Дожди на Ямайке - Владимир Покровский

Зашевелились. Проняло. Начали переглядываться. Ваня Чикаго крикнул:

- То есть ты признаешь, что план твой был дерьмо и что про него знали мамуты?

- Конечно. Потому я вас и собрал. Дальше врать бессмысленно, опасно и некрасиво. Главное, что дальше врать - только себе вредить.

Зашумели. Налились гневом. В помещении запахло опасностью.

- Только вы мне дайте договорить, куаферы, не надо сразу набрасываться. Я еще пока ваш командир, и вы это признали в своих контрактах. Так вот. Если вы меня сейчас или немного погодя все-таки убьете, то план ваш, тот, который мне неизвестен, провалится. Потому что, хоть я о нем ничего не знаю, о нем все до мельчайших деталей знает Аугусто. И он ждет бунта. Ему просто невыгодно, чтоб это случилось сейчас - ему надо сначала пробор закончить. Но если его к стенке прижать, то он всех вас положит и пробор будет заканчивать уже с новой командой. Потратится, конечно, но хотя бы жив будет.

- Аугусто... знает?!

- Безусловно. Хотя, повторяю, не от меня. Я вообще о вашем плане ничего не знаю. Я просто догадываюсь о том, что он существует и в чем его суть. Но это догадка, это не уверенность.

- Что он несет? - возмущенно спросил кто-то. - И какого черта мы все его слушаем?

Ага. Ясно кто. Бамбалак. Самый умный из шпионов. Самый пронырливый. Он как бы знак подал остальным стукачам - все они спустя секунду-две подхватили его возмущение, мол, да что слушать предателя, который вдобавок во всем признался, к ногтю его, пока не поздно, ведь наверняка что-то задумал, подлец! Зловеще осклабясь, Федер выжидал. Вот Малыш Чаттога нервничает, ненатурален, орет; вот Мери-Мо обиженно бубнит что-то в унисон Бамбалаку; вот брызжет ненавистью бен Аштрахан; вот Густав фон Густофф полез за пазуху, наверняка чтобы логично довершить дело...

- Тихо! - проорал Федер. Он подумал, что и безо всяких "стрекоз" мог бы выявить агентов Аугусто, пойди он раньше без подготовки на такой разговор. Сами себя выдали, сами.

Куаферы неожиданно для себя умолкли - слишком велик еще был авторитет Федера, слишком в привычку вошло подчиняться его приказам...

- Вы, куаферы, черт вас дери, вы сами, если профессионально к ситуации подойдете, сами должны понять теперь, кто сообщал Аугусто обо всем, что здесь было.

Почти хором:

- Кто?

- Да те, кто сейчас моей смерти требовали!

- Не слушайте его! - крикнул Бамбалак.

- Те, кто визжал только для того, чтобы я заткнулся, - продолжил Федер. - Те, из-за кого я, ваш командир, Бог знает на какие гадости шел, лишь бы они не догадались и не передали мои планы - нашего общего спасения планы! - их боссу. Благородному Аугусто! Остановите этих гадов! Они предатели. Я вам это сейчас докажу!

Он пальцем указал на Густава. Тот вынул из-за пазухи скварк и нацелил на Федора, но выстрелить не решился. Густав, обличенный Федером, словно оцепенел. Остальные стукачи побоялись его поддержать - ведь известно, что стукачами только трусы становятся.

- Густав фон Густофф! - торжественно, будто на церемонии поздравления, провозгласил Федер. - Человек с тысячелетней родословной. Мало таких найдется в Ареале. Ты согласен со мной, агент фон Густофф?

- Подонок! - ответил Густав фон Густофф, забывший об оружии в своих руках. Он явно не знал, как выйти из такого тяжелого положения.

Мери-Мо склонился к своей "стрекозе" и шепотом, неслышным в общем шуме, попросил у Аугусто помощи и объявил, что все его информаторы раскрыты.

Центральный интеллектор тут же подал голос.

- Мери-Мо только что попробовал передать сообщение для Аугусто, - тоном школьного ябеды произнес он. - Мери-Мо не знает, что все сообщения из интеллекторной заблокированы.

Тот вскочил, стал бешено оглядываться:

- Враки все это! Враки! Интеллектор подкуплен!

В подозрительных взглядах куаферов, впившихся в изменника, проступило удивление, а потом гнев, тот самый гнев, который прежде был обращен на Федера.

Федер же словно и не заметил произошедшего инцидента - он еще не закончил с фон Густоффом.

- Отпрыск благородной фамилии! Всеми уважаемой и почитаемой!

- Не слушайте его! Не верьте ему! Тут все подстроено, специально подстроено, он нас всех перессорить хочет, - закричал фон Густофф. - Вы что, не видите, что ему сейчас главное выпутаться из этой истории, еще раз нашими жизнями попользоваться, выслужиться перед этим бандюгой и убийцей, этим Благородным?

Федер медленно начал пробираться через людей к фон Густоффу.

- Чем же он тебя купил, Густи? Угрозой смерти? А может быть, еще и вот этим самым, этой твоей замечательной родословной, которой ты перед нами так хвастался? Может, у тебя и родословной-то никакой особенной нет?

- Ну вот, договорились, - кисло сказал фон Густофф, разведя руками. Теперь он мою родословную сюда приплел. Чтоб побольней укусить, чтоб я разнервничался, стал вести себя странно и тем самым как бы подтвердил все его бредни.

Федер тем временем подошел к нему почти вплотную. Фон Густофф кинул на него боязливый взгляд и вдруг истерически заорал ему в лицо:

- Да как ты смеешь, предатель, трогать своими грязными лапами имена моих предков!!!

Здесь он, конечно, немного переборщил. Не надо было ему насчет предков в таком тоне перед куаферами, среди которых был очень большой процент приютских. Их это оскорбило. Но, в общем, ничто уже помочь фон Густоффу не могло.

Потому что Федер протянул руку к его шее. Фон Густофф испуганно отшатнулся.

- Что... что ты хочешь?!

- Погоди. Не нервничай, расслабься, Густи. Сейчас я кое-что тебе покажу.

- Не смей до меня дотрагиваться, подлец!

- Вот, смотрите, - тоном профессионального фокусника заявил Федер, поднимая кверху ладони. - В руках у меня ничего нет. А сейчас кое-что будет. Мелкое такое, так что вам стоит приглядеться.

Он запустил пальцы под воротник рубашки замершего, словно загипнотизированного фон Густоффа, немножко там пошарил, сосредоточенно закатив глаза, и вытащил что-то зажатое между большим и указательным пальцами.

- Подлог! Провокация! - сорвавшимся голосом крикнул фон Густофф. - Он это мне подсунул. Он обманывает вас!

Ближайшие сгрудились вокруг Федера, собираясь внимательней приглядеться.

- Рекомендую! - провозгласил Федер. - Обыкновенная штатная "стрекоза", не куаферская, одна из тех, которыми Аугусто снабдил своих агентов.

- Чушь! Он подбросил!

- Полюбопытствуй, передай товарищу, - сказал Федер, передавая "стрекозу" стоявшему рядом с ним флористу Андруану де Штото.

- Правда, "стрекоза"! Не наша, - приглядевшись, объявил Андруан.

Гул возмущения усилился.

- Да он подбросил ее, неужели не понимаете? - завопил фон Густофф.

- Мы можем проверить, подбросил я что кому или не подбросил. Есть у меня еще один шпион на примете - драгоценный наш Мери-Мо, - продолжил Федер. - Вы можете найти такую же "стрекозу" на обшлаге его правого рукава.