Искупление - Канаэ Минато

Акиэ меня заинтересовала.

В день концерта она слегка принарядилась, хотя пришла в тех же поношенных туфлях и с обычной старой сумкой. Меня поп-идолы интересовали гораздо меньше, чем ее, поэтому я не особенно следила за происходящим на сцене, а наблюдала за Акиэ, за ее восторженной реакцией. Как она могла ходить в таких стоптанных туфлях и не придавать этому никакого значения? Если б это была моя единственная пара обуви, я вообще не вышла бы из дома. «Что бы подошло к ее одежде? – размышляла я. – Может быть, те короткие зеленые сапожки, которые я на днях видела?»

«Точно, – решила я, – надо сводить ее на шопинг». Акиэ общалась только с приезжими девочками, поэтому я была уверена, что она не имеет ни малейшего представления о модных магазинах. И еще я хотела купить ей по-настоящему хороший торт, раз уж ее так порадовало то второсортное пирожное из студенческого кафе. Я знала одну кондитерскую, которая должна была ей понравиться.

Акиэ с удовольствием приняла мое предложение. В обувном магазине я спросила ее:

– Как тебе эти?

Она с сияющими глазами воскликнула:

– Классные!

Акиэ хотела купить кое-что в канцелярском отделе в подарок на день рождения своей младшей сестре, поэтому я отвела ее туда.

– У тебя такой хороший вкус, Асако, выбери ты! – сказала она.

А когда мы пришли в кондитерскую, заявила в полном восторге:

– Никогда, никогда ничего подобного не пробовала!

Я познакомила ее с мальчиками, с которыми мы проводили вместе свободное время. Мы стали вместе кататься на машине, ходить в кафе. Сперва Акиэ вела себя застенчиво, но ребята все были приятной наружности, разговорчивые, и постепенно она к ним привыкла.

– У тебя такие хорошие друзья, Асако, – сказала мне Акиэ.

– Ты тоже мой замечательный друг, – ответила я, и она засветилась от радости.

Я получала массу удовольствия.

До того момента я считала совершенно естественным, что все вокруг что-то делали для меня, я же никогда не пыталась сама никого осчастливить. Когда я получала подарки от мальчиков, всегда задавала себе вопрос, зачем им это нужно, они ведь ничего не получали взамен. Но теперь я поняла, что им просто нравилось дарить.

Было так приятно видеть счастливую Акиэ и слушать ее благодарности! «А вдруг я отношусь к людям, которые любят что-то делать для других больше, чем получать от них?» – думала я.

Если б я познакомилась с вами четырьмя сейчас, когда вам по двадцать пять, и при других обстоятельствах – например, Эмили бы представила вас как своих подруг, – возможно, я с удовольствием давала бы вам советы и покупала подарки.

Саэ, у тебя такая светлая кожа, четкие черты лица; если ты подстрижешь волосы покороче, у тебя будет менее робкий вид. Можно даже открыть уши и носить довольно крупные сережки. Я тут недавно купила как раз такие – я тебе их подарю. Почему бы тебе не надеть их на следующее свидание?

Маки, ты высокая, однако не надо ходить без каблуков. Ты, конечно, учительница, но не стоит одеваться так мрачно… Я поняла – нужен шарф! У тебя длинная шея, и он тебя украсит.

Акико, тебе надо больше выходить из дома. Тебе ведь нравятся хорошенькие вещицы? Я знаю столько чудесных магазинов, куда с удовольствием отвела бы тебя… Может быть, как-нибудь сходим вместе? Да, и моя подруга открыла школу икебаны, нам надо обязательно ее навестить.

Юка, у тебя красивые руки, ты должна за ними ухаживать. Ты когда-нибудь ходила на маникюр? Я бы хотела подарить тебе колечко, но опасаюсь, что ты не обрадуешься этому.

И пока я все это говорю, Эмили меня останавливает:

– Мама, прекрати! Ты вечно так себя ведешь, когда приходят мои подруги. Слишком суетишься. И мы уже выпили чай и всё съели, что могли; оставь нас на какое-то время одних.

