Входящая в сознание (СИ) - Штерн Мари

— Нет! Не смей! Ты можешь колдовать с берега! — яростно, с примесью страха выкрикнул юнец, ударяя со всей силы по барьеру. — Дядя, останови ее! — резко обернувшись, с мольбой в глазах обратился он к Дориану.

От бессилия мне хотелось рычать. Внутренне во мне были те же метания, что в каждом из нас, но мои были сильнее. Она моя пара. Часть моей души. Я снова терял ее.

— Нельзя. — не веря в то, что сам это говорит, произнес Дориан, положив руку на плечо Кириану. — Нам нужно остановить озеро, иначе королевство падет.

— Ты хочешь, чтобы она умерла?!

— Она справится! — жестко и резко рявкнул я, оборачиваясь к парню. — Справится!

Хотелось бы самому в это верить.

Страх — самое ужасное, что может травить живое существо. Страх — самое сильное и опасное чувство. Больше всего на свете я боялся терять близких людей, и по этой причине старался не привязываться. Поэтому не хотел брать ведьму в свой отряд. Пытался сделать так, чтобы ее не взяли ни в один из ныне существующих, но ее упрямство смогло меня победить.

Обернувшись назад, я нашел взглядом ведьму. Она уже вошла в воду по колено, медленно, утопая в жидкой субстанции, пытаясь пройти дальше. Ей нужно было попасть в центр.

— Р-р-р-р! — громкое рычание заставило кровь в венах оледенеть.

Когти псов, стуча по каменному полу и царапая его, опровергли все сомнения: твари пробились, и рычание не было просто эхом. Положив руку на рукоять меча и сжав ее, я до боли в зубах стиснул челюсть.

Дориан принял решение быстрее меня и уже было покинул барьер, но я остановил его, положив руку на плечо.

— Она моя дочь. — сказал он.

— Она моя пара. — впервые за много лет я признал этот факт, произнеся ее в слух. — Ее энергия, если мне повезет, обойдет меня стороной, а тебя нет. Будьте здесь. Лиам, позволь мне выйти. — взглянув на друга, потребовал я, и как только он ослабил щит, я вышел за барьер.

Псы, которые до этого не ощущали наш запах из-за защиты, перестали прорываться к Эвириссе, которая через силу пыталась идти дальше. Озеро ее не пускало в середину. Тянуло вниз, но ведьма боролась.

— Р-р-р-р! — красные огоньки сосредоточились на мне.

Приняв боевую стойку, я стал ждать нападения, но твари не спешили. Рычали, лязгая когтями по полу. Сзади послышались тяжелые шаги, и псы зарычали громче, кинувшись на меня. Отбив первую атаку и разрезав бок ублюдку, я отскочил вправо, избегая клыков второго зубастого гада.

Сталь, встречаясь с плотью нечисти, звенела, словно разрезала не мясо, а железо. На острие оставалась обычная алая кровь, но через время, словно остывая, она становилась черной, как смоль.

— На кой черт вы вышли из защиты?! — прижавшись спина к спине с Дорианом, рявкнул я, отбиваясь от псов.

— Она моя дочь! Неужели ты думал, я буду смотреть, как она борется, и ничего не делать!?

Ну да, об это я, честно говоря, не думал. Как только дело касалось этой ведьмы мой ум отчаливал, оставляя меня на произвол эмоциям. Эта слабость злила меня больше всего. И если раньше я обвинял во всем Виви, то теперь понимаю, что во всем виновен я. Нельзя перекладывать ответственность на других.

— Их слишком много! Мы не продержимся! — кряхтя, произнес Кириан.

— У нас нет выбора!

И его действительно не было. Пришлось бороться с тварями, но каждый раз, как умирала одна, на ее месте появлялась новая, еще более свирепая и сильная. Еще более голодная.

Мы бились бок о бок, не позволяя псам пробиться к озеру. Каждый взмах меча раз разом становился все слабее. Силы утекали, как время, быстро и неумолимо. Эви боролась с озером, пытаясь пробиться дальше, но ей не хватало энергии. Этот чертов источник выкачивал из нее магию так же быстро, как вампир высасывает из человека кровь.

Нам казалось, что псы — ужасная проблема, но когда озеро почувствовало, что его детям грозит опасность, оно выплеснуло магическую волну, порождая новых тварей. Еще более кровожадных и опасных. Голодных.

