Опала - Джонатан Смиит Младший

подрался. Можно было бы забыть этот эпизод, можно было бы, наоборот, стать настойчивее и продолжать добиваться первой девушки, что мне полюбилась. Не знаю, к чему бы я пришел, если бы не получил то смс.

Я тогда валялся на диване в кабинете и предавался подростковым страданиям, будучи великовозрастным дебилом. Хика, как ни странно, даже не подшучивал надо мной. Пацанская солидарность? Возможно. Но куда важнее было то, что Алиса, умудрившись найти мой номер, позвонила мне. Я тогда робко ответил, до сих пор помню, как был напряжен. Почему-то в тот момент ответить что-либо было даже сложнее, чем признаться ей на глазах у всех. Мы проболтали так несколько часов. В тот день я был так счастлив, что даже мать смотрела на меня косо, но меня не трогали, чему я был рад.

Мы начали видеться. Язык не поворачивается называть это свиданиями. Каждый раз был почти внезапным. Тогда я и понял, что нравлюсь ей не меньше, чем она мне. Иначе всего этого бы не было, ведь я был слишком труслив. Незаметно пролетели месяцы. Разумеется, так продолжаться долго не могло.

Очередную встречу мы спонтанно провели на крыше моего училища. Не сказать, что к крыше есть доступ у учеников, но многого можно добиться, если ты сверхчеловек, так что мы попросту прокрались. В этот раз мы почти не разговаривали, не знаю, пресловутое ли обострение или просто не осталось сил сдерживаться, но я поцеловал ее. Как всегда малодушно боялся, как всегда ожидал, что меня отшвырнут прочь. Ожидал, но надеялся на другое, и мои надежды оправдались.

Это для меня было новым опытом и уверен, что для нее тоже. Шутка ли, но за 30 лет жизни я никогда не целовался. И никогда не думал, что это может быть настолько приятно. Мы не касались друг друга, упершись в стену, потому что я не был уверен, что сдержусь. Не знаю, сколько так прошло. С ней я всегда терял счет времени, но томительные поцелуи кончились, когда она уперла ладони мне в грудь и оттолкнула. И все бы ничего, но она смотрела на меня с такой грустной улыбкой, что у меня сердце защемило.

— Так больше продолжатся не может, Магнус.

Когда-то я должен был это услышать. Дела моего рода шли в гору. Ферма была налажена и начались первые поставки. Но на фоне Ржевских я был едва ли пылью. Шансы на то, что ей позволят войти в мой род были очень низки. Она, конечно, могла отказаться от семьи, но мы оба этого не хотели. Да и неразумно наживать таких врагов, как они. А я отказаться не мог в принципе — это ставило бы крест на моем роде. Мы зашли в тупик, а я нутром чуял, что не могу сейчас зайти к ее отцу и просить ее руки. Да и мать мне говорила, что шансы невысокие. Так что я все понимал.

— Может.

И все же плевать мне было.

— Отец начал вновь разговоры о том, что подберет мне жениха. Что я засиделась.

Вместо ответа я взял ее за руку и потянул за собой. Устроив Алису на коленях так, чтобы не было конфуза, крепко обнял. Старался не обращать внимания на смех Хики, который звучал едва на краю сознания. Видать, абстрагировался, пусть и не до конца.

— Не хочу тебя обнадеживать, но думаю, все у нас будет хорошо. Как минимум нам позволяют видеться.

Не первый раз мы поднимаем эту тему, пусть все настолько уныло и категорично не было еще. Насчет того, что нам позволяют… Дурак только стал бы считать, что о нас не знают. Мы не абы какие шифровщики.

— Просто считают, что мы не дураки, — пробормотала она, угрюмо уткнувшись в плечо, — вот и позволяют.

Может, и так, но почему бы и не надеяться на лучшее? Больше мы не говорили. Мы вместе недолго, но я уже успел понять, что с таким настроением она просто хочет просто сидеть в обнимку. Ее это успокаивает, да и меня — что таить. Хотелось бы, чтобы могли сидеть так вечно, но все хорошее кончается. Она молча встала и ушла не прощаясь, как всегда уходя первой, а я как всегда смотрел ей вслед. В этот раз решил задержаться, все равно никуда не торопился.

"— Не хочу нарушать твои подростковые страдания с пафосным взглядом в небо, но в следующий раз, прошу, блокируй свои эмоции в такие моменты. Мне аж не по себе было."

Хика, как это было всегда во время встреч с Алисой, объявлялся лишь после ее ухода. Но при этом, будучи законченным параноиком, он не блокировал свои ощущения до конца, ведь без них он не сможет отслеживать опасность. Из-за чего он, собственно, и страдал, получая практически весь спектр моих довольно интимных эмоций. Странно вообще иметь соседа по башке, как с этим живут шизофреники?

"— В комнатах с мягкими сценами. Если будешь руки распускать, то и сам там окажешься."

Отец Алисы страшный человек, но, думаю, не настолько, чтобы упрятать главу древнего княжеского рода в психушку. Но вполне может быть, что я чересчур наивен. Убедившись, что Ржевская точно ушла, я достал из кармана пиджака портсигар и с нескрываемым удовольствием закурил. К неудовольствию Хики, который беспочвенно заявлял, что я порчу его тело. Хотя доказано, что организму практика от третьего ранга и выше вреда от никотина никакого. А раз так, то не могу отказать себе в привычке.

"— Ты в последнее время немногословен. Зато дебильные мысли уносят тебя все дальше и дальше."

"— Настроение такое. — Едва подавил желание пожать плечами, все равно Хика ощущает подобное и без жестов. — Возможно, меня депрессия доедает."

"— Или ты просто ищешь причины поныть и пожалеть себя. Хотя это вроде как депрессией и называют."

"— В моем мире тебя сожрали бы за такое депрессующие малолетки."

А может, мне просто нравилось устраивать небольшие нарушения закона? Пролезли на крышу школы, там же и закурили. Мелочь, а приятно.

О какой же дичи я думаю.

В любом случае что-то нам делать надо. Что-то, что позволит великому князю Ржевскому рассмотреть меня в качестве достойной партии для его дочери. А ведь он наверняка даже не каждого Великого князя держит за хоть какой-то вариант, учитывая, что их род невероятно близок к статусу имперского. На всем этом фоне мой род действительно бледнеет.

Тогда я еще не знал, что это была наша последняя встреча с Алисой. По какой-то причине она перестанет со мной связываться,