Дар богов - Анна Сергеевна Одувалова

дизайн, цветы в вазах на каждом столике, серебряные вилочки, нежно-голубые тарелки и удобные кресла. Место превосходное. Пожалуй, мне будет приятно, если Дар приведет меня сюда снова.

– Это начало, – соглашается Дар и сильнее сжимает мои пальцы в знак поддержки.

В это время в проходе появляется знакомая фигура, и я замираю. Неужели не может быть даже часа покоя? Почему неприятности следуют за нами по пятам? Что он тут делает, демоны его забери?

– Да он что нас, преследует, что ли? – возмущенно шепчу я Дару, вскользь указав в сторону входа в ресторан.

Лицо парня мрачнеет. Этого гостя не ждали ни он, ни я.

Мы сидим у самой воды, в тени искусственных растений в кадках, а появившийся в ресторане Фрост замер на свету у входа. Нас он пока не видит, но я все равно напрягаюсь. Не слишком ли много совпадений? Три года его не видела, а тут два раза за два дня?

– Каро, не дергайся, – лениво отвечает Дар. – Ну хочешь, я подойду и спрошу его, что он тут забыл и почему вчера от нас шарахнулся?

– Думаешь, он так тебе и скажет? – фыркаю я, пристально наблюдая за парнем, который несколько растерянно оглядывается, словно кого-то ищет.

– Может, он просто пришел с кем-то в ресторан.

– Здесь для него дороговато.

– Не пытайся считать чужие деньги, Каро. Иногда меняются люди, иногда их финансовое состояние. Давай просто понаблюдаем за ним. Я сомневаюсь, что он пришел сюда за нами. Хотя бы потому, что мы сами не знали, что сюда пойдем. Так что расслабься и сосредоточься на меню.

Послушно киваю, но продолжаю маниакально наблюдать за Фростом. Если предположить, что Дар прав и парень тут с кем-то, то с кем? Не вижу подходящих кандидатур. За крайним столиком на противоположной от нас стороне – семейная пара средних лет; слева – компания из трех мужчин и пара с маленьким ребенком. За увитой декоративным плющом колонной – шикарная женщина лет сорока. Ухоженная внешность, дорогое платье, гладкая прическа и бриллианты в ушах, несмотря на день.

Увидев ее, Фрост улыбается и склоняет голову, а она манит его пальцем, как лакея. Мать? Только улыбка Фроста… Матери так не улыбаются.

– Что за… – бормочу я и даже подаюсь вперед, когда парень целует женщину в два раза его старше. Не могу сдержать эмоции, и Дар тихо ржет. – Фрост променял карьеру спортсмена на роль альфонса? – заканчиваю тонким голосом, заставляя Дара закатить глаза.

– Ты слишком предвзята, Каро. У всех свои предпочтения и вкусы. Может быть, у Фроста с этой… – Дар с усмешкой пропускает слово, видимо, так и не придумав, как назвать женщину, – …любовь?

– Тебе надо напоминать, что еще три года назад предпочтением Фроста была я?

– Все течет, все меняется, – равнодушно отзывается Дар. – Испытал разочарование с собой, самооценка упала. Стал искать утешения там, где в состоянии его получить.

Наблюдать за парочкой некомфортно. Я уже хочу отвернуться, но тут Форст ловит мой взгляд. На его лице опять мелькают те же эмоции: узнавание, страх и… кажется, стыд. Неловко. Не только ему, но и мне.

– Привет! – говорю я, так как уже глупо делать вид, будто мы друг друга не видим. – Неожиданная встреча, не так ли?

– Да уж… – бухтит он и торопливо отворачивается. Его спутница хмурится. Похоже, ей не нравится, что Фрост встретил тут знакомых.

Женщина начинает что-то ему выговаривать. Фрост мрачнеет и послушно уходит, когда его покровительница делает знак. Он выглядит как нашкодивший щенок. Мне даже становится его жаль.

– То есть вот так… – задумчиво бормочу я. – Получается, Фроста можно списывать со счетов? Я, признаться, надеялась, что он замешан.

– Нет, он действительно просто альфонс. Его подобрала богатая и властная госпожа. Не могу сказать, что не испытываю удовлетворения по этому поводу. Никогда не испытывал к нему симпатии.

Я согласна лишь отчасти. Фрост козел, но я знаю его лучше, чем Дар, и видела другие стороны. Редко, но видела. Поэтому мне немного жаль. Печальная судьба для молодого привлекательного парня с хорошими перспективами.

