Зачарованный край (СИ) - Макар Авдеев

зажмурился. И… Секунда. Ничего не произошло. Две секунды. Ничего. Три… Ярый открыл глаза. Перед глазами всё так же дрожало марево «микроволновки». На небе по-прежнему были серые облака с золотистой каймой.

Ярый нашёл в себе силы обернуться. Он ожидал увидеть что угодно, но только не это. Монстр был буквально в нескольких метрах от авантюриста, но он просто… неподвижно висел в воздухе, не касаясь лапами земли. У Ярого даже слегка рот открылся от удивления. Наверное, никому больше не удавалось рассмотреть живого двоедушника с такого близкого расстояния и в таких мельчайших подробностях. Сомнительное удовольствие, конечно, но всё равно приятно быть первым хоть в чём-то.

Ярый не сразу понял, что случилось, но потом вспомнил, что когда-то давно слышал про ловушку, которая называлась «мыльный пузырь». Она относилась к редкому типу несмертельных подлянок. За всю историю Зоны её появление было достоверно зафиксировано всего два или три раза. Время внутри «пузыря», как на планете из фильма «Интерстеллар», текло гораздо медленнее, чем снаружи.

Если туда попадал, к примеру, человек, то в его восприятии проходило каких-нибудь несколько секунд, а за пределами ловушки — несколько часов. Для него буквально за считаные мгновения небо должно было потемнеть, и над головой бы, возможно, появились луна и звёзды. Временной поток в обычном мире мчался примерно в три тысячи раз быстрее, чем в «пузыре».

Двоедушник прыгнул на Ярого и гарантированно бы его убил, если бы между ними не оказалась подлянка (и как только сам Ярый чудом в неё не угодил?!). Значит, прямо сейчас мутант двигался в пространстве, только очень медленно, так что глаз Ярого не мог этого уловить. Так же как глаз не может увидеть движение короткой толстой стрелки на циферблате настенных часов. Но для двоедушника, когда он вылетит из ловушки, пройдёт всего пара-тройка секунд. То-то он удивится и разозлится, что добыча исчезла прямо у него из-под носа!

Мутант не убит, но надолго нейтрализован. Ярому было жутко и одновременно любопытно разглядывать двоедушника. Границы подлянки оказались невидимы для глаза. Но Ярый определил их, когда бросил гайку, и та посреди полёта словно застыла в воздухе.

Пора было возвращаться к Косатке. Стоять и ждать, пока монстр «вынырнет» из «пузыря», авантюрист не собирался.

Ярый пошёл в обратный путь. Осторожно, бросая гайку за гайкой и выверяя каждый шаг так же, как когда они шли вместе с Косаткой. Праздновать победу ещё рано, сначала нужно было выйти с поля живым, что не так-то просто. Даже для двоедушника это непросто, а если ты человек, то тем более.

Когда авантюрист наконец выбрался обратно, сумерки уже совсем сгустились. Но даже в полутьме можно было заметить, что Ярый бледен, как покойник. В душе он поседел за сегодня. Его трусило, по лицу стекал холодный пот. К огромному облегчению авантюриста, он увидел Косатку, дожидавшуюся его снаружи. Они медленно поковыляли прочь от Подлого Места, и теперь уже Ярый опирался на Косатку.

— Я думала, ты не вернёшься, — сказала Косатка. — Что там у тебя произошло?

Ярый в общих чертах рассказал ей про свой план, про то, как решил увести мутанта подальше, и про то, что случилось потом, в глубине Подлого Места.

— Ты точно долбаный псих, — резюмировала Косатка с каким-то даже полувосхищением. Ярый засмеялся.

Потом она вдруг остановилась, повернулась к нему и серьёзно спросила:

— Подожди, ты правда хотел пожертвовать жизнью ради МЕНЯ?..

И Косатка посмотрела на него ТАКИМ взглядом, которого обычный мужчина удостаивается, в лучшем случае, два-три раза за всю жизнь. А кто-то и вовсе не удостаивается.

Её лицо было совсем рядом, Ярый смотрел ей в глаза, и вдруг у него в груди начало зарождаться какое-то новое странное чувство, которого он до этого никогда в жизни не испытывал. Чувство испугало его. Но оно было достаточно сильным, настолько, что на время даже вытеснило чудовищную слабость и усталость.

Они спустились по южному склону холма. На востоке, по левую сторону от них, над дорогой клубился Чёрный Туман. Конечно, на самом деле он был вовсе не чёрным, а такого же цвета, как и обычный туман. Но на цвете сходство и заканчивалось.

Туман являлся погодной аномалией, так как двадцать четыре часа в сутки и триста шестьдесят пять дней в году надёжно скрывал от глаз непосвящённых дорогу, уводящую к центру Зоны. Те, кто уходили в него, пропадали без вести, или, намного реже, возвращались помешанными, потерявшими память. Когда напарники проходили рядом с Туманом, с востока на них подул зябкий ветерок, принеся с собой запах сырости и хорошо знакомый приторно-сладкий душок.

Кроме того, если обычно клубы тумана не пребывали в статичном состоянии, и, пускай едва заметно, но двигались, смещались в пространстве, то при внимательном взгляде на этот Туман можно было заметить, что он словно застыл. Пелена висела абсолютно ровно и недвижимо, отчего становилось ещё больше не по себе. Но Ярый с Косаткой туда идти не собирались, они направлялись мимо, на юг, где располагалась бывшая армейская база, на которой теперь хозяйничали бандиты Батьки.

С западной стороны, перед тем как зайти за горизонт, солнце ненадолго выглянуло, как бы приподнимая полог туч. Лучи осветили лица напарников. Ярый довольно прищурился. Авантюристу показалось, что он больше не хочет никакой «лампы», а хочет просто, чтобы вот так по вечерам солнце светило ему в лицо, и желательно, чтобы никакой двоедушник не норовил его убить, и не нужно было бояться наступить в подлянку на каждом шагу.

— А ничего так, красиво вроде, — сказала Косатка.

— Да уж, — согласился Ярый.

Когда перекрёсток дорог остался позади, авантюристы обнаружили ржавый остов автобуса, окружённый почти сплошным кольцом из подлянок. Так как радиационный фон был в норме, они решили остановиться тут на ночной привал.

Часть вторая. Косатка. Глава 16. Контракт на убийство

Неловкое молчание. Ярый уже и забыл, когда в последний раз с ним такое случалось. Ему очень хотелось выразить то, что он почувствовал там, на краю Подлого Места, когда Косатка смотрела ему в глаза, но нужные слова никак не желали находиться.

— Слушай… Не знаю, о чём говорить, — сказал Ярый. — С другими такой проблемы не возникало. Но ты не подумай, что я тебя обвиняю. Просто молчать в Зоне — обычно в порядке вещей, и даже вроде как приветствуется, болтунов здесь не особенно любят… Но с тобой как-то всё… по-другому. И это странно.

— Да ладно, не парься так сильно, — успокоила его Косатка. — Всё в порядке.

— С тобой мне хочется