Девушка в полосатом шарфе - Кристин Лестер

– Ну, кому не терпится? – недовольно произнес Ян, и голос его оборвался, когда Кира шагнула к нему. Ее тут же переполнило нежностью, жалостью, а еще – раскаянием из-за того, что он – дома, просто принимал душ, а она подозревала бог знает что!

– Яник… Ян… Ты собирался спать?

Он молчал, настороженно глядя на нее. Полотенце висело у него на шее, создавая невыносимо соблазнительный образ.

– Зачем ты пришла? – Он тяжело задышал, сжимая губы.

– Я… Вот. Ты забыл в Нью-Йорке. – Она протянула шарф.

– Спасибо. – Ян отступил в глубину коридора, стремительно распахивая дверь еще шире. – А ну – заходи!

– Ян, только, пожалуйста, не делай глупостей. – Кира быстро вошла к нему в квартиру, чувствуя, как на щеках загорается румянец.

– Ты имеешь в виду – не набрасываться на тебя и не насиловать?

– Ну… не в этом дело…

Он захлопнул дверь и тут же прижал Киру к стене, нависая над ней, словно убийца над жертвой. В его движениях была ярость и крайнее нетерпение:

– Теперь ты выслушаешь меня до конца и ответишь на все мои вопросы!

– Да, я пришла к тебе именно за этим, – с достоинством отвечала она, чувствуя, как коленки начали мелко дрожать. Кира не понимала, что терзает ее сильней: страх перед его необузданным темпераментом или желание.

Он прерывисто дышал ей в лицо. От него пахло мятой и знакомым парфюмом, который казался ей теперь неотъемлемым составляющим их объятий.

– Зачем я тебе нужен? Зачем? Что ты опять со мной делаешь?

– Что я с тобой делаю? Я тебя хочу.

– Хочешь?

– Хочу.

Ян заскрипел зубами.

– И все? То есть ты просто пришла меня соблазнить, а назавтра объявить, что я свободен!

Кира непроизвольно погладила его плечи, забралась под полотенце и, обняв, попыталась притянуть к себе. Ян вздрогнул, словно по нем пропустили ток, и перехватил ее руки в свои.

– Ты пришла добить меня? Да?

– Нет!

– Тебе мало одного мужчины? Тебе мало этого негодяя…

– У меня нет никого, кроме тебя!

– Ах, поэтому!

– У меня никого нет, ты слышишь? И не было после тебя! И не будет, между прочим! – Она закрыла глаза и отвернулась, вздернув подбородок.

– После меня?

– Да.

– Не было?

– Да!!!

– Ты врешь! – А руки уже держали ее совсем по-другому: нежно и нетерпеливо. А дыхание участилось. На несколько секунд Кире показалось, что всем своим существом Ян стремится к ней, что мысленно он уже обнимает и раздевает ее… Но совершить все это наяву ему мешала гордость.

– Ты пришла потому, что у тебя давно не был мужчины?

– Господи, нет, конечно! То есть – да… То есть… Ян.

Кира вдруг замолчала и посмотрела на него. Они совершенно не похожи с родным братом! Ну ни капли! Это прекрасно, мелькнуло у нее в голове, иначе целовать Яна было бы невозможно.

Ян держал ее за запястья и порывисто дышал, приближая свое лицо.

– А я вот возьму сейчас… зацелую тебя до смерти всю, целиком… – Голос его оборвался, и он продолжил хрипло: – А вместо продолжения – отправлю домой!

– Ну… ты же не последний… – Кира попыталась улыбнуться.

– Не последний. Но могу. Чтобы ты почувствовала себя на моем месте.

– Ну, Ян! Ну все хорошо! Теперь все будет хорошо!

– Что будет хорошо? Ты по-соседски будешь иногда навещать меня, чтобы реализовать свои эротические фантазии?

– О чем ты?!! Ян, я пришла к тебе…

– Вот об этом, Кира. Я не хочу суррогата, а настоящих отношений ты не сможешь мне дать.

– Смогу. Ян… – Она уже дрожала вся: от макушки до пят. Да, когда этот мужчина находится рядом и смотрит ТАК – трудно думать о чем-то другом…

– Врешь! – Он вскользь коснулся губами ее шеи, и Кира непроизвольно вскрикнула. Ей показалось, что она обожглась. Каждая клеточка кожи кричала: «Я желаю его! Я очень сильно желаю этого мужчину!».

– Ян, – прошептала она срывающимся голосом. – Я пришла повторить ту ночь. У меня никогда раньше не было таких ночей.

– Правда?

– Правда!

Ян впечатал ее в стену, прижимаясь всем телом, и она ясно почувствовала, как он возбужден.

– А, впрочем, черт с тобой!

– Да!

– Мне все равно.

– Да!

– Мне все равно, кого ты любишь, мне все равно, с кем ты спишь, но сегодня ты будешь только моей!

– Да! Я-а-ан! – Кира попыталась обнять его, но он крепко держал ее руки, разведя их в стороны и прижав к стене, словно она была пленница.

– Сегодня… я буду делать все, что мне нравится! И что тебе нравится… Я же помню, что ты любишь… – Он целовал ее так, что Кира рассыпалась на тысячи мелких кусочков.

– Ян! О-о-о, Ян! Я всегда буду твоя!

– Мне все равно, мне все равно… – рыча, повторял он, словно заклинание, одной рукой удерживая обе ее ладони на стене, над головой, а другой – расстегивая домашнюю рубашку у нее на груди. – Я хочу тебя всю целиком!

– Ян.

– Кира.

…И у них была целая ночь, а потом еще – целый день и снова ночь любви. И оба знали, что впереди еще – тысячи таких ночей и дней, когда хочется видеть только одного человека из целого мира, хочется целовать и ласкать только его… И им было хорошо и свободно, никто не слышал и не мог потревожить их страстный, неудержимый и безрассудный диалог… Диалог двух любящих тел.

Кира забыла обо всем, что так долго мучило ее и так больно закончилось. Сейчас она просто любила Яна. Желала, получала, удовлетворяла и отдавала, но при этом – любила… Они были измотаны, переполнены, но ни в коем случае не пресыщены друг другом…

Кира проснулась первой и долго с нежностью смотрела на спящего любимого мужчину. Он был так безмятежен, так беззащитен во сне! Не в силах противостоять искушению, она наклонилась и поцеловала его.

– Девочка моя любимая, – прошептал он и проснулся. – Кира!..

– Как ты сказал? – тихо спросила она.

– А как я сказал? Я назвал тебя по имени.

– А еще?

– А еще – не знаю. Я спал.

– Я знаю, – проговорила она тихо, взяв его лицо в свои ладони. Так когда-то она держала голову Дэвида, но сейчас совершенно искренне забыла об этом!

– Что ты знаешь? – Он почему-то тоже начал говорить шепотом.

– Я люблю тебя, Ян.

– Что?!!

– Я. Тебя. Люблю. – И она поцеловала его в губы.

Лицо его побледнело, как тогда, когда она призналась, что любит другого.

– Ну что с тобой?

– Ты это говоришь мне? Ты меня ни с кем не путаешь?

– Да, тебе. – Она улыбалась. – И мне тоже все равно, что ты думаешь, но с этого дня я буду преследовать тебя всюду, пока ты не начнешь отвечать мне взаимностью!

– Кира!

– Правда.

Они долго смотрели друг другу в глаза: Ян с подозрением и надеждой, а Кира с веселой безмятежностью. Наконец он улыбнулся и привлек ее к себе:

– Я сам буду преследовать тебя всюду, если ты вздумаешь сказать, что это была шутка.