Поднять Атлантиду - Томас Гриниас

— Что? — напряглась она.

— Или ее специально поставили так, чтобы она показывала нужную точку в нужный момент времени. — Он заглянул ей в глаза, и у девушки вдоль позвоночника пробежала искра. — Который наступил прямо сейчас.

14

Спуск

Час пятый

Ледовая станция «Орион»

Милей выше, внутри ледовой станции «Орион», полковник О'Делл лежал у себя в каюте, слушая Шопена и поджидая новостей от Йитса с его командой, когда вдруг затряслись стены и истошно взвыла сирена.

Повседневную рутину уже не раз прерывали учебные тревоги. Под завывание ревунов люди торопливо занимали свои места в командном пункте, где уже горели предупредительные сигналы на индикаторных панелях, а диагностические компьютеры выливали на экраны потоки информации. С другой стороны, мигающая надпись «ИМИТАТОР ВКЛ.» тут же давала понять, что все происходит понарошку.

Все это так, но поскольку О'Делл и был тем человеком, который планировал учебные тревоги, а в сегодняшнем расписании ничего подобного и близко не стояло, он заранее знал, что на дисплеях контрольного пункта не увидит успокаивающих слов о работе имитатора. Соответственно, пульс у него подскочил до небес, кровь превратилась в чистый адреналин, и в таком состоянии он ворвался в командный отсек, где персонал уже собрался кружком у главного монитора.

— Прорыв внешнего периметра, сэр, — доложил вахтенный офицер. — Четвертый сектор.

О'Делл уставился на зернистую картинку, где не увидел ничего, кроме вихрящегося снега. Внезапно прямо на камеру полез некий темно-серый объект.

— Русские, — сказал он и негромко выругался, с огромным неудовольствием разглядывая широкую морду «Харьковчанки».

— Сектор два, прорыв! — выкрикнул тут один из операторов.

И тут же со всех сторон понеслось:

— Сектор один, сэр!

— Сектор три! Прорыв, сэр!

О'Делл завертел головой от одного монитора к другому. Сплошные русские вездеходы. База окружена. Он замер, только сейчас начиная понимать, до какой степени осложнилась ситуация. Вдруг кто-то постучал по его плечу.

Он обернулся и увидел, как беззвучно шевелятся губы дежурного офицера-связиста.

— А? Чего?

— Сэр, я говорю, нас русские вызывают. Вы хотите ответить?

О'Делл тяжело вздохнул.

— Связь с генералом?

— Потеряна с момента их входа в П4.

Не успел О'Делл сказать и слова, как по интеркому доложили от восточного шлюза:

— Иваны у ворот!

О'Делл и сам мог слышать, как русские колотят в дверь чем-то твердым, наверное, прикладами своих «АК-47». Он выдохнул и повернулся к офицеру-связисту:

— Передайте русским, что мы встретим их у восточного шлюза.

— Слушаюсь, сэр.

— А пока что спрячем все, что успеем.

Не сгибая ног в коленях, полковник вышел из контрольного пункта. Передним простирался лабиринт коридоров из полистирола с массой ярких окон из армированного стекла. Один взгляд наружу, на деревню из цилиндрических модулей и геодезических куполов, тут же сказал ему, что никакими силами он не сумеет скрыть цель существования базы.

О'Делл пересек воздушный шлюз, очутившись в очередном модуле, где, как показалось, скрипки Моцарта плакали громче обычного. Возле лаборатории с камнем-бенбеном ему пришлось протиснуться сквозь группу техников, занятых торопливой маскировкой. Дверь с надписью «Служебный вход» уже исчезла за фальшивым окном, разрисованным под плотный слой инея. Будем надеяться, что русские не станут приглядываться слишком уж близко. Впрочем, надежда эта граничит со сверхъестественным, как и, например, его невысказанная молитва, чтобы русские вдруг ослепли и не увидели дозиметров на стойках с оборудованием управления ЯЭУ. Здесь хоть стреляйся, карьере-то уж точно придет конец. «А если я сам не застрелюсь, — сообразил вдруг О'Делл, — по мою душу пожалует Йитс…»

Возле восточного шлюза его уже поджидала пара солдат в форме и шлемах военной полиции, но без оружия. Полковник кивнул, тяжелая наружная дверь начала медленно отваливаться. От порыва ледяного ветра у него перехватило дыхание, но вот наконец перед глазами обрисовались два силуэта: один широченный и коренастый, другой высокий и худощавый. Они вошли, бодро постучали унтами об пол, коренастый откинул капюшон — и О'Делл увидел самое красное, мясистое и уродливое лицо в своей жизни.

— Я полковник Иван Кович, — триумфально заявило лицо по-английски, хотя и с густым русским акцентом. — И у вас большая проблема. Очень большая.

Не успел О'Делл ответить, что ледовая станция «Орион» — это простенькая, скромненькая, совершенно незначительненькая научненькая базочка, как Кович зашелся кашлем. Его высокий и худой спутник без лишних слов принялся колотить русского полковника по спине, пока тот не отогнал его прочь, энергично отмахиваясь рукой.

— Зачитай, Вова, — хрипло выдавил он. Затем, как бы представляя своего драчливо го товарища, гордо добавил: — А это Владимир Ленин, только прапраправнук.

О'Делл не без интереса разглядывал юного русского офицера, пока тот извлекал мятую бумажку из своей «аляски». Судя по всему, этот Ленин не так сильно поднялся в должности, как его предок. Наконец с разглаженного листка Владимир по-английски и с большими запинками прочитал:

— «Нарушена первая статья международной антарктической конвенции. Вооруженные силы запрещены. Конвенция дает нам право осмотреть базу».

Юный Ленин бросил взгляд на Ковича, тот удовлетворенно кивнул и забрал бумажку себе.

— Вопросы? — обратился он к О'Деллу.

— Сколько вас?

— Русских инспекторов будет ровно столько, сколько присутствует американцев на этой базе. И на дне соседней пропасти.

— Русских? То есть будет еще полковник Завас со своими людьми? Кстати, где они?

— А мы надеялись, это вы нам скажете, — развел руками Кович. — Мы потеряли с ними связь. Испарились — да и только.

15

Спуск

Час пятый

Стояла полная тишина. Йитс смотрел на Конрада и по выражению его лица мог сказать, что расчеты привели к какому-то страшному результату. «Даже монашка, наверное, тоже это видит», — подумал он.

Он осторожно начал:

— А тебе не ка…

— Нет, ошибок нет, — помотал головой Конрад. — Южный коридор, который, как мы знаем, построили минимум двенадцать тысяч лет назад, изначально был спроектирован так, чтобы смотреть в точку, где Сириус находится в наши дни. Что же касается северного коридора, то он, соответственно, указывает на Аль-Нитак, среднюю звезду в поясе Ориона.