Враг мой – муж мой - Анастасия Разумовская

– Ларан, – простонала девушка, – отвернитесь.

– После всего, что между нами было, вы всё ещё стесняетесь меня? – обиженно поинтересовался герцог Морского щита, однако в его голосе сквозила насмешка.

Леолия откинула полог и зажмурилась от солнечного света.

Ей не показалось. Кровать действительно находилась в саду. Прямо среди цветов лилового ириса. Рядом, в мягком кресле, закинув длинные ноги на подлокотник, валялся Ларан. Лицо его сияло радостью.

– Почему я… и где мои…

– О, всё очень просто, – Ларан легко вскочил, учтиво поклонился, подхватил кружевной пеньюар, перекинутый через ветку, помог ей накинуть его. – Вас отравили, и лекарь велел, чтобы вы выздоравливали в саду. Служанки и фрейлины под подозрением. В остальном – всё как обычно.

«Отравили?!» Ледяной ужас охватил ослабевшую девушку. Убийца на лестнице. Теперь яд. Кто-то не остановится ни перед чем…

«Кто-то, – мрачно подумала она и вспомнила ненавидящее лицо Алэйды в покоях. – Мне кажется, я даже знаю кто…». Ослабевшие колени подогнулись, и Леолия упала бы, если бы Ларан её не подхватил. Сильные руки обняли её плечи, щеки коснулся мягкий локон. Девушка покраснела.

– Отпустите, – шепнула, не смея признаться себе, что мужские объятья показались приятными.

Вместо того, чтобы послушаться, Ларан подхватил её на руки, прижав к груди.

– Вы не должны так делать, – слабо прошептала Леолия.

– Плевать, – хмыкнул он. – Каждый раз, когда я отпускаю вас, с вами происходит какая-то хрень.

Это было возмутительно, неподобающе… Но Леолии почему-то стало смешно и уютно, и совсем не хотелось спускаться с его крепких рук. В его объятьях она чувствовала себя в безопасности. А насмешки Морского герцога больше не раздражали. С ним было тепло и легко.

– Вы меня компрометируете, – упрекнула принцесса, невольно улыбаясь.

– Как и вы меня, – ответная улыбка заиграла ямочками. – Куда вас отнести?

Она бездумно положила голову на его плечо и закрыла глаза.

– В мои покои.

– Польщён вашим приглашением, – хмыкнул он.

И Леолия вновь заснула. Сон был лёгким, как сам Ларан.

***

В следующий раз она проснулась от того, что в спальню вошёл король. Двери хлопнули, тяжёлые шаги нарушили тишину. Леолия открыла глаза и приподнялась на подушках.

– Как себя чувствуешь, дочь моя? – вяло спросил величество, подошёл к окну, открыл его и, сгорбившись, устремил взгляд куда-то в сад.

– Благодарю вас, отец, – холодно ответила принцесса.

– Вы сможете стоять и ходить?

– Полагаю, что да.

Леолия до сих пор не поняла, что для отца она не дочь, а принцесса. Последний аргумент для заключения того или иного союза. Товар, который нужно как можно выгоднее продать. Давно пора было осознать это. А она до сих пор ждёт от короля какой-то заботы и беспокойства.

– Постарайся сегодня выздороветь. Тебе вскоре предстоит явиться в полном облачении на свадьбу.

– Свадьбу? – переспросила Леолия, опешив.

Что он имеет ввиду? Кто женится? Америс?

– Да. Завтра твоя свадьба.

– Ч-что?

Леолия бессильно откинулась на подушки.

– И кто же мой жених? По-прежнему герцог Медвежьего щита, или вы нашли мне нового? – съязвила она.

Бесполезно просить повременить, пока болезнь не пройдёт. Король и сам должен прекрасно понимать, что с ней происходит. Королевский лекарь обязательно доложил ему. Но кто такая Леолия, чтобы её беречь? Расходный материал, принцесса. Интересы королевства превыше всего.

– Не иронизируй, – сумрачно отозвался Эстарм, даже не обернувшись.

Усталость в его голосе вызвала было жалость в дочери, но Леолия стиснула зубы. Отец не жалеет её, с какой же стати жалеть его?

– Значит, Медведь, – подытожила она. – А как же свадебное платье? Насколько мне известно, его пошив обычно занимает не менее полугода.

Она следила взглядом за крошечным паучком, который осторожно спускался по тонкой паутинной ниточке с потолка прямо над её ложем. Видимо, никого из прислуги не пускали в её покои всё то время, пока она недужила. И это натолкнуло на новую мысль.

– Ерунда, – отмахнулся отец. – Ты фигурой похожа на мать. Её свадебное платье немного перешьют, украсят новыми драгоценностями. Не думаю, что кто-либо через двадцать с лишним лет способен будет опознать его.

Леолия поморщилась. Надевать платье матери, да и в целом, платье, которое кто-то уже надевал до тебя… На свадьбу! Дурная примета. Но любая дурная примета дохла прибитой мухой рядом с образом Медвежьего герцога. Ни одна примета не могла выдержать в своей дурности конкуренции с ним.

– А тот, кто покушался на меня…

– Найден. Одна из твоих служанок.

– Она в тюрьме? – живо заинтересовалась девушка.

Служанка. Как же! Во-первых, зачем ей? А во-вторых, откуда у служанки столько денег? Сначала заплатить наёмнику, потом купить недешёвый яд…

– Она мертва, – холод в тоне короля сменился засухой. – Видимо, совесть замучила. Или, вернее, страх разоблачения. Выбросилась из окна.

Леолия скрипнула зубами. Отец не может быть настолько наивен, чтобы поверить в такую чушь. Просто это удобно – верить в то, что убийцы больше нет.

– Отец, я прошу вас отстранить дочь герцога Золотого щита от обязанностей моей фрейлины.

Король обернулся. Ну надо же! Ничто до этих слов не привлекло его внимания! Насупился.

– Ты понимаешь, какой это вызовет скандал? Подобный поступок был бы оскорблением Золотого щита. Ради чего? Что за женские капризы?

– У меня есть основания подозревать её в покушениях на мою жизнь, – прямо ответила Леолия.

Король нервно захрустел пальцами.

– Что за глупости? Лия, это абсурд. Зачем Алэйде устраивать покушения на свою принцессу? Что за дурацкие подозрения!

– Вы знаете, что дочь Золотого герцога – любовница моего жениха? Разве это не основание для того, чтобы отказать ей от двора?

Лицо короля пошло алыми пятнами.

– Вы сердите меня, дочь моя! Я недоволен вашим воспитанием. Отдавая вас в обитель милосердных сестер, я надеялся…

– Иными словами, Ваше величество, я не могу снять Алэйду с её должности?

– Её светлость Алэйда – безукоризненно воспитанная девушка из благородной семьи. Выбрось все глупости из головы, Лия. Я не ожидал, что моя дочь опустится до сплетен. Сначала ты хотела расторгнуть помолвку с одним из важнейших лиц королевства. А, между прочим, именно он дежурил у твоей постели всё это время. А теперь обвиняешь дочь другого…

Итак, у неё нет прав не только выбрать себе жениха, но и