От любви не убежишь - Мэйв Хэрэн

Только одно омрачало горизонт. К явному разочарованию Стеллы и Джулиуса, Стивен не приехал. Не имея возможности сказать правду, Тесс ссылалась на его занятость, но все ее оправдания звучали неискренне. Джулиус и Стелла решили, что он просто не захотел приехать, и несколько раз, читая обиду в их глазах, Тесс чуть не призналась. Но останавливалась как раз вовремя: Стивен должен сам все рассказать им. И скоро он приедет. Она вспомнила его гибкое тело в тот день на Каури Бич и почувствовала внезапное желание. Видение любовной игры предстало перед ней, никак не соответствуя благочестивой ирландской земле. Все, что она хотела бы сделать с ним. И даже больше. Все, что он мог бы сделать с ней… Она перевернулась на живот и зарылась лицом в песок, чтобы заглушить тоску по нему. Как непохоже на их домашнюю жизнь, когда секс — часть их повседневной домашней рутины, всего лишь пункт в списке «вещей, которые необходимо сделать», затиснутый где-то между походом в школу и супермаркет.

Тесс, улыбаясь, подумала: вот бы вернуться в размеренный мир Джейн Остен, покой которого, кажется, не возмущался подобными низменными мыслями.

Слоук Хейворд стоял в пустой студии школы в Брайанте, погруженный в такое состояние, которое можно было бы назвать раскаянием. Он совсем не привык этим заниматься и вовсе не был к этому склонен. Это чувство было неудобным, вчера оно не давало ему уснуть ночью и вообще нарушало приливы и отливы его природного цинизма. Причиной его раскаяния был Стивен Джилфилан. За три дня до окончания курса Слоук пригласил Стивена в Челси Артс Клуб на полчаса, чтобы попытаться отговорить его от работы консультантом по дизайну и убедить стать профессиональным художником. Он и не подозревал, как отреагирует Стивен.

Когда Стивен подъехал к клубу, Слоук приветствовал его, как ему казалось, открыто и непредубежденно.

— Вам не нужно идти работать на Джо, вы художник, черт бы вас побрал. С ней произошла та ее история. Она была моей лучшей ученицей, но все забросила ради этой тупой парфюмерной фирмы.

— И ради того, чтобы стать миллионершей, — вставил Стивен с кривой усмешкой. Но все-таки он был удивлен. — Я и не знал, что она занималась живописью. Вот почему она до сих пор так интересуется ею.

Слоук сентиментально посмотрел на свой виски.

— Надо было ее видеть: как персонаж из «Сидра с Роузи», прямо из Девона, наивная до черта, никакого представления о теории. Но она всегда знала, чего хочет, и никто не мог ее остановить. Конечно, она всегда чересчур критически относилась к себе, никогда не была довольна своими достижениями. — В голосе Слоука звучал редкий энтузиазм. — На последнем курсе она познакомилась с Хьюго Ричмондом, и он уговорил ее заняться этой парфюмерной лавкой. — Несмотря на всемирный успех «Ричмонд и Квинн», Слоук все еще считал это решение роковым для Джозефины. — Она пропустила свой дипломный показ ради того, чтобы попасть на какую-то, прости, Господи, коммерческую ярмарку. Она была звездой своего курса, не важно, что она сама думает по этому поводу. Статьи в газетах, предложения от галерей, много чего. Но она уехала в Лилль обсуждать упаковку. — В Лилль! — Слоук считал это крайним оскорблением.

— Каким художником она была? — Стивен не был уверен, что сможет догадаться, к чему Джозефина более склонна— к образной живописи или к сложным абстракциям?

— Колорист. Ваши картины иногда напоминают мне ее. Она любила Матисса, и это за двадцать лет до того, как все это снова стало модным. Она всегда была оригинальной, ни с кем не сравнимой.

Стивен был потрясен. Он и не подозревал, насколько они похожи. Ему не терпелось поговорить с ней об этом. Слоук укоризненно уставился на Стивена поверх пустого стакана.

— А теперь вы делаете то же самое. Не делайте этого, Стивен. Ваше будущее может быть таким же блестящим, как могло бы быть ее. Не часто встретишь такой дар, как у вас. Поверьте мне, я достаточно повидал. Послушайте… — Слоук заколебался, как будто то, что он собирался сказать, застревало у него в горле. — Почему бы вам не поговорить с вашим стариком? Джулиус согласился бы со мной.

К изумлению Слоука, Стивен замкнулся, отвел взгляд.

— Так вот оно что. Может быть не так уж и удивительно. В одной семье не ужиться двум одаренным личностям.

Стивен понимал, что не стоит раздражаться, Слоук сказал это из лучших побуждений.

— Слоук, я не могу позволить себе только заниматься искусством, мне необходимо зарабатывать.

— Послушайте, солнце мое, вам надо бы знать, что по-настоящему важно в жизни. Знаете, к чему я стремился в двадцать один год? Чтобы у меня была немецкая машина и богатая подруга. — Он сделал знак бармену принести еще выпивку. — И вы знаете, чем я кончил? У меня немецкая подруга и велосипед. — Он ткнул пальцем в Стивена. — Есть более важные вещи, чем деньги. Деньги — только в вашем сознании.

Стивен засмеялся и допил вино. Ему пора было возвращаться домой, чтобы закончить картину, над которой он работал теперь.

Первое, что поразило Стивена, когда он открыл входную дверь, была абсолютная тишина. Такая тишина может быть только в доме, который обычно полон звуками семейной жизни. Впрочем, он не чувствовал одиночества. На самом деле он несколько виновато ощутил что-то вроде освобождения. Так вот, остаться одному, при том, что он очень любил свою семью, имело особую прелесть. Если он захочет, сможет работать хоть всю ночь.

Он сделал себе сэндвич и захватил полбутылки виски наверх в комнату, которую использовал как временную студию. Налил немного в первую попавшуюся посудину, чтобы не спускаться вниз, — в красную кружку для полоскания зубов, и засунул кассету с Делиусом в магнитофон. И, наконец, взял в руки кисть.

Когда он писал, то терял чувство времени. Только по тому, сколько виски осталось в бутылке, он смог определить, который час. Судя по виски, должно быть, уже за полночь.

Примерно между часом и двумя ночи раздался стук в дверь. Стивен подскочил от испуга, но потом вспомнил об Инге: конечно же она все еще здесь. Может быть, она заволновалась, почему свет горит так поздно, или решила принести ему чашечку какао. Он открыл дверь. И оказался прав.

Это была Инга. Она стояла с улыбкой Моны Лизы и держала поднос с двумя бокалами вина. Она была совершенно голая.

Глава 15

Стивен раскрыл рот от изумления. Потом расхохотался. Это в точности напомнило ему эпизод из старого фильма, который он смотрел еще мальчиком.

— Прости, Инга, — извинился он, заметив страдальческое выражение на ее лице, — это потому, что ты просто шокировала меня. Ты же знаешь, какие мы, англичане, мрачные типы и, понимаешь, что на самом-то деле я очень счастлив с Тесс.