От любви не убежишь - Мэйв Хэрэн

Стивен в замешательстве смотрел на Книгу.

— Я должен извиниться перед вами. — Слоук, казалось, ничуть не смущался, признаваясь, что был неправ, перед целым классом изумленных учеников. — Вы талантливы. Мне понравился натюрморт, но не до такой степени, как ваш рисунок Оливии Дарлинг. — Стивен, не понимая, глядел на Слоука. — Это старая женщина на ваших вечерних курсах, я ее знал когда-то. — Слоук снова взглянул на подарок, и внезапно понял его смысл: отец и сын, оба художники. Стивен посмотрел на него.

— Я подумал, что это может быть важно для вас. Они оба были блестящими художниками, каждый по-своему. Я знаю о Джулиусе, как видите. Поэтому и стал предвзято судить о вас. Я был не прав.

Стивен открыл книгу. Слоук, конечно, сварливый мешок с дерьмом, но, по крайней мере, умеет извиняться.

Когда Тесс постучала в дверь Вилла Кингсмилла, она ожидала увидеть улыбающееся лицо, но Вилл взглянул на нее как-то смущенно, впуская ее в свой кабинет и усаживая напротив себя. Тесс благоразумно спрятала улыбку, не вполне уверенная, понадобится ли она снова. Он заговорил, и резкость его тона напомнила ей сестру-хозяйку в школе, когда той приходилось давать детям особенно противное лекарство.

— Слушай, Тесс, как ты знаешь, мы предполагали взять нового партнера. В действительности, мы бы хотели создать несколько мест. Но сейчас тяжелые времена, и мы не можем себе этого позволить. Мы не готовы создать более одного места. — Он встал и начал расхаживать по кабинету, чтобы она не могла видеть его лицо. — К сожалению, у нас имеется два выдающихся кандидата на это место. Ты и Патриция Грин. Мы вместе с другими партнерами долго обдумывали ваши кандидатуры и пришли к выводу, что есть только одно решение. — Он остановился и, обернувшись, взглянул на нее. — Мы бы попросили вас помочь нам. Мы бы хотели, чтобы вы поделились с нами вашими соображениями: каким вы видите Кингсмилл через десять лет? — Его нечестность привела Тесс в бешенство. Итак, Патриция была права.

— Несколько месяцев назад вы уверяли, что сделаете меня партнером.

— При благоприятном исходе дел. Но, пойми, сейчас не лучшие времена. Мы выкарабкиваемся из самого тяжелого кризиса за последние тридцать лет. Юридические компании тяжело пострадали.

— Вы говорите, как тори, собирающиеся объявить о повышении налогов, — цинично заметила Тесс.

— Слушай, Тесс, я на твоей стороне, но другие партнеры хотят дать возможность выступить также и Патриции. Следующие десять лет будут решающими для нашей компании, и мы должны сделать правильный выбор.

— И когда же это произойдет?

Вилл Кингсмилл вздохнул с облегчением:

— Я так и думал, что ты сочтешь это разумным. В середине сентября, когда все будут расслаблены после отпусков. У тебя есть пять недель.

Пять недель, три из которых она собиралась провести, отдыхая, на пляжах Корка. Здорово.

— Я уверен, победит лучший. Постарайся не видеть во всем только мрачную сторону. Ну, по крайней мере, вы обе женщины, — добавил Вилл.

Да, Тесс испытывала по отношению к Патриции что угодно, только не сестринскую любовь.

Тесс поплелась назад в свой офис. Жаки поджидала ее с бутылкой вина и двумя бокалами. Она взглянула на Тесс и опустила бутылку:

— Что случилось?

— Он предложил мне соревноваться, как чертовой Порции в «Венецианском купце», с тупой Патрицией Грин.

— О, Тесс, так вот почему она ошивалась в бухгалтерии!

Тесс успела совсем позабыть об этом. Внезапно она почувствовала злость на Патрицию. «Совсем обнаглела!»

— Ну, мы ей покажем, правда? — Тесс наставила бутылку шампанского на фотографию сотрудников Кингсмилла с Патрицией впереди. Пробка выстрелила точно в цель.

Но, вернувшись домой, Тесс растеряла весь свой боевой задор. Она не имела ничего против богатых клиентов, с которых получала хорошие деньги. Но разве пять лет она изучала законы только для того, чтобы обслуживать богачей? И без того хватает юристов, которые хотели бы работать только на них. Менее удачливым тоже нужны хорошие адвокаты. Тесс вздохнула. Да, на ее стороне будет право, на стороне Патриции — экономика. А после кризиса экономика чаще всего побеждает. Ее настроение отнюдь не улучшилось, когда она споткнулась о три холста, которые Стивен только что загрунтовал, чтобы начать работать, и выпачкала костюм. Она стояла в прихожей, проклиная все на свете.

Появился Стивен, пропахший краской, полный энергии, сияя от радости при виде Тесс. Наконец-то он расскажет ей, как переменился к нему Слоук.

— Тесс, любимая, извини, давай я почищу скипидаром. — Он умчался в комнату и, вернувшись, сел на колени у ее ног, счищая белую краску с края ее юбки. Слезы бешенства и разочарования потекли по ее лицу.

— Тесси, что случилось?

— Ничего. Это на работе… Вилл Кингсмилл вызвал меня сегодня поговорить о партнерстве. Я была уверена, что Вилл предложит его мне, но он передумал.

Стивен поднялся и обнял ее:

— Так ты не получишь его?

— Не так все просто. Я должна соревноваться за него с Патрицией Грин.

— Ну, в таком случае все в порядке! — Он радостно стиснул ее в объятиях. — Ты собьешь с нее спесь. Ты же потрясающий юрист и блестящий адвокат. И ты по-настоящему заботишься о клиентах. Запомни поговорку: чем огорчаться, лучше поквитаться. Дай-ка я расскажу тебе анекдот. Почему За За Габор — такая отличная домохозяйка?

— Я не знаю, почему За За Габор — такая отличная домохозяйка.

— Потому, что всякий раз, когда она разводится, она отсуживает себе дом очередного мужа. — Тесс громко рассмеялась этой детской шутке, и они обнялись. — Это Люк мне рассказал. Слушай, он еще целый час просидит в ванной, разглядывая свой прыщ, Элли делает уроки, а Инга присмотрит за ними. Давай прогуляемся куда-нибудь, поедим пиццу. И не говори, что мы не можем себе этого позволить.

Как хорошо ощущать, что рядом — муж.

— Знаешь что, гулять так гулять, — улыбнулась она. — Давай возьмем каждому по пицце.

— Мои поздравления, Джо! Ты сделала это! Джозефина поставила на стол открытую бутылку вина.

— Сделала — что?

Слоук вдохнул запах жасмина, в изобилии растущего в саду на крыше лондонского дома Джозефины.

— Ты открыла нового победителя — Стивена Джилфилана. Он многого бы достиг, и не имея своего имени. Хотя, конечно, имя не повредит.

Джозефина, взволнованная, довольная, взглянула на него. У нее и в самом деле хорошее чутье.

Она раздвинула заросли душистой жимолости в своем саду и протянула ему бокал вина.

— Как его успехи?

— Замечательно. Он прекрасно выдержал неделю ломки эго.