Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

— А, как мы объясним…

— Так и объясним. Типа — получили новые ценные указания из Центра «системных» спецслужб. Мол, надо остаться на Земле и уладить парочку локальных проблем…. Всё, пошли назад. Перестрелка практически прекратилась. Так, только отдельные выстрелы…

Костёр медленно догорал. Беззвучно дотлевали последние розовые и аметистовые угли. Межзвёздные туристы, бестолково переминаясь с ноги на ногу, столпились вокруг Линды Спрай, лежавшей на куске ткани.

— Они вернулись, — сообщила Ариса.

— Это хорошо, — с явным трудом пробормотали запёкшиеся губы женщины. — Очень хорошо. Расступитесь. Дайте пройти «системщикам»…. Слушайте, ребятишки, мой последний приказ. Последний…. Пробивайтесь к горе Богонг. Вызывайте спасательный звездолёт и покидайте эту негостеприимную планету. В случае реальной угрозы попадания в плен к землянам — задействуйте механизмы «личного самоуничтожения»…. Полномочным командиром отряда назначается Аль. Её заместителем — Свенн Брюс. У меня всё. Нет, ещё не всё…Ариса!

— Здесь. Слушаю.

— Ты…

— Я в полном порядке.

— Теперь всё. Прощайте…

Глава четырнадцатая

В побег

Австралия, граница штатов Квинсленда и Нового Южного Уэльса, пятнадцать километров от городка Бёрнса.

Глаза Линды Спрай устало закрылись.

А потом случилось-произошло нечто странное. Вернее, страшное.

Лицо женщины — совершенно неуловимо для человеческого глаза — превратилось в непонятный серый порошок. Было лицо, и нету. То есть, исчезла вся светловолосая голова. А на её месте возник невысокий конус золы. Серебристый комбинезон? Нет, он никуда не делся. Только значимо обмяк и скукожился. Будто слегка сплющился…

Томас вопросительно и чуть испуганно посмотрел на Алину — словно бы спрашивая, мол: — «Что это было?». А её тёмно-зелёные глаза ободряюще ответили: — «Не пугайся, мальчик. Ничего страшного и необычного не произошло. Просто Линда воспользовалась механизмом „личного самоуничтожения“, о котором ранее уже упоминала, причём, несколько раз. Что это за механизм? Не знаю, честное слово. Но надо полагать, что и все другие наши инопланетные друзья владеют этим нездешним экзотическим искусством. Друзья? Очень похоже на то. Реальность, данная нам в объективных и субъективных ощущениях…. Ты, милый, главное, не сомневайся и не мандражируй. Всё будет хорошо. Обещаю…».

— Построиться в ряд! — хорошо-поставленным командным голосом велела Аль. — Впрочем, не надо. Отставить! Рельеф местности здесь неудобный…. Значится так. В нашем распоряжение имеется земная вимана. Так, вот, получилось. Из серии: — «Предосторожность, она никогда не бывает излишней…». Не теряя времени, бойцы, выдвигаемся к выше означенной вимане. Порядок передвижения в походной колонне произвольный. Замыкающий — Томас Мюллер. Отстающих лентяев и бездельников отстреливать, жалости не ведая…. Вопросы?

— Про «отстреливать» — это шутка такая? — слегка напрягся Свенн.

— Угадал, заместитель. Шутка. Армейская насквозь…. Из чего отстреливать-то? Земное огнестрельное оружие отсутствует как класс. Межзвёздное лазерное, спасибо оголодавшим гусеницам, навсегда вышло из строя. Шутка, понятное дело.

— Армейская насквозь?

— Так точно.

— Почему — армейская? — въедливо уточнила Ари.

— Потому. Вступают в силу, начиная с этого момента, жёсткие законы сурового военного времени. За нами, как я понимаю, начинается охота. Причём, охота комплексная, вдумчивая и серьёзная, без благородных правил. Значит, будем прорываться с боями, позабыв про человеколюбивый слюнявый гуманизм. Прорываться — к горе Богонг…. Понятно излагаю? Судя по вашему молчанию, подчинённые, не очень. Ладно, уточню уже непосредственно в процессе…. Итак, суровые законы военного времени. Из знаменитой серии, мол: — «На войне — как на войне…». А где война, там и армия. Где армия, там и жёсткая армейская дисциплина. Где жёсткая армейская дисциплина, там и безжалостный расстрел — за воинские прегрешения, по приказу строгого командира. То бишь, по моему приказу…. Серебристый комбинезон с бренными останками Линды Спрай? Нет времени на достойное погребение. Пренебрежём церемониями. Пора в дорогу. Подождите, я заберу географические карты…. Вопросы? Отставить вопросы. За мной!

И они побежали, неуклонно увеличивая темп. По крайней мере, так казалось Алине.

— Почему медлим? — на ходу нашептывал ей в ухо Свенн, бежавший следом. — Может, увеличим скорость передвижения? Раза в два-три?

— Отставить, — старательно скрывая одышку, ответила Аль. — Ни к чему. Будем придерживаться земных темпов. Типа — целенаправленно и старательно вживаться в окружающую нас действительность. Как и предписывают строгие служебные инструкции…. Возражения?

— Никак нет, мэм! Азбука выживания?

— Она самая…. Что случилось? Почему ты притормозил?

— Гусеницы кругом. А ещё всякие птицы, животные, грызуны и ящерицы. Так и шастают вокруг.

— И это, как ни крути, правильно. Из серии: — «Природу-матушку не обманешь. Сколько ни старайся…». Значит, примерно через две недели она, всё же, состоится.

— Кто — она?

— Ночь богонгов, конечно же. Бабочки вырвутся на свободу…. Отставить пустые разговоры! Ходу!

Пологий склон травянистого холма. Прямоугольное поле с сахарной свёклой. Хлипкий акациевый кустарник. Эвкалиптовая рощица. Узкая прореха в проволочной изгороди. Мостик, переброшенный через бойкий ручеёк. Старенький грузовичок-фургончик.

Фермерский «Форд» произвёл на межзвёздных туристов неизгладимое впечатленье.

— Какая экзотическая колымага, — смешливо хихикнула рыженькая коротко-стриженная девчушка (впрочем, рыженькая — как и все остальные «серебристые» особы женского пола). — Она, что же, может передвигаться? Простите, но верится с большим трудом. А воняет от этого допотопного убожества — слов нет. Гадость гадкая, короче говоря.

— Заканчивай, милая Эльза, привередничать, — посоветовал Свенн. — Не та нынче ситуация. Ни до девичьих капризов…. Наши дальнейшие действия, госпожа командирша?

— Залезаем по очереди в фургон, — распорядилась Аль. — Вот, по этой ржавой лесенке. Воспитанные кавалеры, как и полагается, помогают трепетным дамам. Залезаем и присаживаемся на корточки. Плотней трамбуемся, орлы и орлицы. Плотнее. Чай, не баре потомственные…. Сержант Мюллер!

— Я!

— Головка от секретной русской межконтинентальной ракеты — «Булава». Шутка такая. Направленная на повышение общего тонуса и боеготовности вверенного мне людского контингента. Не обижайся…. Короче говоря, назначаешься старшим по фургону. Надзирать за личным составом. Поддерживать оптимистичные настроения. Травить «солёные» позитивные анекдоты. Во время остановок по маршруту — вылезать наружу. Самому вылезать, наблюдать и неустанно бдить. Наружу никого из туристов не выпускать. Посторонних решительно и жёстко отгонять от машины. Или же занимать пространными разговорами. Исходя из конкретной обстановки…. Вопросы имеются?