Сбывшаяся надежда - Джоанна Лэнгтон

— Знаешь, пару месяцев назад он пытался изменить наши отношения, — неохотно призналась она. — Он вдруг стал бурно ухаживать за мной, чего раньше никогда не случалось. Кроме того, он намекнул мне, что наша свадьба была бы отличным шагом с точки зрения совместного бизнеса.

— Жена с капиталом всегда привлекает честолюбивых мужчин, у которых собственные доходы значительно упали и им приходится потуже затянуть ремень.

Энжи уже хотела было рассказать мужу, что Джек никогда и не надеялся, что с ее стороны могут последовать какие-либо дополнительные капиталовложения в их совместный бизнес, но потом вспомнила, как он неоднократно с восхищением отзывался о светском стиле жизни ее матери. Вероятно, Джек полагал, что женитьба на дочери Маргарет со временем откроет ему двери в высшее общество и поправит его финансовое положение.

— Неужели Джек мог быть таким меркантильным? — с горечью простонала Энжи.

Лоренцо с нескрываемым интересом наблюдал за женой, улавливая малейшие изменения в ее настроении, интонации или выражении лица.

— Невыносимо больно думать, что тот, кого ты считаешь своим другом, рассматривает тебя как источник прибыли, — страдальчески произнесла она. — Как можно быть таким лицемерным и все время притворяться, что влюблен в меня… Подумать только, а я еще боялась оскорбить его чувства!

Она обиженно посмотрела на Лоренцо, ища сочувствия в его глазах. Тот молчал, и это несколько насторожило ее. Но вот он моргнул, и его лицо исказила хищная улыбка.

— Ужасный лицемер! — послушно согласился он.

И тут Энжи вспомнила, что призналась Лоренцо в сговоре с матерью, имевшем целью выкачивание денег из него самого. Она вспыхнула до корней волос, готовая провалиться сквозь землю от стыда. Но муж положил широкую ладонь на сжатые в кулак руки и мирно произнес:

— Давай поговорим о чем-нибудь приятном. Какие у тебя планы на предстоящие две недели?

— Какие? — переспросила она, радуясь смене темы разговора. — Мне бы хотелось побродить по Милану, его историческому центру, побывать в музеях и картинных галереях… В общем, по тем местам, о которых я читала, еще учась в школе. — Энжи мечтательно вздохнула. Но, вспомнив о поднятой газетами шумихе по поводу их брака, испугалась. — А нам можно свободно выходить в город и появляться в общественных местах?

— Журналисты уверены, что мы до сих пор на Сицилии. Кроме того, существует масса способов избавиться от них, самым правильным из которых будет опубликование в прессе нашей фотографии, подтверждающей, что мы вместе, — с легкостью отреагировал он. — Опередив их, мы выбьем почву у них из-под ног.

В тот день он познакомил ее со всей прислугой на вилле, а потом провел по территории парка, окружавшего особняк. Владение оказалось обширным, а экскурсия по нему такой увлекательной, что они вернулись в дом только к ужину. После этого Лоренцо вознамерился показать жене виллу. Начав со строительства дома первыми владельцами поместья, он проследил его историю вплоть до последнего дня. Оказывается, этот дом был построен для любовницы одного богатого аристократа, питавшего к ней сильную страсть.

— У них было семеро детей. Херувимы, изображенные на стенах, были написаны с них, — сказал Лоренцо, остановившись у фрески. — Он женился на ней, когда родился их первенец. Он — аристократ, а она дочь крестьянина…

— Звучит, как старая и пошлая шутка, — не удержалась Энжи от ехидного замечания. После высокомерного высказывания его матери она слишком болезненно реагировала на малейшие упоминания о классовом неравенстве.

— И, несмотря на то, что у них было мало общего, они прожили вместе свыше тридцати лет, — с неожиданным пафосом произнес он.

— Если моделью для этой сладострастной блондинки являлась та самая крестьянка, то не трудно понять, что его в ней привлекло. Она вызывающе сексапильна, — с осуждением сказала она, глядя на портрет, висевший на стене. С некоторых пор Энжи возненавидела всех блондинок. — Но ей пришлось заплатить за это, не так ли? Родить семерых детей! И это в те времена, когда большинство женщин погибало при родах! Какая же эгоистичная скотина был этот ее муж!

— Знаешь, а я никогда раньше не рассматривал их супружескую жизнь с такой точки зрения, — признался Лоренцо.

— Охотно верю, ведь ты мужчина. Она отдала себя за будущее благополучие. В те давние времена, если девушка была бедной, то у нее не было иного выхода, и я уверена, что родные попросту продали ее этому аристократу. Впрочем, он весьма привлекательный, но намного старше. Я права? — осведомилась она, тщательно изучив изображение упомянутого героя.

— Да, около десяти лет разницы.

— Значит, ей пришлось преодолеть и возрастную разницу.

— Ты тоже чувствуешь эту разницу? — В голосе мужа прозвучала тревога.

— Тебе же всего двадцать девять, — оправдывалась Энжи, удивленная неожиданным ходом его мыслей.

— Перестань мямлить и скажи откровенно, — потребовал он, неожиданно демонстрируя переменчивость настроения. — Ты действительно чувствуешь возрастную пропасть между нами?

— Ох, Лоренцо, — выдохнула она, — ты для меня просто ты.

— И никто другой? — уточнил он.

— Единственный и неповторимый. — Она подтвердила свои слова энергичным кивком. Увидев в его глазах какой-то необъяснимый свет, Энжи отвернулась и вяло произнесла: — Я очень устала и хочу спать.

После короткого замешательства Лоренцо проводил ее в спальню. Она уже и раньше подумывала о том, что ей надо собрать вещи и сменить комнату. Чем меньше предметов будет напоминать ему о ее существовании, тем лучше. Он должен расслабиться и забыть о ней. Это в его интересах и ради его блага. И если им отведено судьбой всего две недели, то она сделает все от нее зависящее, чтобы добиться нужного результата. С такими мыслями Энжи перебралась в пустую спальню, расположенную наискосок от его спальни.

Не успела она залезть под одеяло, как в комнату вошел Лоренцо в обмотанном вокруг бедер махровом полотенце. Не говоря ни слова, он выдернул ее из постели и потащил в свою спальню.

— Что ты делаешь? Мы же теперь с тобой друзья, а друзья не спят вместе в одной кровати!

— Новый друг мне не нужен. У меня много друзей-товарищей. Я хочу, чтобы ты спала рядом со мной, там твое место, — назидательно изрек он, заботливо укладывая жену в постель и накрывая простыней. Отбросив в сторону полотенце, он лег рядом. — Все, на сегодня достаточно. Спокойной ночи, дорогая.

— Но ведь мы на грани развода. Зачем все это? — недоумевала Энжи.

— Если тебе повезет и я первым отброшу копыта, ты останешься молодой, красивой и чертовски богатой вдовой, — послышался издевательский ответ. — Боже правый! Как неумно с моей стороны вкладывать в твою голову подобные мысли!