День четвертый - Лотц Сара

12 дня. Решил провериться в Бинго. На сцене Дамьен. Роста он оказался небольшого, с заросшей физиономией. Постоянно отпускает шуточки насчет туалетных пакетов. Нужно отдать ему должное: он всех заставил плясать под свою дудку. Сказал, что если мы скоро отсюда не выберемся, то будет дополнительное кабаре. Потрясающе!

1 час дня. Шатался вокруг, проверял гостиную «Звездный мечтатель». Там отирается множество народу с бейджами «друзей Селин» на шее. Я понял, что они меня узнали, поэтому оставил их в покое. Пошел на площадку для мини-гольфа. Снова потерся в группе одиночек. Большинство из них живет на палубе ниже моей. Говорят, что некоторые каюты заливает водой из канализации.

Слышал от одной из одиночек (Донна из Провиденса), что в 2 часа Селин будет проводить открытое мероприятие. Спросил у нее, откуда она об этом знает; та сказала, что ходит тут одна пожилая пара и всем об этом рассказывает. Девушка, которая тогда рыдала (Эмма или Аманда или еще как-то там; англичанка) говорит, что хочет попытаться «увидеть Келли и точно выяснить, как та умерла и не оставила ли послания для своей мамы». Попробовал объяснить им концепцию «холодного чтения». Они тут, на борту, ничего этого не воспринимают.

Видел парня, который пи́сал за борт.

2 часа дня. Попытался проникнуть в гостиную «Звездный мечтатель» и посмотреть, как Хищница будет грузить всю свою чушь, однако был остановлен бдительной пожилой парой, которая узнала меня по предыдущему вечеру. Хотел было с ними попререкаться, но уж очень, блин, устал, никаких сил. Попробую еще раз позже. Искал секретаршу, но ее нигде не видно. Пошатался там немного в надежде поймать Селин, когда она будет выходить со служебного входа. Но не повезло.

4 часа дня. Очереди за едой громадные. Умудрился добыть бутерброд с ветчиной и помидором и банан.

5 часов дня. О’кей. Ситуация становится ненормальной. Мы же все-таки не в Антарктике в 1917 году. Мы, блин, в Мексиканском, черт бы его побрал, заливе. Почему за нами до сих пор никто не приехал?

Где-то 6:30 вечера. Надвигается беда. Люди не просто напуганы (потому что мы должны были быть в порту – на секундочку! – 12 часов назад), но и начинают буквально бросаться друг на друга. Двое мужиков чуть не подрались из-за какого-то долбаного шезлонга.

Опять присоединился к «моей» группе.

В районе 7:30 вечера. Люди столпились на палубе «Лидо», на палубе с бассейном, вокруг беговой дорожки и водных аттракционов и пялятся на то, как пускают сигнальные ракеты. И радуются, тупые недоумки!

Если мне нужно было какое-то доказательство того, что мы в заднице, то это как раз оно и есть. Поговорил с одним толковым с виду мужчиной, постарше, чем большинство пассажиров, так он сказал мне, что убежден: капитан либо заблудился, либо нас снесло дрейфом из зоны оживленных морских путей. Он говорит, что если это так, то нас легко могло подхватить Гольфстримом, течение которого здесь очень сильное, и вынести в Бермудский треугольник. Что именно поэтому все так странно происходит, и вообще он вывалил на меня теорию о тайном заговоре. Я попытался объяснить ему, что Бермудский треугольник – это миф и вообще чушь собачья, а он все твердил про самолеты, которые во Вторую мировую пропали в этих краях ни с того ни с сего.

Я сдался.

Никогда не стоит слишком упорно бодаться с психами.

8:30 вечера. Стал в очередь за кормежкой. На это ушел час.

Выбор был такой:

Холодные хот-доги

Сэндвичи с мясной нарезкой, завернутые в пленку

Ранее сваренные (а теперь размороженные) хвосты лобстеров и креветки. Все это в каких-то ведрах. Народ через головы лез, чтобы получить миску этого. Надеюсь, они будут такое есть. Я после болезни не рискнул.

