Мастер-Девил - berit Am

— Подожди, не так. — Он опять прижал меня к себе и кинул вместе со мной так, что шар сбил все кегли. Я не верила своим глазам и в порыве чувств обернулась и бросилась на шею Кейну, чмокнув его в щеку.

— Спасибо, Кейн!

Потом я вдруг осознала, что делаю, густо покраснела, смутилась и отошла в сторону, пробормотав, мол, устала и хочу пить. Сияющая Кэтрин уступила мне свое место, протянув бутылку воды, сказала, что тоже хочет попробовать вот так с Дереком, и унеслась к нему. Дерек с готовностью принял ее предложение, встал с ней так же, как это делал Кейн со мной, и помог ей бросить шар.

— Ты делаешь ошибку, — вдруг сказала Синтия. Я повернулась к ней. Синтия смотрела на меня с какой-то жалостью и разочарованием.

— Какую? — недоуменно спросила я, действительно не понимая, о чем идет речь.

— Ты считаешь Грейсона нормальным человеком. Поверь мне, это не так. Он не умеет любить. Я знаю его отца, а он его точная копия. Кейн возьмет твою любовь, бросит под ноги и растопчет и ее, и тебя заодно.

— А с чего ты взяла, что я в него влюбляюсь? — резко спросила я.

— Эрика, я не слепая. И Кэтрин тоже, и Дерек. Наверное, только Мэтт не понял этого, и, надеюсь, что и Кейн тоже, иначе тебе будет плохо. Я тебя не виню. Кейн всегда так действует на девушек, просто на подсознательном уровне, сам не желая того. Для начала он покоряет их своей внешностью, потом мрачным характером и абсолютной непробиваемостью. Девушка начинает считать, что вот она-то сможет сломать стену, которой он окружил себя, и пускается во все тяжкие. Кейн с удовольствием пользуется этим и, когда девушка надоедает ему, бросает ее, оставляя в полном расстройстве чувств. — Синтия говорила спокойно, чуть снисходительно, словно объясняя ребенку прописные истины. — Но эти девушки не были его Девилами, — добавила она. — Тебе лучше спрятать свои чувства, ведь тебе жить с ним бок о бок еще несколько месяцев. Или он продаст тебя кому-нибудь. Мэтт говорил, за тебя уже предлагали хорошие деньги.

— Какие деньги? — изумилась я. — Меня можно продать?

— Эрика, ты что, с луны свалилась? Конечно, можно. Ты — Девил, тебя можно продать, как… ну, не знаю, ноутбук там или машину, например. Только на этот раз, насколько я знаю, сумма была довольно большой. Мэтт не сказал, сколько и кто, — предвосхитила она мой следующий вопрос. — Думаю, пятьдесят, может, даже сто тысяч. Стоимость обычного Девила двадцать-тридцать тысяч, но Мэтт говорил так, словно это что-то невообразимое, — безразличным тоном добавила она.

Я опустила голову, зажав руками пылающие щеки. Сто тысяч долларов? Я не могла представить себе такой суммы. И осознание того, что я в любой момент могу сменить владельца, окончательно добивало меня. Синтия, заметив мое состояние, поспешила меня «успокоить».

— Не переживай так. Кейн, как я и говорила, жуткий собственник. Пока ты ему не надоела, он будет держать тебя при себе и не отдаст ни за какие деньги. Материальные ценности его не волнуют, спасибо папеньке Картеру. Так что постарайся не влюбиться в своего покровителя, иначе потом будешь собирать себя по кускам. Помни, Грейсон — это бесчувственная скотина, которая не умеет любить, — закончила она свою речь, грациозно поднялась и ушла к Мэтту. Он шумно приветствовал свою девушку, привлекая ее к себе и страстно целуя.

Я осталась сидеть одна на диванчике, прижимая ладони к горящим щекам. Слова Синтии эхом отдавались у меня в голове. «Бесчувственная скотина… собственник… не умеет любить… пока не надоела…».

Я почувствовала, что хочу ненадолго выйти отсюда, хотя бы плеснуть в лицо холодной водой. Нет, плеснуть не получится, смоется макияж, черт его побери. «Да, конечно, я должна выглядеть, как фотомодель из журнала, чтобы Грейсону не было стыдно появляться со мной. Вот только на фотомодель я не тяну, не повезло ему», — горько усмехнулась я и почувствовала, как глаза защипало от слез. Ладно, попробую хотя бы приложить к щекам руки, намочив их холодной водой.

Я тихо, не привлекая внимания, направилась к дамской комнате, которая находилась в маленьком закутке при входе в зал. По дороге мне пришлось миновать вторую компанию. Из-за стоящих в глазах слез зрение было замутнено, но мне показалось, что парни мне знакомы. «Конечно, знакомы», — тут же откликнулся внутренний голос. — «Школа одна, наверняка ты видела их либо в кафетерии, либо в коридорах, либо на уроках». Вглядываться я не захотела, торопясь добраться до вожделенного помещения.

В туалете я провела довольно много времени, сначала успокаиваясь, а потом просто не желая выходить и встречаться с Синтией, Кэтрин и Кейном. Прислонившись к подоконнику, я пыталась разобраться в собственных чувствах и мыслях. На глаза то и дела набегали непрошеные жгучие слезы, и я поспешно стирала их, даже не понимая, почему так расстроилась. В общем-то, ничего нового я не узнала. Холодность и равнодушие Кейна не были для меня тайной за семью печатями. Я знала и про его отношения с девушками, и мне даже любезно сообщили, сколько их было до меня. Но черт возьми, почему же мне так больно? Я еще раз вытерла слезы и поняла — дольше находиться здесь нельзя. Кейн скоро объявит федеральный розыск и начнет обыскивать все помещение, и я не сомневалась, что он зайдет и сюда.

Я открыла дверь туалета, выходя из ярко освещенного помещения в полумрак. Несколько секунд я слепо моргала, пытаясь приспособиться к темноте, и сделала два неверных шага вперед, тут же уперевшись в чью-то твердую грудь. Однако я была уверена, что это не Кейн. Запах, исходивший от этого человека, был мне незнаком.

— Простите, — поспешно извинилась я и попыталась отойти назад, но мне не дали этого сделать. Незнакомец обхватил меня руками и прижал к себе.

— Надо же, кто это у нас тут! — прозвучал смутно знакомый мужской голос. — Пташка Грейсона! Нет, не уходи, милая, я так давно мечтал пообщаться с тобой.

Я, наконец, проморгалась и подняла голову, с ужасом понимая, что наткнулась на Стивена. За ним маячило еще четыре темных фигуры, и я догадалась — это та самая компания, которая не хотела близко подходить к Кейну.

Меня затрясло, коленки подогнулись, но я как могла спокойно сказала:

— Отпусти меня.

— Зачем? — притворно удивился Стивен. — Мне и так хорошо, правда, парни?

Стоявшие за ним приятели грубо захохотали.

Я еще раз попыталась отступить, и у меня это получилось. Почти. Потому что я уперлась спиной в стену. Стивен шагнул ко мне, практически прижимаясь к моей груди и не давая убежать от него. При его габаритах — а он был выше меня на голову и в полтора раза шире в плечах — все пути к побегу были перекрыты.