Мученик - Энтони Райан

когда речь заходила о замках. При ближайшем рассмотрении это место производило ещё более тягостное впечатление — бреши во внешней стене оказались широкими, а на земле не валялось обломков, которые легко можно было бы использовать для починки. — Надо было повнимательнее посмотреть на дома, мимо которых недавно проходили, наверняка в тех стенах нашлось бы немало кирпичей не по размеру. А судя по тому, как тут чисто на земле, они увезли всё полезное уже много лет назад.

— Получается, ты знаком с работой каменщика, рядовой Эстрик? — спросил его Уилхем.

— Немного, милорд. — Эстрик из въевшегося раболепия хотел было отбить костяшками по лбу, но потом сам себя одёрнул. По всей видимости, некоторые привычки не могла нарушить даже солдатская жизнь. — То есть, сержант. — Он закашлялся, а потом заговорил снова: — Мой отец был каменщиком. Строил замки по Кордвайну и Альтьене, да. Если б не погиб во время Герцогских войн, то научил бы меня всему.

— Это можно починить? — спросил я его, указывая на бреши.

— Всё, что упало, можно заново отстроить, мастер Писарь. — Эстрик хмуро посмотрел на стены, и на его простом лице появилось выражение сомнения. — Вопрос только в камне и в рабочих руках. Конечно, в этих холмах камня полно, вот только обтесать его и доставить сюда будет нелегко. Я бы предложил залатать эти дыры деревом, хотя и его в окрестностях маловато. — Он ещё немного подумал, постукивая шишковатыми пальцами по изрезанному шрамами подбородку. — Наверно, можно попробовать укоротить.

— Укоротить? — спросил Уилхем.

— Взять камень с верха стены, — ответил Эстрик. — И им залатать бреши. Это значит, что внешняя стена уже не будет таким же барьером, но, пережив пару осад, могу сказать, что хоть какая-то стена лучше, чем никакой.

Только одно вызвало одобрение Эстрика — глубокий ров вокруг внешней стены.

— Умно́, — протянул он, когда мы остановились у частично сгнившего подъёмного моста, соединявшего край рва с широкой аркой главных ворот. — Добавляет дюжину футов высоты, которую придётся преодолеть нападающему, и он слишком широкий, лестницу через него не перекинешь.

— По крайней мере, хоть кто-то знает, что делает, — прокомментировал Уилхем, после чего повернулся к Эвадине. — Миледи, похоже, у нас в лице рядового Эстрика есть отличный кастелян. Предлагаю произвести его в сержанты и поставить во главе работ.

— Великолепное предложение, — сказала Эвадина, одарив Эстрика улыбкой. — Поздравляю, сержант-кастелян.

Как всегда, оказавшись в центре внимания, Эстрик утратил сходство с бульдогом-переростком и превратился в смущённого робкого ребёнка. На миг показалось, что он лишился дара речи. Он сидел в седле, опустив глаза, и краснел пятнами разных оттенков розового цвета. Наконец он бросил взгляд на Эвадину и, запинаясь, проговорил:

— Никогда… никогда меня раньше не поднимали до сержанта, миледи. Ни один капитан не считал меня достойным.

— Глупость ваших прежних капитанов — не моя забота, сержант. — Эвадина кратко кивнула в сторону дряхлых потрескавшихся стен. — Вашей первой задачей будет тщательно проинспектировать это место и доложить мне план работ. Ваши предварительные выводы я выслушаю сегодня после вечерней проповеди. А сейчас… — Она с сомнением посмотрела на потрёпанные и расколотые доски подъёмного моста. — Прошу вас отыскать способ провести нас внутрь без лишней опасности.

К счастью, во время марша на юг я по настойчивому совету капитана Суэйна приобрёл две полные телеги приличных досок.

«Если даже для строительства не понадобятся, — сказал он тогда, — роте всегда нужны дрова». Я также предвидел потребность в инструментах и купил кучу лопат, топоров, молотков и различных других орудий. Поэтому у нас имелись под рукой материалы для нового подъёмного моста и инструменты для его починки. Эстрик показал себя эффективным надсмотрщиком, набрав из наших рядов несколько плотников и на несколько часов занял их этой работой. Но пока она не завершилась, роте пришлось разбивать лагерь перед стенами. Эвадина приказала поставить часовых на окружающих холмах и отправила Уилхема с Верховой Гвардией до вечера патрулировать окрестности. А мы потратили часы до захода солнца на экскурсию по замку, рискнув войти по старому подъёмному мосту. Эйн решила пройти первой и, легко перескакивая по самым несгнившим доскам, показала путь.

В главном дворе мы нашли только заросшие сорняками обломки старых брёвен, расколотые плитки и наваленные камни. Как и предсказывал Эстрик, камень по большей части оказался щебёнкой, непригодной для строительства.

— Зато её можно метать, — сказала Эвадина, когда я высказал свои мысли. — Даже маленький камень, сброшенный с большой высоты, может пробить череп. Надо будет всё собрать и разместить на стенах.

— Похоже, это были казармы. — Я пнул старую потолочную балку, лежавшую посреди ковра заросших плит и кирпичей. — Я не каменщик, но вряд ли их можно заново отстроить.

— У нас есть палатки, — сказала Эвадина. — Придётся потерпеть, пока не соберём больше материалов. — Она посмотрела вверх — на башню на высокой, заросшей травой насыпи за второй стеной. — Выглядит практически нетронутой.

Её оценка оказалась верной, как мы узнали, поднявшись по крутой витой лестнице в башню. Хотя толстая дверь, обитая железом, некогда закрывавшая главный вход, теперь проржавела и развалилась, на остальном строении не было таких повреждений, как везде вокруг. По бокам от двери стояли два бастиона высотой до середины башни, и их внутренние стены с множеством бойниц для лучников смотрели на вход. Внутри нижний этаж состоял из большой круглой комнаты, центр которой занимал высокий помост. Позади помоста вдоль стены шло несколько комнат поменьше, и в каждой — камин, а значит, это были жилые помещения. В центре комнаты был большой люк с целой, несмотря на возраст, крышкой, под которой открывалась лестница вниз. У нас не было факела для инспекции мрачных подземелий, но от камушка, который я пинком отправил в пустоту, разнеслось громкое эхо.

— Хватит места для склада, — заметила Эвадина.

— И для узников, — добавил я. — Ни разу не видел за́мка без темницы.

Я опустил крышку люка на место и пошёл к помосту.

— Здесь когда-то сидел господин этого замка, — сказал я. Хорошо было бы найти величественный стул с высокой спинкой, на который можно было бы усесться, но вместо него там лежала только пыль. — Согласно хроникам, последний северный аристократ, сидевший здесь, ни разу даже не устроил нормальный приём, прежде чем прибыли алундийцы и разбили его стены.

— Тут жутко холодно, — Эйн обхватила себя руками, скорчив гримасу. — Развести огонь, миледи?

— Да, Эйн, пожалуйста, — сказала ей Эвадина, указывая на комнаты в задней части помещения. — Выбери одну для меня и одну для себя. Но проверь, что дымоходы чистые, прежде чем что-то поджигать, — добавила она, когда Эйн побежала в указанное место.

Я