Марш Обреченных. Финал - Вадим Климовской

Герну вновь дали возможность говорить и то только после вмешательства заместителя Верховного мага мессира Родлена Сордина, не терпящего тягомотины и требующего всегда быстрых действий, как сейчас.

— Мы мало, что знаем об этих существах. Ничтожный контакт показал: мы абсолютно не готовы к встрече с монстрами. Это доводит ряд обоснованных и заключительных фактов. Первое! Нам неизвестна их природа, либо создания умело скрывают от нас свою прародину. Второе! Чрезмерно неприятное! Монстры очень-очень не чувствительны к магии или практически адаптированы к локальным источникам внутренней силы. Сей номер, показал нам, что бороться с тварями посредством магической атаки — напрасное и гибельное дело. Я снова и снова подчеркиваю и утверждаю: передовой отряд погиб от когтей этих нечистей!

И опять гул, и гам по рядам.

Спокойно и затаено в третьем ряду сидел лишь Сермен Коршун, внимал каждому слову и впитывал информацию морской губкой. Большинство магов и архимагов привыкли к его присутствию и не стеснялись обсуждать между собой Герна Курта.

Когда угомонился зал, Герн Курт продолжил.

— Справедливо заметить, что Лестор делал ставку на исход скоротечного боя, фаворитами которого должны были выступить ужасные бестии, но разрыв телепатического контакта оборвал тонкую связь…

— Господин Курт, повторите, пожалуйста, вы сказали: телепатическую связь?

Да порядком некоторым в рядах архимагов следовало обратиться к врачевателям! Уже приходится повторять мессиру Арчину Лартону, что за глупость?

— Именно — телепатическую связь!

— Хм. На таких расстояниях?

— На сегодняшний день — это самое вразумительное предположение, вполне обоснованное и реальное.

— Реальное оно или нет — решать не вам, архимаг Курт, а Верховенству Ордена. Не без выводов, конечно же, Контроля Сил! — Грозно вставил заместитель Верховного мага Родлен Сордин.

— Мы резюмируем и констатируем факт на исследованиях…

— И анализах! — перебил въедливо тот же Сордин. — Спасибо, мессир Курт, можете присесть на место! Кто хочет выступить с выводами о высказанной речи архимага Герна Курта?

Мессир Сордин тяжелым взором прошелся по рядам Верховенства слева направо в поисках смелых и умных.

— Слово возьму я!

Три сотни глаз устремились на голос.

На ноги подвелся архимаг Фельт Галаш — начальник Контроля Сил. Многие в Закрытой зале помимо воли подобрались и занервничали, у Галаша был скверный характер, а шутки шутить с ним редко кто отваживался. Да и умел мессир архимаг достаточно многое.

— Доклад господина Герна Курта я желаю видеть в письменном виде со всеми вытекающими подробностями. Не жалейте чернил и бумаги, уважаемый Курт, опишите все в точности и правдивости. Если посчитаете нужным приведите имеющиеся в запасе предположения и гипотезы. Можете опросить всех членов поискового отряда. Да и еще…

Глубокие и пронзительные глаза Галаша стрельнули в глубину зала, скользя по лицам магиков, отыскивая нужную кандидатуру. К потрясению Сермена его выбор пал именно на нем.

Уважительным кивком архимаг заставил Коршуна подвестись на ноги.

Маги атаковали его заинтересованными взглядами, будто впервые замечая его персону в Закрытой зале.

Глава Тайной службы Королевства Людей чувствовал себя неловко и неуютно. Столько внимания к своей личности он не собирал со времен светских балов в Мейдрине. А это по памяти было ой как давно!

— Господин граф, вы стали невольным свидетелем и участником чрезвычайно важных событий, ваш мозг и ваша память содержат много полезной информации для комиссии Контроля Сил…

Прошелестели чуть слышные смешки.

— Мы б попросили вас дать показания нашим лаборантам, но вы, граф, уполномоченный гость, и занимаете должностной пост, посему любезно попрошу — с архимагом Герном Куртом и представителем Ложи Бессмертных дать показания в Чертоге Бессмертных, ибо судьба Верховного мага Ореста Бартольда зависит от правдивости и ясности произошедших событий у подножия Молочных Пик.

Показания в Чертоге Бессмертных? Что это значит? И почему замолк весь зал?

Вытянутые и мрачные лица. Герн Курт стоял сам не свой.

Что означали слова Фельта Галаша — это приговор или подопытное испытание? Они не посмеют проводить на нем следствие! Не посмеют ставить на нем свои научные эксперименты!

— Не бойтесь, граф Коршун, Ложа Бессмертных не опасна для вас! Вы гость в крепости ордена, а с гостями мы всегда честны и справедливы, — успокоил Сермена архимаг Родлен Сордин.

Почему-то Сермену не хотелось верить никому и ни за что на свете? Верльвы тоже безобидные и надежные игрушки, если конечно ими управляешь умело и на почтительном расстоянии.

Перешептывания волной обхватили Закрытую залу, множество разделенных своими мнениями и идеями господ, спорили и обсуждали между собой накопившиеся за последние недели вопросы. На Сермена Коршуна никто не обращал ровным счетом внимания, и посему немало удивленных физиономий он встретил глазами, когда осмелился прямо обратиться к мессиру Родлену Сордину:

— С вашего позволения, господин архимаг, я хотел бы сказать слово…

Зал постепенно затих.

— Прошу вас, дорогой граф!

— У меня один единственный вопрос…

Сермен замолчал, набираясь духу и смелости.

— Мы вас слушаем, — подбодрил, слегка улыбаясь, заместитель Верховного мага.

Голос Сермена раздался под сводами купола, усиленный магическими заклинаниями.

— Почему верльвы напали на нас?

Неужели он решился? Задал столь важный для себя вопрос?

Накалившаяся тишина.

На этот вопрос казалось, ожидали ответ буквально все!

— Потому что над ними был утрачен контроль!

И все?!

И ВСЕ?!!

— Погибло… — начал, было, Коршун, чувствуя, что закипает внутри.

— Господин граф! — речь взял Фельт Галаш. — Мы понимаем вашу горечь, погибли люди. Маги! Наши маги! А ваш человек ранен и с трудом приходит в себя…

— Он стал калекой! — Выпалил со злостью Сермен.

Зал вжался в сидушки кресел.

Глаза Галаша сузились до узких щелей, нос затрепетал от гнева.

— Повторяю, мы делаем все от нас возможное, что бы Богдаш выжил и ходил! Все возможное!

Коршуна мелко трясло от ярости.

— Уймитесь граф! Отдохните. Мы постараемся во всем разобраться и помочь. Сядьте!

Начальник Тайной службы покорно опустился на свое место. В Мейдрине, в Северном Королевстве Людей, провинившийся военачальник уже висел бы на петле. Разве? А тогда, во время Эльсдарской Сечи Мейдрин бросил в бой тысячи солдат, а погибало в секунду сотни. А в штабе, в кабинетах звучало лишь одно оправдание — это война!