Прекрасная маленькая принцесса - Айви Торн

Поначалу ее застенчивость казалась мне почти раздражающей. Это так не похоже на то, к чему я привык в женщинах, которые иногда даже бывают чересчур дерзкими, когда пытаются привлечь мое внимание. Когда я впервые встретил Сильвию, мне с трудом верилось, что она настоящая. А я не могу терпеть ничего хуже, чем женщины, пытающиеся играть в жеманство.

Но, понаблюдав за ней вчера повнимательнее, я убедился, что это не притворство. На самом деле, чем дольше я наблюдал за ней, тем более интригующей казалась мне ее природная сдержанность. Она кажется странно строгой к себе, как будто пытается взвалить на себя всю тяжесть успеха наших отношений. Даже после всего, что я сделал.

А вот и тот поцелуй. Я вижу это сейчас, когда снова встречаюсь с ней взглядом. Она тоже думает об этом. Осознание этого посылает толчок возбуждения к моему члену.

Я хочу поцеловать ее снова.

Заставив себя отвести взгляд, я откидываюсь в кресле и прислоняю голову к мягкому подголовнику самолета. Я закрываю глаза, не обращая внимания на хмурый взгляд Милы, который она все еще направляет на меня. Я знаю, что мне следовало быть с ней поласковее, и взять ее с нами, но я искуплю свою вину позже.

А пока мне нужно сосредоточиться на Сильвии, если я хочу убедить ее переспать со мной всего через несколько дней.

* * *

— Поставьте ногу в стремя здесь, — инструктирую я, держа поводья лошади и поворачивая стремя, чтобы Сильвии было легче. — Крепко держись за переднюю часть седла. И когда будешь готова, осторожно перекинь ногу.

Сильвия делает то, что я говорю, ее губы зажаты между зубами, что свидетельствует о ее нервозности, когда она садится на Неженку — старую лошадь моей сестры.

Сильвия отказалась от своего обычного гардероба из струящихся цветочных платьев, которые скрывали ее потрясающую фигуру. Теперь она одета как подобает коннику — в бриджи моей сестры и высокие сапоги моей матери. В облегающих брюках и куртке из натуральной кожи она выглядит чертовски сексуально.

— Разве седло не должно иметь что-то, за что я могла бы держаться? — Спрашивает она, устраиваясь в седле. Ее руки указывают на пустое место, где мог бы находиться рог западного седла.

— Не для английской езды. Не волнуйся, у тебя все получится. Неженка о тебе позаботится, — обещаю я. — Вот. Держи по одному поводью в каждой руке. Вот так. — Я обхватываю пальцами левое поводье, показывая ей, как его держать.

Она повторяет захват другой рукой, путаясь, пока не добивается нужного результата.

— Хорошо. Теперь убедись, что они ровные. Правильно. И когда будешь управлять, не думай о том, что видела в кино. Неженка понимает прямой повод. Это значит, что, если ты хочешь, чтобы она повернула налево, ты плавно оттягиваешь левую руку. Если ты хочешь, чтобы она пошла направо, потяни за правую.

— А если я хочу, чтобы она остановилась?

— Потяни назад одинаково за оба поводья. Постепенно усиливай давление, пока она не начнет идти так медленно, как ты хочешь.

Сильвия нервно кивает.

— И помни, что лошади чувствуют страх. Поэтому сделай глубокий вдох. Сохраняй спокойствие. Если ты будешь спокойна, она тоже будет спокойна. — Честно говоря, с Неженкой это не имело большого значения. Большая серая кобыла останется спокойной, даже если из леса выйдет медведь. Но для Сильвии это все равно полезная информация.

Когда я убеждаюсь, что Сильвия готова к самостоятельной поездке, я быстрым шагом подхожу к Королю, моему печеночно-каштановому мерину, и с легкостью забираюсь в седло. После того как я вырос на севере штата Нью-Йорк, сидя в седле, я чувствую себя как дома.

Я направляю Короля поближе к Сильвии.

— Готова? — Спрашиваю я.

Она кивает, и я слегка сжимаю своего коня. Ему не требуется много времени, чтобы рвануть вперед, готовому к действию, и я смеюсь над его буйством. Бедному мальчику, должно быть, нужно больше гулять. Мне нужно поговорить с конюхами. Проследить, чтобы Король получал достаточную физическую нагрузку.

Неженка переходит на спокойный аллюр, беспрекословно следуя за моей лошадью. Сильвия удивленно хихикает и хватает кобылу за гриву, пока не привыкает к покачивающейся походке. Нервное напряжение заметно уходит из ее тела, когда Сильвия привыкает к движению и садится выше. На ее лице расплывается широкая улыбка.

— Веселишься? — Игриво спрашиваю я.

— Это, наверное, самая крутая вещь, которую я когда-либо делала. — Говорит она, ее глаза расширяются от искренности, когда она встречает мой взгляд.

Я хихикаю.

— Как давно ты катаешься? — Спрашивает она, когда мы направляемся к линии деревьев и лесу, окружающему наш участок.

— Кто сказал, что это не первый раз? — Шучу я.

Сильвия фыркает, как я понял, она делает это, когда мне удается застать ее врасплох. Это милый звук, которого она явно стесняется, но это только заставляет меня хотеть вытянуть его из нее еще больше.

— Если бы это был твой первый раз, ты бы выглядел таким же неумехой, как и я. Но ты явно знаешь, как вести себя в седле.

Я улыбаюсь ей, держа своего мерина в том же темпе, что и кобылу Сильвии, хотя он подпрыгивает подо мной на месте от возбуждения.

— Моя семья владела этим поместьем еще до моего рождения, так что я впервые сел на лошадь, когда был еще в животе у мамы.

— Это так здорово. — Говорит она.

Мы путешествуем среди деревьев, делая петлю вокруг участка, я показываю ей лесной пейзаж и веду к ручью, который впадает в пруд. Разговор между нами остается легким, непринужденным, и хотя Сильвия застенчива, я нахожу ее вопросы глубокими и проницательными.

После часа прогулки, когда Король уже успокоился, мы останавливаемся у одной из беседок возле каменной стены, окружавшей наш участок. Я спускаюсь первым и привязываю лошадь к дереву.

Затем я подхожу к Сильвии, которая все еще сидит на лошади, не зная, как спуститься.

— Оба поводья в левой руке. Прижмись к седлу и держи вес в левом стремени. Затем перекинь правую ногу. Как раз наоборот, чтобы сесть, — инструктирую я.

Сильвия делает все, как я говорю, но ее равновесие выглядит шатким, когда она пытается впервые сойти с лошади. Но когда она пытается опуститься на землю, она теряет равновесие. Ее левая нога со стременем задевает плечо Неженки, и она начинает падать назад.

Визг вырывается у нее как раз перед тем, как я ее ловлю. Обхватив ее за талию, я быстро поднимаю ее на ноги, вынимая ногу из стремени, прежде чем