Нарезанные помидоры

Картофельный салат

Хлеб, маслины, нарезанный перец

Горы всяких десертов. Растаявший чизкейк и шоколадные пирожные, истекающие вишневой кровью

Десерты разлетелись за тридцать секунд.

9:30 вечера. Сидел с группой одиночек, которые решили спать на палубе. Кажется, Донна хотела меня подцепить. Они передавали по кругу бутылку дешевой водки. Я пить не стал.

Снова почувствовал себя ужасно, так что вернулся в каюту. Я единственный человек на этой палубе. Воняет, но я слишком устал, чтобы сейчас куда-то двигаться.

Ночь.

День 5

Помощница ведьмы

Туалет в люксе Селин вышел из строя приблизительно в четыре утра, просигнализировав о своей кончине неправдоподобно, по-человечески прозвучавшим стоном. Мэдди терпела, сколько могла, но в конце концов выбора не осталось и она воспользовалась душем. К счастью, вода там по-прежнему текла, и она, сбросив одежду, натерла кожу гелем для купания, взятым у Селин, хотя в том, чтобы как-то очистить голову от путавшихся мыслей, холодная вода никак не помогла.

Ей не удавалось поспать дольше нескольких минут, хотя она и приняла снотворное Селин. Она постоянно думала о том, что замышляет ее леди-босс, и никак не могла остановиться.

Она была не в состоянии долго выдерживать экзальтированную, пропитанную показным энтузиазмом атмосферу, царившую в гостиной «Звездный мечтатель», поэтому вчера вернулась в каюту Селин примерно в шесть вечера (ей не хватило мужества проникнуть в собственную каюту, находившуюся в глубинах нижних уровней: она предприняла попытку дойти туда и забрать свои вещи, однако невозможное зловоние остановило ее на полпути и заставило стремглав броситься обратно, наверх). Мэдди в течение дня несколько раз пыталась поговорить с Селин, но та продолжала ее игнорировать, сосредоточив все свои силы на том, чтобы воодушевить «друзей» идти в народ и искать людей, «которые могут нуждаться в нашей особой поддержке». Людей вроде Элен, на которую явно сильно подействовал тот разрушительный бред, который вещала Селин. Потому что дело было в том, что теперь Мэдди уже понятия не имела, откуда Селин берет эту информацию. Возможно, конечно, что она убедила Джейкоба с Хуанитой и остальную команду собирать для нее какие-то факты, но Мэдди очень сомневалась, что Селин пошла бы на такой риск. Это могли бы быть Facebook или Zoop, но ведь Интернета по-прежнему не было. Тем не менее она умудрилась каким-то образом провести серию поразительно точных считываний для случайных людей, которых «друзья» привлекли в свои ряды. И группа ее росла – к моменту, когда Мэдди уходила, она практически удвоилась. Среди вновь прибывших были: парочка молодоженов из Канзаса («Знайте же: бабушка прощает вас за то, что вы не были у нее на похоронах»); ненормально толстая дама, чье выражение лица, первоначально нахальное, типа «ну-ка попробуйте развлечь меня вашими штучками», постепенно сменилось шоком, а затем и нескрываемым изумлением («Знайте же: ваш муж хочет, чтобы вы согласились на операцию»); и мужчина в кресле-каталке в сопровождении женщины с постоянной маской мученицы на лице («Знайте же: сестра не винит вас за ту аварию»). Некоторые – среди них Элен – здесь не задержались, но подавляющее большинство устроилось тут надолго. Частично это объяснялось атмосферой. «Друзья» изо всех сил старались оказывать вновь прибывшим знаки внимания, раздавали воду и делились закусками. Здесь даже появились несколько официанток, пришедших после смены. Селин – прежняя Селин – знала, как работать с толпой, однако все это выходило на совершенно новый качественный уровень. Казалось, она искренне заинтересована в том, чтобы помочь людям, – что раньше делала лишь по профессиональной обязанности.