И она бы выставила меня из комнаты…

Вспоминаю, что все вы приходили к нам в дом до убийства. Всего один раз, но я помню это. Никто из вас не умел правильно держать в руках вилочку для пирожных, и я подумала – а ничего, что у Эмили такие подружки? Но в тот вечер мне позвонила мама Маки и сказала: «Большое спасибо, что пригласили Маки. И ей так понравились ваши вкусные пирожные…»

Когда позднее я встретилась в магазине с другими мамами, они тоже благодарили и говорили, как довольны остались их девочки. И я поменяла свое мнение. Может быть, девочки лучше, чем мне показалось, решила я.

Но по правде говоря, вы не получили удовольствия. И Акиэ тоже…

Она всюду ходила со мной, когда я ее приглашала, старалась одеваться получше, но обувь оставалась той же, сношенной.

– Ты не хочешь купить те сапожки, которые я тебе показывала? – спросила я.

– Они чу́дные, – ответила Акиэ. – Когда мне заплатят за подработку, куплю какие-нибудь похожие, подешевле.

До того момента я не знала, что она подрабатывает в ресторане.

– Родители платят за мое обучение, это недешево, – пояснила Акиэ. – Поэтому я должна хотя бы сама содержать себя.

Я вообще ни разу не думала о стоимости моего образования, даже не представляла себе сумму. Но все мои друзья были такими же, никто из девочек не работал. Мы с жалостью относились к тем небогатым студенткам, которые вынуждены были это делать.

Мне стало жаль Акиэ, оттого что она должна подрабатывать. Я купила ей те сапожки. Не на ее день рождения или Рождество, а просто так. Решила, что друзья должны радовать друг друга независимо от праздников. Повязала коробку ленточкой, приложила карточку со словами «В знак нашей дружбы» и отправила ей домой.

С нетерпением ждала я нашей встречи в колледже. Она сразу их наденет? С чем? Что скажет мне? Но Акиэ пришла в старых туфлях. Может быть, еще не доставили? Или она хранит их на особый выход? Пока я все это крутила в голове, Акиэ протянула мне коробку с сапожками.

– Я не могу принять такой дорогой подарок, тем более без всякой причины, – сказала она.

Я не могла поверить своим ушам. Я нисколько не сомневалась, что она будет прыгать до потолка от радости.

– Не сомневайся, – сказала я – и услышала, что она и не думает сомневаться.

Я постепенно стала разочаровываться в ней.

– Ты не понимаешь, почему мне хочется так сделать? Глупо отказываться. Смотри. Я платила за тебя в кафе, познакомила тебя со своими друзьями. Если ты не хочешь принять мой подарок, тогда пригласи меня поужинать куда-нибудь, познакомь со своими друзьями. Под друзьями я имею в виду мальчиков. Я познакомила тебя с пятерыми, и ты теперь сделай то же самое.

На самом деле я не рассчитывала, что это произойдет. Просто настаивала на невозможном, надеясь, что это заставит ее принять мой подарок.

Однако на следующей неделе Акиэ действительно пригласила меня поужинать. За столиком небольшого ресторанчика сидели пятеро молодых людей и ждали меня. Один из них был он.

Он тоже учился в колледже, на два года старше Акиэ. Подрабатывал в том же ресторане, что и она; остальные четверо учились вместе с ним.

– Акиэ сказала, что мы ужинаем с потрясающей девушкой; надеюсь, ты не против того, что я пригласил еще и ребят?

Он сказал это шутливо, но все они показались мне серьезными и скучными. Еда была на удивление отличной, мы разговаривали о чем-то несложном, типа кто откуда родом. Через полчаса я уже умирала со скуки и не следила за ходом беседы.

Акиэ никаких мнений не высказывала, но участвовала в их разговоре. Скучала только я одна. Никто из моих знакомых не сдавал вступительных экзаменов, поэтому связанные с этим трудности мне были непонятны. Все мы проходили собеседование и делали какие-то тесты перед поступлением в начальную школу, а потом все шло само собой прямо до колледжа, по так называемой эскалаторной системе. Мои друзья не были особенно талантливыми, но и не напоминали недоучек.

Чем оживленнее шла беседа, тем грустнее мне становилось. В моей компании всегда были интересные разговоры, и я никогда не скучала. Я удивлялась примитивности присутствующих. Все они были из провинции, и мне стало интересно, умеет ли там хоть кто-то беседовать на сложные темы.

Он был единственный, кто заговорил тогда со мной, чтобы я не скучала.

– Все мы знаем провинциальные публичные школы, а чему учат девочек в частных школах? Какие-то необычные дисциплины?