Ты - мой спаситель - Дебора Диксон

В частности, для данного пожара время будет иметь большое значение. Мысленно он проделывал нечто большее, чем просто сбор улик. Он также пропускал эти улики через то, что ему было известно о Мэгги. Возможность совершить поджог у нее была невелика, но все же она могла бы успеть вернуться в город и сделать это. Однако впервые с тех пор, как начался его танец с Мэгги, инстинкт подсказывал ему, что это — не ее пожар. Все указывало на нее, но почему-то казалось неправильным.

Последствия пожара о многом говорили Бо. Нашептывали ему. Так было всегда. На этот раз они не шептали имени Мэгги. Он не чувствовал следов гнева. Этот пожар был холодным, хорошо обдуманным.

Несмотря на твой инстинкт, она остается основной подозреваемой. Бо слишком хорошо это понимал. В последнюю неделю эта фраза запечатлелась в его сердце. Она стала первой его мыслью, когда он просыпался утром, и последней мыслью ночью, перед сном. А теперь он должен делать свою работу. При расследовании поджогов работают с людьми, не с огнем. Потому что огонь оставляет после себя не слишком много.

Беннет ждал его на улице. Этот человек ни разу не попытался заглянуть внутрь своего дома, чтобы посмотреть на причиненный ущерб. У него на уме было только справедливое отмщение, и его узколобость безмерно раздражала Бо. И голос доктора тоже. Когда Беннет говорил, в его голосе всегда присутствовала интонация, которая говорила о его крайнем презрении к простым смертным.

— Грейсон, я полагаю, что даже вы наконец можете понять, о чем свидетельствует этот пожар. Я хочу, чтобы Мэгги Сент-Джон сегодня же арестовали. Если бы вы меня слушали, она была бы арестована еще сегодня утром и мой дом сейчас не пострадал бы.

Бо поправил каску, сдвинув ее дальше назад, и решил, что прозвище, данное Мэгги доктору, было очень метким. Бо не был в восторге от доктора «Зовите-меня-просто-Господом-Богом».

— Сэр, если только мой коллега не нашел очевидца… — Бо сделал паузу, ожидая подсказки от Рассела; тот покачал головой —… у меня нет никаких оснований для ее ареста.

— Вы шутите, да? — У Беннета на лице было написано недоверие. — Ее только что отправили в отпуск на неопределенный срок. Она затаила обиду. Она скандалистка, бросилась на человека со скальпелем, и вокруг нее все горит. Что же вам еще нужно? Делайте свою работу, Грейсон.

— Знаете. — Бо придвинулся ближе так, чтобы смотреть на Беннета сверху вниз. Разница в росте была невелика, но Бо подозревал, что доктору это очень неприятно. — Я просто устал от того, что меня посылают заниматься своей работой. Позвольте задать вам вопрос. Вы вложили спички в ее руку? Видели, как она зажигает плиту? Кто-нибудь видел ее или ее машину в этом районе, вблизи от вашего дома?

— Нет, сэр, — быстро ответил Рассел вместо доктора, и Бо явственно услышал нотку удовольствия в его ответе.

— Она угрожала вам или вашему дому, доктор? В присутствии третьих лиц?

— Нет.

— Ну, в таком случае, доктор Беннет, вам придется проявить терпение, как и всем остальным. Когда я в последний раз заглядывал в запутанный наполеоновский свод законов Луизианы, то убедился, что даже он не позволяет нам повесить человека, исходя из мотива и стечения обстоятельств. Если бы нам это разрешалось, я бы сцапал вас. Держу пари, у вас есть страховой полис. Ваша кухня только что сгорела, и пожар обнаружили вы сами.

Долгое время Беннет не отвечал. Бо видел, что он борется со своим гневом, и, почти подавив его, он сказал:

— Вы не собираетесь ничего предпринимать? Даже получить ордер на обыск?

— Обыск на предмет чего? Тот, кто сжег вашу кухню, использовал вашу плиту, доктор. Даже при наличии следа у нас недостаточно оснований для ордера на обыск. Отпечаток обуви не доказывает, что этот человек был здесь именно сегодня. Поджог — это идеальное преступление. Если вам везет или вы хорошо делаете свое дело, улик не остается. Хотите совет, доктор? Займитесь со страховой компанией и позвольте нам заниматься этим делом.

Бо сделал несколько шагов прочь, потом остановился и прищелкнул пальцами.

— О, да, если у вас в кухонном чулане спрятан сейф, не открывайте его до завтра. Они сильно раскаляются, очень сильно. Прикосновение воздуха может заставить содержимое вспыхнуть, а ведь вам не нужно, чтобы ваши ценные бумаги превратились в дым именно сейчас, правда?

И, повернувшись к Расселу, сказал:

— Я возвращаюсь в контору. Ты тут работай, а я пришлю Джима, когда доберусь туда. Вдвоем прочешите этот дом так, словно это дом вашей мамы.

И не оглянувшись, Бо ушел.

В конторе его настроение не стало лучше. Глаза слезились от бессонницы и воспалились от дыма. Он совсем не спал. Кэролайн Поуг звонила ему на службу три раза. У него не было настроения выслушивать выговор от Кэролайн Поуг за то, что он плохо поступил с Мэгги, а он не сомневался, что именно это она и собирается сделать. Но все равно позвонил.

— Салон «Дамский каприз»!

Его передернуло от приторно-бодренького тона секретарши.

— Попросите, пожалуйста, Кэролайн Поуг. Ей звонит Бо Грейсон по ее просьбе.

Мгновенно стукнула положенная рядом с телефоном трубка. Бо вздохнул. Пойди туда, сделай то. И так целый день.

Кэролайн не заставила его долго ждать и не стала тратить время на приветствия.

— Что вы сделали с Мэгги? Она не снимает трубку, а мне она обычно всегда отвечает. Всегда.

Бо тяжело вздохнул и навалился грудью на письменный стол. Протирая глаза, он вдруг понял, что не желает этого знать. Ни теперь, ни потом. Но у него не было выбора. Ему надо делать работу, а если Кэролайн настолько глупа, что сдуру подтверждает наличие у Мэгги возможности совершить поджог, он должен ее выслушать.

Он мягко высказал предположение:

— Я ничего с ней не сделал. Возможно, ее нет дома.

— Где же еще ей быть?

Бо точно знал, где могла быть Мэгги, но промолчал.

— Послушайте, мистер Грейсон, Мэгги живет просто. Так ей нравится. У нее есть больница, я и эта собака. Из больницы ее уволили. Здесь ее нет. Это значит, что она дома.

— Так почему вы звоните мне? Почему просто не поедете к ней и не проверите, чтобы покончить с этим?

— Посмотрите слово «упрямый» в словаре и получите ее портрет. Если она не отвечает на мои звонки, почему вы считаете, что она откроет мне дверь? — В ее голосе звучало отчаяние. — Даже если бы она не злилась на меня за утреннее посещение вашей конторы — а она, конечно, злится, поверьте, — я не думаю, что в данный момент ей нужна именно я.

Он слышал, как Кэролайн глубоко вздохнула, будто признавая неприятную истину.

— Я только напоминаю ей о Саре, и о пожаре, и о ее вине. Сара была моей лучшей подругой. У нее я познакомилась с Мэгги. Ей не надо об этом напоминать. И вообще ни о чем из того времени. Особенно сегодня, после утреннего разговора.