Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

во время занятия. Его обратная связь каждому ученику невероятно четкая и хорошо продуманная. Он не стесняется быть откровенным, если ему не нравятся какие-то фрагменты работ, но всегда подкрепляет критику комплиментом, смягчая резкость суждения. И свои замечания он произносит таким мягким и успокаивающим голосом, что я ловлю себя на мысли, что все его слова отложились в голове.

К тому времени, как занятие заканчивается, я буквально дрожу от вдохновения. Курс помог раскрыть ту часть меня, о существовании которой я забыла, и я не могу дождаться возвращения домой, чтобы исследовать эту новую сторону себя. Когда студенты выходят из аудитории, я решаю остаться и немного поболтать с Нейтом, чтобы поблагодарить его за прекрасный урок.

– Спасибо, что позволил нам присутствовать на семинаре, учитывая, что мы записались в последний момент. Мне очень понравилось, – говорю я ему, сияя от восторга. – Мне жаль, что я пришла без своих работ, но обязательно возьму их с собой в следующий раз.

– О, это не проблема. Мы здесь бываем каждые выходные, просто приходи, когда сможешь, – сообщает Нейт, раскладывая стопку бумаг на столе. – Ты выдавала потрясные идеи. Тот совет Индре о переосмыслении истории с точки зрения уборщика, а не одного из главных героев ограбления просто гениален.

Я заправляю выбившуюся прядь за ухо, покраснев от комплимента.

– Спасибо. Ее история великолепна. Надеюсь, я хотя бы на треть так талантлива, как Индра. Или любого человека из этой группы, раз уж на то пошло.

– Уверен, так и есть. – Улыбка, которую он посылает мне, светится добротой, освещая его лицо. И это еще больше заставляет меня покраснеть. – Знаю, ты говорила, что давно ничего не писала, да и выглядишь очень занятой, но если найдется что-нибудь… – Он достает небольшой клочок бумаги из стопки, сложенной на столе, и записывает свой номер телефона вместе с электронной почтой. – Отправь мне. Я с радостью почитаю.

– Правда? – Я оживляюсь. – Вне семинаров?

– Я делаю это, только если чувствую потенциал, – заявляет он. – Если захочешь встретиться за чашечкой кофе или еще чего-нибудь, я буду рад просмотреть твои черновики, и мы могли бы обсудить их. Или если тебе когда-нибудь понадобятся рекомендации о том, с чего начать…

– Конечно. Я дам тебе знать. – Я складываю листок бумаги и кладу его в сумку. – Спасибо.

В окно стучит кулак, пугая нас обоих. Я поворачиваю голову и замечаю Дэниела, чьи брови низко опущены, а в прищуренных глазах отражается раздражение, когда он одними губами произносит: «Поехали».

– Я должна идти. Увидимся, – коротко говорю Нейту.

– Увидимся, Алекс, – улыбается он.

Дэниел поджидает меня у выхода. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди. Мне нравится, что сегодня он одет в простую черную рубашку и джинсы: редко удается увидеть его в повседневном образе. Но все портит его недовольный взгляд, устремленный на меня. Его глаза сверкают молниями, а когда они встречаются с моими, в них появляется укор.

– Что это, черт возьми, было?

– Что, черт возьми, это было?

– Не притворяйся дурочкой. Ты флиртовала с ним.

– Конечно нет! – слишком оборонительно отвечаю я.

Он пародирует меня, накручивая невидимую прядь волос и склоняя лицо, изображая застенчивость.

–Вот что ты делала, – резко говорит он. – Я привел тебя сюда, думая, что ты сможешь расслабиться и снова получить удовольствие от писательства. А не ради того, чтобы ты соблазняла куратора.

– Ладно, первое. Я не соблазняла его. – Я скрещиваю руки на груди, растягивая губы в улыбке. – А во-вторых, не уловила ли я намек на ревность, Кэррингтон?

–Разумеется, я должен ревновать, – возражает Дэниел. – Я твой жених, помнишь?

–Фальшивый жених, – поправляю его. – И ты не просто притворяешься ревнивым. Ты действительно ревнуешь.

– Это ничего не значит, – огрызается он, но его глаза говорят о другом. – Ты ведь знаешь, что не можешь встречаться с ним, да?

Мое нутро скручивается от разочарования. Я знаю, что должна придерживаться правил, которые мы с Дэниелом придумали, но сейчас мне как никогда хочется нарушить одно из них.

– Да знаю я, – бормочу я, прокручивая помолвочное кольцо на пальце. – Я и не собиралась.

Отрывистый кивок Дэниела – единственный ответ, который я получаю от него, хотя мы оба прекрасно осознаем ложь, за которой скрывались мои настоящие чувства.

Глава четырнадцатая

На следующий день, когда у меня появляется свободное время между занятиями, я тащу Кару по магазинам, чтобы выбрать платье для предстоящей вечеринки по случаю помолвки. Мне разрешено пригласить несколько важных для меня людей, поэтому я решила позвать свою единственную лучшую подругу. Кара выглядит взволнованной. Она никогда не присутствовала на таких шикарных вечерах с кучей богатеньких аристократов и светских львиц, поэтому была более чем заинтересована в том, чтобы ощутить себя одним из героев «Сплетницы».

Я осматриваю разнообразие оттенков на бесконечных рядах стеллажей и полок, и это мгновенно возвращает меня в то время, когда я должна была вместе с родителями присутствовать на важном торжестве или вечеринке, и мама тащила меня по магазинам, чтобы подобрать идеальный наряд. Если задуматься, то именно в эти редчайшие моменты мне удавалось побыть с ней наедине, и я всегда с нетерпением ждала подобных мероприятий, чтобы украсть немного времени для общения с матерью.

Отстойно, что это был единственный способ привлечь ее внимание – позволить ей наряжать меня как принцессу и тратить кучу денег, чтобы они с отцом выглядели в глазах своих клиентов как примерные родители.

Но благодаря этим походам по бутикам я надеюсь без особых трудностей подобрать подходящий наряд для вечеринки. Нечто такое, что буквально кричит о принадлежности к королевской семье, если учитывать вкус Гарри Кэррингтона.

– О-о-о-о, как насчет этого? – интересуется Кара, снимая вешалку с ярко-бирюзовым платьем с открытыми плечами. Лиф расшит бисером, а мини-накидка, прикрепленная к плечу, изящно драпируется на спине.

– Не думаю, что этот цвет мне подходит. Но тебе стоит примерить, – говорю подруге, и она берет его, внимательно рассматривая со всех сторон. – Зеленый – твой цвет.

Кара поворачивается ко мне, на ее лице написано сомнение.

– Я не буду похожа в нем на морскую водоросль?

– Разве это имеет значение? – отзываюсь я и продолжаю осматривать вешалки. – Ты будешь выглядеть как сексуальная водоросль или что-то в этом роде.

Кара взрывается смехом.

– Только ты можешь считать водоросли сексуальными, Алекс.

– Все может стать сексуальным, если ты этого захочешь, – с усмешкой заявляю я, следуя за Карой к примерочным.

– Мне кажется, ты слишком много времени проводишь с Дэниелом, – протягивает она.

Ее слова создают впечатление, что это нечто плохое. Месяц назад я, вероятно,