Но каждый выбирает по себе. Вероятно, такая жизнь его вполне устраивает. Не в плену же его дама держит? Неудивительно, что мы с Даром – последние, кого он хотел бы встретить. У меня нет вопросов, почему он сбежал.

Мы ждем, когда принесут рыбу – нежную, в сливочном соусе и с молодым картофелем. Я запиваю ее холодным лимонадом с мятой, потому что алкоголь не лезет совсем. Я еще не переварила то, что выпила ночью.

Внезапно вспоминаю одну вещь, о которой хотела спросить, но к слову не пришлось.

– Дар, – нахмурившись, уточняю я. – Почему ты спал со мной? Я же была пьяная?

– И что? – Мой вопрос застает его врасплох, и он начинает кашлять, подавившись рыбой.

Приходится постучать по спине. На лице такое изумление, что становится не по себе. Ну вот что я такого спросила?

– Ну, в прошлый раз в подобной ситуации ты сказал что-то про принципы… – заикаюсь я.

– Каро, – усмехается он. – Ты все не так поняла. Дело не в количестве выпитого, а в тебе. Тогда ты хотела не меня, а забыться. Тебе не нужен был секс. А вот сейчас… – Он хищно улыбается, и я радуюсь, что сижу, потому что ноги становятся ватными. – Сейчас мы оба получили то, что нам было жизненно необходимо. Ты согласна?

Качаю головой и с улыбкой утыкаюсь в свою тарелку. Поражаюсь его коварству, но согласно киваю. Все так и есть. Дар снова прав.

Мы еще какое-то время сидим и болтаем, глядя на море. Тут хорошо и совершенно не хочется уходить. Дар рассказывает о том, как начал тренировать детей, в это время его глаза горят.

– Знаешь, – задумчиво говорит он. – Я считал неправильным трогать наследство. Из-за меня погиб Кит, и та часть состояния, которая должна была перейти к нему, досталась мне. Из-за меня умерла бабушка, и все ее богатства тоже достались мне… Это казалось мне до ужаса несправедливым. В той ситуации мне было гадко трогать деньги. Я считал, что недостоин их. Хотел даже отдать на благотворительность. Но потом понял: по пути к адресату разворуют. Деньги уйдут от меня, но попадут ли к достойным? Не факт. Но сейчас… я осознал, что моя гордость не исправит сделанные в прошлом ошибки. Зато поможет мне построить тот мир, в котором мне хотелось бы жить.

– И в каком же мире тебе хотелось бы жить? – спрашиваю я, и не из вежливости. Мне действительно интересно, как Дар представляет себе рай.

– Хорошая школа магсерфа… – начинает он, и я понимаю, что эта мысль возникла у него не спонтанно. Он действительно размышлял над этим. – Возможно, с интернатом, чтобы дети не из Монарко могли приезжать на реабилитацию и жить тут. Ты… – Он замолкает и спрашивает, несколько волнуясь: – Я понимаю, что это очень преждевременно, но ты останешься мне помогать?

– Если меня не упекут в сумасшедший дом, то останусь… – соглашаюсь я, потому что мне нравится идеальный мир Дара. Я хочу в него попасть. – Говорят, тут беда с тренерами по цеуньши. Ты ведь выделишь мне зал?

– Да хоть не один. Для тебя – все что угодно.

Сейчас, когда я сижу рядом с Даром и обсуждаю перспективы развития реабилитационно-спортивного интерната в Монарко, наши мечты кажутся вполне реальными. Планы на будущее, и никаких преград! Я даже не вспоминаю ни про маньяка, ни про то, что накануне ночью чуть не убила Дара. И совершенно не факт, что не попробую это повторить.

По-хорошему, меня сейчас нельзя подпускать к детям. И я прекрасно это понимаю, но могу же позволить себе маленькую слабость? Ненадолго сделать вид, что у нас действительно нет никаких проблем. Мы вместе, а вокруг нас море и солнце. А впереди – только светлое будущее.

– Нам пора, – с сожалением вздыхает Дар, и я киваю.

Чем быстрее мы съездим к менталисту, тем скорее я получу подтверждение или опровержение тому, что говорил Энджел.

Мы расплачиваемся и выходим из спасительной прохлады магической климатзоны дорогого ресторана под палящее солнце Монарко. С наслаждением жмурюсь и подставляю ему лицо. Хорошо! Просто хорошо и спокойно. Со мной Дар, мы с ним нашли путь друг к другу, и это самое важное. А с остальными сложностями мы непременно справимся. Может быть, не сейчас, может быть, позже. Главное – не предавать друг друга.

Он берет меня за руку, и мы медленно бредем