слился с обоюдно выпущенными очередями. Бандитская фишка* оказалась как раз на пути ведущего поиск головного дозора Кузнецовской группы. Кто кого увидел первым — неизвестно, но выстрелы раздались одновременно. Оба спешили, и потому пули пролетели мимо. Шедший вторым Киселёв кинулся влево, на ходу посылая очередь за очередью в мелькнувшую на бугре фигуру. Ответная очередь заставила его рухнуть на землю и ужом юркнуть в сторону в поисках укрытия. Если бы не застрочивший пулемёт выдвинувшегося вперёд Маркитанова, то сапёру пришлось бы туго.

— Кошкин, связь! — заорал Олег и, пригибаясь, рванулся вперёд в сторону ведущего огонь сержанта. До противника было всего ничего. Олег обогнал прыгнувшего за ствол Есина и, метнувшись вправо, поравнялся с прильнувшим к своему «Печенегу» Маркитановым.

— Прикрой!

Молодой задор, желание свершений, пока ещё не придушенные неизбежной горечью утрат, болью, разочарованием, вели его вперёд вопреки свистящей над головой смерти. Со скоростью спринтера он вбежал, даже скорее влетел на взгорок, и по-прежнему не обращая внимания на летавшие повсюду пули, свои и чужие, свалил находившегося на фишке* бородатого чеха, спрятавшегося за стволом огромного бука. Второй бандит, засевший чуть в стороне, в небольшом, совсем недавно отрытом окопе, развернул ствол и полоснул очередью по набегавшему на него старлею. Пули просвистели совсем рядом. Одна из них пробила поясную разгрузку, зацепила магазин и, оставив на нём свой росчерк, понеслась дальше. Возможно, именно эта пуля привела в чувство бесшабашно ринувшегося в атаку и забывшего о своих командирских обязанностях старшего лейтенанта. Он прыгнул, заваливаясь вперёд к земле, и уже в падении нажав спусковой курок, выпустил короткую очередь в сторону всё ещё пытавшегося поймать его на мушку чеха. Смерть прошла мимо обоих, но в следующую секунду везение моджахеда кончилось: прикрываемые огнем с левого фланга, на позицию вражеского охранения, стреляя на ходу, вбежали сразу двое — Старинов и Маркитанов. Чьи именно пули ему достались, понять было невозможно, скорее всего, попали оба. Мгновенно залитый кровью бандит выронил оружие и, завалившись на спину, сполз на дно окопа. Следом за Маркитановым, низко пригнувшись, бежали радисты. Когда буквально под ноги бегущим хлобыстнула вражеская очередь, Кошкин рванул вправо к перекатившемуся в сторону группнику, а чуть приотставший Лисицын, в прыжке уйдя влево, свалился на истекающий кровью труп. Вздрогнув от неожиданности, он отпрянул назад, чисто на автомате подхватил лежавший рядом с убитым одноразовый гранатомёт и, изо всех сил оттолкнувшись сразу обеими ногами, вылетел за пределы смердящего свежей смертью окопа.

— Не останавливаемся! Вперёд! — вспомнив о своих обязанностях орал Кузнецов, при этом спешно меняя ещё не закончившийся, но всё же почти пустой магазин на полный.

— Кошкин, скидывай координаты! — он кинул джипиес подбежавшему радисту и вместе с подтянувшимся Есиным поспешил вслед головному дозору, продвигающемуся вглубь вражеской обороны. Им повезло, что они справились с охранением в считанные секунды — на базе царила суета и неразбериха. Бандиты, не ожидавшие столь стремительно броска спецназовцев, ещё не успели привести свой лагерь в боевую готовность. Кто-то бегал полностью одетый, но без оружия, кто-то с оружием, но без обуви и разгрузочного жилета.

Несшегося по поляне длинного худого моджахеда срезали сразу с трех направлений. Он упал и, судорожно дёргая окровавленной головой, забил ногами.

«Ещё один», — машинально отметил Кузнецов, наблюдая за агонией распластавшегося на земле противника. В следующее мгновение из-за причудливо извивающегося отростка хребта, узким ужом вползающего на базу, выскочил здоровенный амбал. Не обращая внимания на замолотившие вокруг пули, он пересёк открытое пространство, вскинул себе на спину тяжело раненного бандюка и, метнувшись обратно, скрылся под защитой всё того же отростка. Вдарившие ему вдогон очереди пронеслись мимо. И почти тотчас в ответ затарахтели духовские автоматы. Точнее, тарахтели они и раньше, только их пули ложились в стороне от беспрестанно меняющего позицию Олега. Теперь же они взвизгнули над самой головой. И приличная, в запястье толщиной ветка, с хрустом надломившись, повисла вниз прямо перед лицом вжавшегося в землю старшего лейтенанта, загородив ему обзор, но заодно и закрыв от взгляда уже прицеливавшегося в него бандита. Кузнецов откатился в сторону, и в тот же момент по тому месту, где он только что лежал, прошлась автоматная очередь. Потревоженный сучок, качнувшись, рухнул на землю. Олег вскочил на ноги и рванул влево под укрытие толстого, впившегося узловатыми корнями в землю бука. Огонь со стороны разведчиков усилился. Тройки уже подтянулись, и теперь шло выравнивание флангов с постепенным охватом деморализованного противника. Казалось, ещё немного, и последнее сопротивление будет сломлено. В азарте Олег вновь забыл о командовании, скорее выполняя в бою роль простого автоматчика, чем командира группы. Он видел лишь свой АК -74М, себя и залегшего впереди чеха, которого, во что бы то ни стало, он должен был уничтожить. Всё остальное было где-то в стороне, даже лежавший слева от него снайпер, пулю за пулей отправляющий в сторону противника, какое-то время не привлекал его внимания. Впрочем, пока его вмешательство и не требовалось. Когда-то кто-то сказал: «Научи солдата как дОлжно, и когда придёт время, он всё сделает сам». Олег был хорошим учителем — бойцы, прикрывая друг друга, продвигались вперёд, охватывая базу в постепенно сжимающееся полукольцо.