Трехголовые создания, сотканные из тьмы, вылезли из коконов, которые свисали с потолка, и, рыча и обливаясь слюнями, двинулись на нас. Их тела были защищены чем-то твердым, похожим на сталь, а из голов лезли длинные и острые как бритвы лезвия рога.

От этих тварей кровь начала стыть в венах… или не из-за них?

Воздух стал холоднее, изо рта повалил пар. Обернувшись назад, я судорожно выдохнул и чуть было не выронил меч, увидев, во что превратилась ведьма. Красивая, сияющая, убийственно холодная: она возвышалась над озером, которое тянуло к ней свои щупальца, желая вкусить безумной силы.

Лед, пожирая пространство, начал быстро захватывать собой все: начиная с воды, над которой возвышалась ведьма и заканчивая склизкими наростами, из которых вылезали эти твари. Мы уже было приготовились к тому, что ледяная сила не пощадит и нас, но Эвирисса не позволила своему льду приблизиться к нам. Он обошел всех стороной и, иглами поразив тех бронированных тварей, потек дальше.

Я крякнул и нагнулся, почувствовав резкий укол боли в области сердца. Догадаться, что же это было, труда не составило: дракон заметался внутри так, словно у него отнимали самое ценное. А самое ценное в его жизни была наша маленькая ледяная ведьма.

Выпрямившись, я, кряхтя, направился к Эвириссе, стараясь не поскользнуться и не напороться на острые вершины льда, похожие на иглы. Все, что меня интересовало, была ведьма. Ни моя жизнь, ни безопасность отряда, ни тварь, подыхающая от силы входящей.

Виви слабла. Я чувствовал каждой клеточкой своего тела ее боль, приносимую усталостью, и желал помочь, но не знал, как. Дракон потянулся к ней, и я не стал сопротивляться. Остановившись прямо под ведьмой, парящей над озером и светившейся от энергии, я протяжно выдохнул. Мое тело, израненное боем, стало исцеляться. Каждая рана зарастала, обжигая кожу, где та срасталась, холодом.

Бросив взгляд на меч, я обернулся к замороженной твари, все еще пытавшейся бороться с Эвириссой. Плотно сжав губы, я замахнулся и одним движением разбил хрупкий лед. С громким визгом тварь разлетелась на куски, и как по щелчку пальцев за ней начали распадаться на мелкие вещества и ее «дети», вместе со всем тем склизким наростом. Вот только Виви в себя не приходила.

Бросив меч на толстый лед, покрывающий озеро, я приблизился к ведьме. Глаза жгло от света, исходившего от нее, но я продолжал смотреть, боясь пропустить то, как волшебно пульсировала ее энергия, как колыхались ее волосы, белые-белые, словно снег, как умиротворенно выглядело красивое лицо.

— Снежинка, ты меня слышишь? Возвращайся, ты справилась! — голос Кириана вернул меня в реальность.

Взглянув на парня, с беспокойством смотрящего на ведьму, я вновь почувствовал укол ревности в области груди.

Снежинка… Она действительно была похожа на снежинку. Волшебная, красивая, завораживающая. И такая же индивидуальная, непохожая ни на одну ведьму, что я встречал в своей жизни. Добрая, самоотверженная, смелая. Это озеро однажды уже чуть не убило ее, но Виви не испугалась и встретилась с ним лицом к лицу спустя десять долгих лет.

Моя маленькая ведьма выросла…

«Моя. Моя. Моя».

От этой мысли я впервые в жизни не скривился. По сердцу расплылось тепло, а дракон, наконец, успокоился. Довольно заурчал, отогрев мое тело, на котором, ползая, властвовала магия Эвириссы. Изучала меня. Пробовала.

— Виви… — все, что я смог произнести, смотря на нее.

Я вновь позволил себе утонуть в лавине тех эмоций, что порождала во мне эта девочка. Отбросил все мысли, впустив в голову только ее.

«Вернись. Вернись ко мне». — попросил я, с нежностью смотря на бледное умиротворенное лицо.

— Эххххх! — громкий вдох, словно ты вынырнул из воды, нарушил тишину.

Эви, озираясь по сторонам, забарахталась, испугавшись того, что парит в воздухе, и ее магия тут же спустила девушку на лед. Кириан мгновенно кинулся к ведьме, упав рядом с ней на колени и прижав ее к своей груди.

— Снежинка, как же ты нас напугала!