Cто лет безналом - Виталий Держапольский

— Слушай, давай перейдем на «ты», — предложил Булатников.

— Давай, — легко согласился Олег Сергеевич.

— Я вот чего тебя спросить хотел, — вдруг сказал Леонид, — а чего ты вообще за это дело взялся? Двигал бы себе бытовую технику на Российский рынок и забот не знал!

— Это долгая история, — сказал Сотников.

— А мы вроде никуда не спешим! — возразил Леонид. — Но если не хочешь — не говори.

— Скрывать-то, в общем, нечего, — сказал Олег. — Просто не люблю вспоминать. Семья наша была бедной. Все состояние — личное время отца и матери. И они тратили его на нас, детей. Брат у меня еще и сестра. Обуть, накормить, дать образование. Заработать по-человечески не удавалось — в стране кризис и разруха. Нет-нет, да залезали в личное. Старели на глазах. Я бы для них свое «личное» бы не пожалел! Но до совершеннолетия оно для меня было недоступно![82] Родители поставили нас на ноги, и… — голос Олега дрогнул, словно кто-то перекрыл ему доступ воздуха.

— Извини, старина, — с сожалением произнес Булатников, — я не знал!

— Я поклялся на могиле родителей, — продолжал Сотников, словно не слыша извинений Леонида, — что сделаю все, чтобы изменить этот поганый мир!

— Можешь рассчитывать на меня! — Леонид легонько ткнул Сотникова кулаком в плечо.

Бывший далекий, но нашенский город Владивосток, ныне все такой же далекий, но уже, увы, не нашенский, а китайский Хайшинвей, встретил путников густым моросящим туманом. Легкая летняя рубашка Булатникова вмиг напиталась влагой и прилипла к телу. Одежда Сотникова тоже выглядела не лучшим образом.

— От такой погоды и зонтик не поможет! — недовольно пробурчал Олег. — Погода, черт бы её побрал!

— Влажность — сто процентов! — глубокомысленно изрек Леонид. — Здесь в июне всегда так. И дождя нет, и мокрый насквозь! — стряхнув каплю с кончика носа, улыбаясь, пояснил Булатников.

— Куда нам ехать? — не разделяя радости Леонида, спросил Сотников.

— Сейчас разберемся, — ответил Булатников, глазея по сторонам. — Я ведь при китайцах здесь ни разу не был! Понастроили паразиты!

Действительно, сегодняшний Владивосток представлял собой дикую смесь азиатских, западных и российских архитектурных стилей. Американские небоскребы соседствовали с советскими хрущевками, а китайские пагоды с христианскими храмами. Многоступенчатый горный ландшафт, море и корабли придавали городу экзотический вид.

— Где еще встретишь такое разнообразие? — риторически спросил Булатников.

— Сингапур, Гонконг, ну, пожалуй, еще Бангкок, — отозвался Сотников.

— Нет, не то! — возразил Леонид. — Здесь явственно тянет русским духом…

— С китайским душком! — рассмеялся Олег.

— Эт точно! — согласился на этот раз Леонид. — Ладно, нам в ту сторону.

Немов жил в трехкомнатной квартире многоэтажного панельного дома еще советской постройки, в просторечии называемой «крейсером». Войдя в подъезд, Булатников брезгливо сморщился. Весь подъезд пропах китайскими благовониями. Поднявшись по заплеванной окурками лестнице, Леонид остановился напротив нужной двери. Позвонил. Дверь открыл усатый мужчина лет сорока, немного полноватый, но крепкий, словно медведь, нагулявший на зиму жирку.

— Ленька, чертяка! — закричал с порога мужик, облапив Булатникова сильными руками.

— Дядь Петь, раздавишь! — выдохнул Леонид.

— Ты чего здесь? Один? А где Витя? — вопросы сыпались на Леонида словно из ведра.

— Дядь Петь, — тихо сказал Булатников, — Виктор Николаич пропал!

Немов вмиг посуровел, кивком указал на дверь:

— Заходите! Моих дома нет, но если вы не против, пройдемте на кухню. Там удобнее. Да, Леонид, познакомь меня с твоим товарищем. А то неудобно, как-то…

— Знакомьтесь, Олег Сергеевич Сотников, — представил товарища Леонид.

— Можно просто Олег, — добавил Сотников, протягивая руку.

— Петр, — представился Немов, скрепив знакомство крепким рукопожатием.

— По старому сибирскому обычаю, — сказал Немов, доставая из холодильника запотевшую бутылку водки и расставляя на столе граненые стаканы, — за встречу обязательно нужно выпить! Хотя бы чисто символически!

На этот раз Сотников не стал протестовать, а честно проглотил свою норму спиртного.

— Рассказывай, — коротко приказал Леониду Немов, когда все выпили.

— Последний раз я видел Николаича две недели назад… — начал свой рассказ Булатников.

Когда он закончил, Петр сказал:

— А ведь я разговаривал с ним три дня назад! Он сказал, что близок к завершению. Просил меня в последний раз проверить расчеты.

— А не можете вы в двух словах объяснить суть разработок профессора Сильнягина, — попросил Сотников.

— В двух словах, — Немов задумался, — попробую. Как вы знаете, на сегодняшний день источником, то есть генератором времени, является человеческий организм. Больше, по мнению Таранова ни одно живое существо не способно генерировать время. Он объясняет это наличием у человека разума. Косвенно его предположения подтверждают неудачные опыты с высшими приматами и дельфинами, обладающими зачатками разума. Но на планете помимо млекопитающих существуют многочисленные виды насекомых, с точки зрения Сильнягина также обладающие разумом. Несколько иным, непонятным человечеству, но разумом! В этом я с ним полностью согласен! Термиты, муравьи, пчелы, осы, все виды живущие сообществами. Отдельная особь — ничто! Рой — вот он, разумный организм! Виктор предложил поместить в глубь роя накопители, наподобие банковских, только несколько иной конструкции. Я работал с насекомыми, Виктор ведал технической стороной дела. В итоге мы должны были получить генератор наподобие пчелиных сот…

— Пчелки, запасающие не мед, а время! — догадался Сотников.

— В общих чертах верно! — согласился Немов. — Три дня назад позвонил Виктор, сказал, что устройство готово. Проблема только в насекомых, но это уже моя область. Сегодня вечером я собирался вылетать в Москву, чтобы продолжить опыты совместно с профессором Сильнягиным. Билеты купил на всю семью. Они давно уже не были в России…

— Кто-нибудь кроме вас знал о том, что Виктор Николаевич закончил расчеты накопителя? — спросил Сотников.

— Нет, — мотнул головой Немов, — я никому не говорил! Хотя….Неужели Лю нас вычислил…

— Конкретнее, пожалуйста! — попросил Олег.

— Когда мы только начинали, лет десять назад, мне помогал в опытах один молодой китаец Лю Шин Зу. Смышленый малый. Затем наши дорожки разошлись, он получил престижное место в университете. Мы почти не виделись. И лишь недавно я столкнулся с ним случайно, и по старой дружбе попросил его проверить расчеты… у меня что-то не ладилось…