Время далекое и близкое - Василий Коньков

8 сентября 1941 года фашисты захватили Шлиссельбург и широким фронтом вышли к Неве, к Ладоге. Мы оказались лицом к лицу с врагом, а вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады с суши. В тот же день и вечер над нашими головами в сторону города прошли немецкие бомбардировщики, которые совершили массированный налет на город. Когда стемнело, мы увидели над Ленинградом зарево пожаров. Как мне стало известно, горели Бадаевские склады с продовольственными запасами.

Стиснув зубы, с тяжелыми думами смотрели на запад бойцы и командиры. Все понимали, что для каждого из нас настал час решающих испытаний.

С противоположного берега Невы доносился гул танковых моторов. В ночное время наши наблюдатели докладывали о подходе фашистских подразделений, боевой техники.

Штаб фронта все время напоминал нам, что ни в коем случае нельзя допустить переправы гитлеровцев на наш берег, требовал усилить разведку, сосредоточить главные силы дивизии в районах возможных переправ. Естественно, мы следили за всеми передвижениями противника. Готовились к тому, что враг перед форсированием такой широкой водной преграды постарается обрушить на нас всю мощь огня, разбить прибрежные укрепления, подавить огневые точки. Форсирование реки он мог начать и в ночное время, внезапно.

Вражеские солдаты поначалу разгуливали по берегу, словно по проспекту. Но наши бойцы быстро сбили с них спесь метким огнем. На одном из участков на берегу появились три фашиста. Я приказал срочно вызвать снайпера. Вскоре в работу включился красноармеец Тэшабой Адилов. Он "снял" одного гитлеровца, другие скрылись. Через некоторое время по ложбине из-за кустов к прибрежным окопам подъехала немецкая кухня. Адилов не дал повару раздать пищу, прикончил гитлеровца метким выстрелом. Взбешенные фашисты выкатили пушку и начали бить прямой наводкой по тому участку нашего берега, откуда вел огонь снайпер. Однако первым же выстрелом Адилов уложил наводчика пушки. Немцы больше не решались стрелять с открытых позиций и откатили орудие в укрытие.

Наши наблюдатели внимательно следили за поведением противника. Дивизионная газета "К бою готовы" рассказала, как разведчик-наблюдатель Сурен Арутюнян заметил, что выскочивший из кустов фашист пробежал открытое место и скрылся в укрытии. Вслед за ним туда же проскочили еще семь солдат. Он немедленно доложил о замеченном командиру батареи. Тот приказал уничтожить врага расчету орудия, установленного на прямую наводку. Артиллеристы быстро произвели вычисления. Ни один из фашистов не ушел от их меткого огня.

На соседнем участке была обнаружена колонна вражеских автомашин, двигающихся по дороге к берегу.

Командир минометной батареи лейтенант Мальковский с наблюдательного пункта передал координаты цели на огневые позиции.

Точным выстрелом минометчики подбили две машины, раздался взрыв. Очевидно, в кузовах были боеприпасы. В течение нескольких минут рвались снаряды. Минометчики уничтожили около десяти фашистских машин. В тот же день отличилось орудие ефрейтора Чепайкина. Его расчет внимательно изучал берег, занятый фашистами. И вот наводчик Суханов обнаружил замаскированный в кустах катер. Грянул выстрел. Сильный взрыв и облака густого черного дыма свидетельствовали о том, что катер взорвался.

Накануне ночью враг вел беспорядочную стрельбу по нашим позициям. Артиллерийские наблюдатели засекли местоположение нескольких орудий. С рассветом орудие взвода лейтенанта Тарынчина метким огнем подавило минометную, а затем 75-миллиметровую батарею, разбило штабной автобус, грузовую машину и уничтожило две огневые точки.

Командование дивизии всячески поддерживало боевую активность артиллеристов и ставило их действия в пример другим.

С каждым днем самых различных стычек с противником происходило все больше. Было ясно, что враг накапливает силы, ведет разведку позиций с воздуха, готовит переправочные средства. Мы в свою очередь укрепляли оборону, бдительно следили за вражескими действиями, наносили артиллерийско-минометные удары по огневым позициям, обнаруженным наблюдательным и командным пунктам.

Так прошла неделя с тех пор, как первые фашистские солдаты появились на левом берегу Невы. Мы вели своеобразный отсчет времени.

...Ночь. Тихо на берегу. Но эта тишина напряженная. Из своих укрытий красноармейцы непрерывно ведут наблюдение за противоположным берегом. О себе фашисты напоминают минометным огнем, шальными очередями из пулеметов, осветительными ракетами.

Пробираясь по ходам сообщения к переднему краю, мы с комиссаром Овчаренко услышали приглушенный разговор, доносившийся из укрытия, остановились.

- Гитлеровцы истошно орут на каждом перекрестке, что скоро будут ночевать в теплых ленинградских квартирах.

- Трех фашистских шайтанов я сегодня уложил, пусть знают, какую мягкую постель приготовил им снайпер Адилов.

- Еще есть новость, товарищи бойцы: десантом грозятся гитлеровцы: мол, упадут прямо на головы русским.

- Правильно, товарищ политрук, мы их успеем перевернуть, чтобы они на головы упали, пусть вдоволь напьются невской водички...

Последние слова заглушил негромкий смех. Здесь нас с Овчаренко заметили. Я сумел разглядеть много знакомых лиц. Политрук Артюхов, беседовавший с бойцами, вызвался сопроводить нас. Мы велели ему остаться на месте, продолжать беседу. К тому же командир батальона доложил о том, что наблюдатели сообщили, что с противоположного берега плывет плот. Тут же с вражеской стороны застрочили пулеметы. Группе бойцов во главе с сержантом Г. Алексеевым комбат приказал выдвинуться на выступ берега.

Мы терпеливо ждали, когда приблизится плот. Но Алексеев доложил, что он пуст. Стало ясно, что фашисты рассчитывали этой уловкой вынудить нас открыть огонь, чтобы засечь таким образом огневые точки. Не вышло.

...Утро. С рассветом над позициями дивизии завис фашистский самолет-разведчик. Зенитчики его отогнали. Наблюдатель сообщил, что на противоположном берегу в деревушке появились вражеские солдаты. В бинокль можно было рассмотреть, как из леса, озираясь, осторожно выходили гитлеровцы. Вот они подошли к домам. Оттуда выскочили женщины и дети. Фашисты загнали их в сарай, сами продолжали шнырять по берегу. Этим воспользовались наши снайперы. Они стали "снимать" обнаглевших гитлеровцев.

...День. Налетела вражеская авиация. В течение часа самолеты бомбили и обстреливали наши позиции. Большая часть бомб угодила в реку. Поскольку наш подразделения хорошо зарылись в землю, никто из бойцов не пострадал.

Но вскоре мы увидели такое, что нас потрясло до глубины души. Гитлеровцы выпустили из сарая женщин и детей и под стволами автоматов заставили их прогуливаться по берегу Невы. А сами стали выкатывать пушки. Отличились снова наши снайперы. Они начали уничтожать орудийную прислугу. У фашистов началась паника. Женщины и дети разбежались. В дело включились минометчики подразделения Митрофанова. Одна мина угодила точно в орудие. Еще одна попала в автомашину. Раздался сильный взрыв. Фашисты попрятались и больше не показывались.